Живой щит - Дмитрий Воронин

— Может, вылазку организуем? — без особой надежды спросил Беннет. Пока их еще немного, мы бы их…

— Прежде всего, их уже много, — криво усмехнулся Шенкенберг. — А потом, здесь еще можно рассчитывать, что они обломают зубы о стены, а вот в поле… К тому же им сюда одна дорога, но ведь и нам тоже одна, верно? И они ее наверняка перекрыли.

— Так вы предлагаете спокойно ждать нового штурма? — спросила леди Алия. Не будучи воином, она полагала, что пассивно сидеть в крепости и ждать, когда противник сделает первый шаг, это не самое лучшее решение.

— Именно, леди. Может, это и звучит несколько неблагородно, но если в открытом бою панцирник способен уложить пятерых орков, а со стены из арбалета завалит и десятерых, то лично я выступаю за второй вариант. В конце концов, с нашими тремя сотнями бойцов мы легионы Клана не одолеем. Зато при хорошо поставленной обороне можно дождаться объединенной армии срединных уделов.

— Дождаться… — хмыкнул молчавший до сих пор Бенедикт. — А придут ли они? Да и когда это будет?

— Придут, — убежденно отрезал Айдахо. — А насчет сроков… тут я назвать день не рискну. Месяца два, три. Может, пять. Бывали осады и подольше.

— Собираться они будут долго, — вздохнул маркиз. Эту «кухню» он знал куда лучше всех присутствующих. — Но торопиться будут только в том случае, если мы будем держаться. Ежели Форш падет, тогда… тогда, пожалуй, войска будут стоять на позициях, пока орки из Брекланда не вторгнутся куда-нибудь еще. Седрик, может, и готов двинуть полки немедленно, но только если ему будет кого спасать. В противном случае он наверняка будет выманивать орков на равнины Кайенны, где можно развернуть конные полки.

— Да, на его месте я бы поступил именно так, — кивнул Айдахо, который достаточно хорошо знал герцога Реверландского. В том, что именно Седрик скорее всего возглавит объединенные силы, сомнений ни у кого не было.

Седрик был личностью в какой-то мере уникальной. В массе своей властители срединных уделов любили побряцать оружием, но преимущественно на турнирах. О том же, чтобы лично вести армии в атаку, никто и не подумывал, для этого существовали полководцы, специально на то обученные, да еще дворяне рангом пониже, графы, бароны, маркизы. Герцог Реверландский сочетал в себе и неплохого правителя, и довольно талантливого военного, причем последний в этой двойственности характеров явно доминировал. Тот же герцог Дарландский, правитель мудрый и даже в какой-то мере добродушный, относился к воинственности своего соседа и дальнего родственника с легкой ноткой иронии, однако в военных вопросах всегда при-знавал его первенство и, вне всякого сомнения, со спокойной совестью вручит ему свои полки. Как и другие правители, впрочем.

Простой народ Седрика чуть ли не боготворил — в глазах черни это был великий воин, отважный, готовый грудью встать на защиту страны. Конечно, мало кто думал о том, что оставлять свое государство без правителя в столь трудное время есть поступок не самый дальновидный — неизбежно начнутся разные мелкие — дай-то бог, только мелкие — свары по поводу того, кому и чем управлять, да кто будет первым, ежели что случится. Знать такую точку зрения народа только поощряла — давно известно, славное знамя и громкое имя стоят подчас больше, чем лишняя тысяча мечей.

Поскольку полководец из герцога был действительно неплохой, то было ясно, что на рожон он не полезет — вести многотысячную армию через леса Брекланда было чертовски опасно, для орков леса и пещеры — места привычные, здесь они, считай, как дома.

— Значит, будем держаться, — подытожил Шенкенберг, как будто у них был другой выход. — Я бы хотел попросить вас, мой лорд…

— Да?

— Мои малыши будут куда полезнее на стенах, чем э-э-э… у дверей ваших покоев. Как и я сам. Не соблаговолите ли вы позволить…

Маркиз на мгновение задумался, потом утвердительно кивнул:

— Вы правы, Ланс. Одобряю. И вот еще что, у меня тут скопилась пара десятков доспехов разного рода, думаю, нелишне будет пустить их в дело. Стоит пожертвовать столь ценимой солдатами формой ради лучшей защиты. Но вам я запрещаю лезть в драку, и попрошу не спорить. Вас, Берн, это тоже касается. Ваше дело руководить обороной замка, а управлять бойцами должны сотники и десятники. Два меча, пусть даже и лучших, особой роли не сыграют, а вот потеря знаний и опыта будет невосполнима.

Айдахо хотел было возразить, но, натолкнувшись на непривычно жесткий взгляд лорда, промолчал, лишь склонил голову в знак согласия, хотя и вынужденного. Шенкенберг же, напротив, шумно возмутился:

— Мой лорд! Я не могу укрываться за спинами других, когда мои малыши скрестят мечи с орками! Это недостойно!

— Будет так, как я сказал, — жестко прервал его маркиз. — Ты мне нужен живым, это обсуждению не подлежит. Сколько у нас осталось способных держать оружие ополченцев, Берн?

— Около сотни стрелков, десятка четыре вполне могут орудовать мечами или, скорее, топорами. Десяток ветеранов вполне могут командовать.

— Хорошо, значит, всего полторы сотни. Как думаешь их использовать?

— Они займут места у бойниц, все мечники пойдут на второй ярус. Когда орки подходят к стенам, особая меткость ни к чему, а умение держать в руках меч или глефу становится на вес золота. Но для стрелков не хватает доспехов.

— Им они не так уж и необходимы, — покачал головой маркиз. — А вот шлемы нужны непременно, желательно глухие, чтоб удар метательного топора выдерживали. Корт, займитесь этим, пусть кузнецы поработают как следует. Особая отделка нам не требуется, была бы прочность. Как думаете, господа, когда ждать следующей атаки? Сегодня, завтра?

— Я бы сказал, не сегодня, — подумав, ответил Айдахо. — Эта ночь наверняка будет спокойной. А вот следующая — вряд ли.

— Добро, значит, у кузнецов есть еще время. Ладно, господа, вы свободны. Вас, благородный Лериас, я попрошу остаться.

Когда замерло эхо рыцарских шагов, маркиз взглянул в холодные глаза эльфа. Они остались вдвоем. Маркиза явно не хотела уходить, однако была вынуждена повиноваться властному тону супруга. По всему было видно, что предстоящий разговор ему не просто не нравился, он его самым настоящим образом боялся. И тем не менее вынужден был его начать, хотя и медлил, словно стараясь оттянуть неизбежное.

— У меня к вам вопрос. Дело в том, что леди Алия… настаивает, что сможет оказать помощь в качестве боевого мага. Мне неизвестно, как далеко зашли ваши занятия, поэтому я хотел бы услышать ваше мнение по этому поводу.

Впервые в глазах эльфа мелькнуло человеческое выражение — смесь удивления, испуга, даже какой-то затаенной боли. Это выражение не укрылось от глаз лорда, хотя причин его он понять не мог.