Оно того стоит (ЛП) - Шейд С. М.

Он немного расслабляется.

— Ненавижу блестки, — невозмутимо отвечает он.

Роман расслабляется, услышав это, и слегка ерзает, когда Лидия сглатывает, словно старается проглотить мяч.

Плохой выбор слов…

— А еще я хочу, чтобы они танцевали и все такое. Но никакого насилия, — добавляет Андерсон, смягчаясь гораздо быстрее, чем я думала.

— Это я могу, — отвечаю я, счастливо улыбаясь.

Я действительно думала, что будет намного хуже.

В соседней комнате звонит телефон Романа, и он переводит взгляд с меня на Андерсона.

— Все в порядке? — спрашивает он меня, бросая настороженный взгляд на моего брата.

— Все хорошо, — говорю я ему.

Он в последний раз переводит взгляд с меня на него, затем идет в другую комнату. Как только он исчезает из виду, выражение лица Андерсона меняется, и я делаю глубокий вдох перед тем, как он делает выпад.

Кадры из фильмов с Брюсом Ли мелькают в моей голове, и внезапно Джилл делает выпад в грудь Андерсона как раз вовремя. Болезненный стон, больше похожий на визг, слетает с его губ, когда он отлетает назад и врезается в стену.

— Черт возьми! Я крута! — Я радостно вскидываю руки вверх, словно Рокки Бальбоа. — Я бионическая суперженщина!

Роман быстро возвращается назад, когда Андерсон хватает ртом воздух, держась за грудь. Надеюсь, я ничего ему не сломала.

— Какого черта? — рявкает Роман.

— Андерсон нападал! — Лидия ябедничает, напоминая мне, что она в комнате, и она на самом деле указывает на Андерсона, как будто ей снова пять, а хулиган на игровой площадке — мой сводный брат.

— Ты ведь собирался ударить ее? — спрашивает Роман ледяным тоном.

— Нет, и пошел ты. Я бы никогда не ударил ее, придурок. — Андерсон кашляет, морщась от боли. — Я собирался устроить ей вонючий пир.

Бедный Роман выглядит таким растерянным. Моему сводному брату нужен еще один пинок под зад.

Я принимаю позу Крадущегося тигра, Притаившегося дракона, полностью демонстрируя свою крутость.

— Постарайся! — огрызаюсь я, теперь уже готовая, поскольку знаю, что я потрясающая. — У Джилл тридцать разных стилей боя.

Это полная чушь. Но Андерсон понятия не имеет, что мой отец сделал с этой рукой. Его лицо слегка бледнеет.

— Обман!

— Ты больше не будешь меня терроризировать, так что к черту твой вонючий пир.

— Что вообще такое этот твой вонючий пир? — стонет Роман.

— Это когда Андерсон удерживает ее где-то внизу и пердит ей в рот, — сухо говорит Лидия. — Это отвратительно.

Я посылаю ей взгляды, полные ужаса. Теперь Роман будет целовать меня и думать о том, как кто-то напердел мне в рот.

Роман подавляет смех и качает головой.

— Я… я не могу сделать это прямо сейчас, — говорит он, его тело дрожит от сдерживаемого смеха.

Андерсон прищуривает глаза, смотря на меня.

— Кии-иии-йа! — говорю я, рассекая воздух Джилл, а затем возвращаюсь в свою потрясающую, «только-попробуй-со-мной-связаться» позицию.

Андерсон закатывает глаза и медленно поднимается на ноги.

— Джилл не будет с тобой все время.

— На твоей вечеринке не будет сексуальных стриптизерш.

Он хлопает в ладоши.

— Ты действительно думаешь, что я позволю тебе когда-нибудь снова заказать мне стриптизерш?

— Пожалуйста, убирайся вон из моей комнаты? — рычит Лидия. — И никогда больше сюда не врывайся.

Андерсон напрягается и откашливается, не глядя на нее.

— Верно. Я ухожу, — говорит он, убираясь восвояси, все еще не глядя в ее сторону. — Еще не все кончено, сестренка, — говорит он, закрывая дверь.

Я снова рассекаю воздух Джилл, хотя он этого не видит.

— Я всегда готова! Я заставлю твои вонючие булки сжаться от страха!

Съеживаюсь, когда Роман сгибается пополам, теряя самообладание. Да, он больше не считает меня сексуальной.

Когда он снова выпрямляется, он жестом приглашает меня подойти к нему, чем, к сожалению, безотказно действует на меня. Мои ноги двигаются без колебаний, пока я не оказываюсь прямо напротив него.

— Ненавижу, когда меня прерывают, — говорит он, наклоняясь и целуя меня.

Я под кайфом, как наркоманка, и он прижимает меня к себе, пока неприятное покашливание не напоминает нам, что у нас есть зрители.

Роман хихикает, прерывая поцелуй, но это выражение в мгновение ока слетает с его лица.

— Джилл надо идти, — говорит он, указывая жестом на порт зарядки.

— На самом деле у нее нет боевой подготовки, — вздыхаю я.

— Пока, Джилл, — язвительно бросает он, заставляя меня рассмеяться.

Мне следовало ударить Андерсона сильнее за то, что помешал нам. В следующий раз обязательно. Да. В следующий раз обязательно.

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

Хенли

— И как глубоко ты во все это погрязла? — спрашивает Дэвис, уводя меня с худшего в мире мальчишника.

Я поднимаю ладони вверх.

— Я понятия не имела, что заказала Каша.

— Это звучало бы более убедительно, если бы ты могла стереть эту ухмылку со своего лица.

— Скорее всего, этого сделать не получится. Чего стоило выражение лица Андерсона, когда вибратор приближался к нему. — Мои бока болят, когда я снова смеюсь.

— Яма! Яма! Надо купить ему футболку, — усмехается Дэвис, качая головой. — Я знал, что сумасшедшая Хенли все еще где-то поблизости. — Он обнимает меня за плечи и ведет к дому. — Поскольку ты и твои подружки саботировали мальчишник, твоя обязанность — развлекать меня сегодня вечером.

И я буду развлекать его до полусмерти.

— Что ты имеешь в виду?

— Позволь пригласить тебя на свидание.

Острая боль пронзает меня, подобно горящей стреле, от осознания того, что у нас осталось всего несколько дней, прежде чем мы снова разойдемся в разные стороны. Я знаю, что позволила себе увлечься им только потому, что это были временные отношения, но сейчас все кажется слишком быстропроходящим. Глупо расстраиваться. Это никогда не могло перерасти в нечто большее, если бы нас не разделяли года и мили. Я никогда не поверю, что он не сбежит от меня снова.

Два дня. Мы можем получить столько удовольствия, сколько сможем.

— Мороженое и скибол? — предлагаю я, вспоминая галерею с игровыми автоматами, которую мы видели в городе.

— Если это именно то, чего ты хочешь, — смеется он, а его темные глаза сверкают.

Мы ненадолго заглядываем в комнату Дэвиса, чтобы он мог забрать свой бумажник, а затем отчаливаем.

То, что я назвала галереей, на самом деле семейный развлекательный центр с лазертагом, минигольфом, множеством батутов, чтобы вдоволь напрыгаться, и пиццерией, помимо игровых автоматов.

— Чего бы тебе хотелось для начала? — спрашивает он.

— Я могу надрать тебе задницу на лазертаге, — хвастаюсь я, а он ухмыляется.

— О, милая, мне почти что жаль, с каким огромным счетом я тебя обыграю. — Он расплачивается, и мы надеваем жилеты.

Пока парнишка возится со своим жилетом, расстегивая ремни на широкой груди, я не могу удержаться и делаю быстрый выстрел. Раздается пронзительный звук, и жилет загорается. Парень оборачивается и бросает на меня сердитый взгляд, а Дэвис, ухмыляясь, качает головой.

— Извини, не заметила, что предохранитель снят.

— Никакого предохранителя и нет, — рычит парень.

— О, тогда, наверное, это не моя вина.

Группа парней присоединяется к нам, и мы делимся на команды в зависимости от цвета наших жилетов. Дэвис в желтой команде, а я в красной.

— Ладно, ребята, помогите мне преподать этому парню урок, — говорю я, кивая Дэвису.

— Извини, детка, но мне придется вытереть тобой пол, — насмехается Дэвис.

— Не стрелять, пока не прозвучит звонок, — предупреждает дежурный, пристально зыркнув на меня. Боже, всего лишь маленький выстрел, можно подумать, что я использовала настоящую пулю.

Нас впускают на арену, которая на самом деле представляет собой просторную комнату, подсвеченную инфракрасными прожекторами. Перегородки расставлены тут и там, превращая территорию в лабиринт препятствий. Все разбегаются, чтобы найти себе подходящее укрытие, и через несколько секунд раздается звонок. Мой жилет мгновенно загорается, когда меня сзади подстреливает парень, который сумел залезть своей обезьяньей задницей на одну из перегородок. Смеясь, он просто расстреливает людей.