Вся Робин Хобб в одном томе - Робин Хобб

держали в верхних камерах, на крыше крепости. И Прилкоп где-то здесь. Я думал, его поместят со мной, но они этого не сделали, — он остановился, чтобы перевести дыхание, и схватился за ребра. Кашлянул, и я вздрогнул вместе с ним.

— Я же говорил, что Мотли нашла её по нашей просьбе.

Интересно, сколько ударов пришлось ему по голове?

Он помолчал, потом произнес:

— Конечно. Она должна была стать нашим первым шпионом.

— Пер додумался до этого, — сказал я, и мальчик коротко ухмыльнулся, когда я взглянул на него.

Он выволок тело охранницы из-за стола и освободил стул для Шута. Я кивнул ему, признательный за помощь. Мы усадили Шута, а Пер вернулся к воде, чтобы вымыть руки и напиться. Я снова обратил все внимание к Шуту.

— Мы пойдем за ней сейчас, Шут. Мы не сможем тайно провести её через дамбу. Когда Симфи умерла, Служители закрыли ворота. Мы оказались здесь в ловушке, если только ты не найдешь вход в туннель под дамбой.

Он прищурился, пытаясь упорядочить мысли:

— А как ты попал сюда?

— Мы прошли через сливной желоб, который выходит в залив. Но мы не можем вернуться также. Прилив затопит его. Если только мы не найдем Пчелку и не спрячемся до следующего отлива.

— Это где-то полдня. — Он покачал головой. — Они вернутся за мной задолго до этого. И найдут нас здесь.

— Каков был твой план спасения?

— Плащ-бабочка и дамба.

— Один исчез, а другой закрыт. Мы попытаемся найти вход в туннель.

Он рассмеялся:

— Мой план мне нравился больше. Откуда ты знаешь, что Симфи мертва?

— Они объявили об этом и вывесили черные знамена на её башне.

Он покачал головой и пошатнулся:

— Не моих рук дело.

Спарк прервала нас:

— Скоро рассвет. Нам нужно идти за Пчелкой. Сейчас же. Прежде чем замок проснется.

— И за Прилкопом тоже. Пожалуйста, — Шут попытался выпрямиться, но тщетно.

— Если получится, — я не буду давать никаких обещаний. Как только Пчелка будет со мной, все мои усилия пойдут на то, чтобы в целости и сохранности вытащить её отсюда.

— Шут, как много ты видишь?

— При таком освещении — не много.

— Я убил охранника. Ты не знаешь, спустятся ли другие и когда?

— Я не знаю. Она была единственной, кого я видел. Фитц, сотни лет никто не выступал против Служителей. После смерти Симфи моё нападение на Капру разозлит их. Ожидайте встречи с большим количеством стражей.

Я кивнул.

— Я пойду наверх за Пчелкой.

— Возможно, они увели её оттуда. Я знаю, что они собирались переместить Прилкопа в другое место, когда нашли меня там.

— Ладно, начну отсюда. Я хочу, чтобы остальные остались здесь с Шутом. Попытайтесь найти вход в старый туннель, тот, через который они вывели Шута, когда он «сбежал» в первый раз. Я должен идти.

— Не один! — возразил Лант. Пер ничего не сказал. Он просто встал и подошел ко мне.

— Дай-ка подумать, — произнес Шут, задыхаясь. — Мы должны подняться на один уровень. Там больше камер. Примерно дюжина, и многие почти наверняка будут заняты. Это их… их основное место для пыток и заключения. Они держали там нас с Прилкопом очень долго. Возможно, он там, — неохотно он добавил: — И, возможно, Пчелка тоже.

Я не был уверен, надеялся ли я найти Прилкопа или нет. Если с ним обращались также ужасно, как с Шутом, могли бы мы забрать его из Клерреса? Риторический вопрос. Мы не сможем его бросить.

— Лестница за бочкой с водой? Эта нам нужна?

— Да, дверь должна быть заперта.

— Не для меня, — хвастливо заявила Спарк. Быстрая, как кролик, она бросилась вперед по ступенькам. Я увидел, как она склонилась, изучая замок, а затем порылась в своей маленькой сумке, чтобы найти отмычки. Пока она работала над защелкой, я смог более тщательно осмотреться на этом этаже и быстро вернуться к своим компаньонам.

— Если существует дверь, ведущая к проходу под дамбой, я её не нашел.

— Дверь в секретный туннель надежно спрятана, — напомнил мне Шут. Неохотно он добавил: — И она может быть не на этом уровне. Я время от времени терял сознание, когда меня выносили. Фитц, я знаю, ты думаешь, что я задерживаю тебя. Знаю, что ты волнуешься о Спарк и Пере. Но за этой дверью будет много охранников. Возможно, больше, чем ты сможешь одолеть в одиночку.

— Было бы прекрасно, если бы мы смогли найти туннель, — я пропустил другие его слова мимо ушей.

Пер выглядел задумчивым:

— Скорее всего, он будет на той стороне стены, что выходит на дамбу.

— Осмотри все ещё раз. Возможно, я что-то пропустил, — я пошел помочь Спарк с замком. Но когда я встал позади неё, она взглянула на меня раздраженно.

— Я справлюсь, — выдохнула она, и я отступил. Это был момент ужасающего чувства вины. Лант поднялся за мной по ступенькам. Наши взгляды встретились поверх головы девушки, пока она возилась с отмычками. Мне не нужно было говорить, чтобы он защищал её, чтобы защищал их всех любой ценой. Он знал. Я видел, что он был так же, как и я, обеспокоен тем, с чем мы можем столкнуться. Шут разворошил осиное гнездо, но к смерти Симфи он причастен не был. Несчастный случай, болезнь или убийство?

— Готово, — прошептала она почти в тот же момент, когда Пер поднялся по ступенькам и жестом показал, что его поиск не дал плодов.

Щелчок сдавшегося замка прозвучал очень громко. Я затаил дыхание и прислушался. За дверью было тихо. Время идти.

Я взглянул на Ланта. Он покачал головой, сжав губы. Он не останется. Пер отказался смотреть на меня, но его нож был обнажен. Я коснулся запястья Спарк и указал на Шута.

— Защити его, — пробормотал я и с облегчением почувствовал, как она спустилась по каменным ступеням и встала рядом с ним. Он посмотрел на нас, его бледные черты в сумраке были нечеткими.

Я приоткрыл дверь и жестом указал остальным ждать, пока не проверю все сам. Горело несколько ламп в виде горшков, освещающих центральную часть помещения, гораздо большего по размеру, чем нижнее. Ужасающие рассказы Шута стали реальностью. Столы были оборудованы наручниками и лезвиями. Высокие скамьи окружали их с трех сторон, удобные зрительные места для наблюдателей за работой палачей. Яма для огня, рядом с ней — очень аккуратный стеллаж. Кочерги и щипцы, ножи и пилы, другие инструменты, для которых у меня не было названий. Я никогда не понимал таких людей. Кого могла развлекать и возбуждать боль другого человека? Очевидно, здесь это было популярным