"Фантастика 2023-203", Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Синицын Владимир Сергеевич

В середине позапрошлого века главный церемонемейстер Двора королевства Маскат Тарик Ладдин, в ленном владении которого находилась провинция Кирдым со всеми нефтяными месторождениями, серебряными рудниками и ювелирными мануфактурами, предложил сумму, равную своим годовым доходам, тому, кто добудет для него чёрный бриллиант «Нигридис», исчезнувший при невыясненных до сих пор обстоятельствах за полвека до упомянутых событий из Королевского музея в Камелотое. Согласно преданию, этот камень принадлежал Нудису, одному из Мятежных Духов, низвергнутых в небытие, и в нём заключена крупица Изначального Хаоса. За пятнадцать с лишним тысячелетий этот камень бессчётное число раз менял хозяев, а число жертв борьбы за обладание им сравнимо с числом погибших во всех войнах, произошедших за всю историю человечества.

По приблизительным оценкам сумма вознаграждения в абсолютных цифрах соответствовала 250 000 золотых дирхем (примерно 1,5 миллиарда гривен по современному курсу), и, естественно, нашлось немало всякого рода авантюристов, попытавшихся выполнить заказ. Следует отметить, что реальная рыночная стоимость этого бриллианта составляла не более десятой части предложенной суммы.

В течение трёх с половиной лет поиски не давали результатов, а на центральной площади Эль-Бабилона (административный центр провинции Кирдым) за это время было казнено девятнадцать человек, пытавшихся (сознательно или по неведенью) всучить Тарику Ладдину подделки. Кстати, из-за всплывавших то и дело подделок происходили весьма примечательные события: в Новой Александрии (Конфедерация Эвери) разразилась война криминальных группировок, унёсшая более двухсот жизней; вспыхнул пограничный конфликт между Хеттским Каганатом и Президентской Республикой Бихар, продолжавшийся в общей сложности более шести лет; в Империи Хунну был отравлен юный император Джебе-IV – редчайший случай, когда Солнце Поднебесной закатилось, не дожив до глубокой старости; на островах Сури и Нама началась война за независимость – местные националисты решились на восстание, надеясь, что на средства от продажи «Нигридиса» они смогут закупить достаточно оружия, чтобы противостоять ромейскому экспедиционному корпусу.

Как и следовало ожидать, камень, за который была обещана столь щедрая награда, всплыл сам: некто, естественно, не пожелавший себя назвать, выставил его на торги на одном из «чёрных» аукционов в Шри-Лагаше. Владелец драгоценности явно не стремился лично отправиться в Маскат за вознаграждением, поскольку заказчику, в принципе, ничего не стоило объявить и эту драгоценность фальшивкой, а самого его отправить на плаху.

История с камнем стала достоянием гласности, и букмекерские конторы в Эвери, Альби и Ромейском Союзе начали принимать ставки на исход дела. Некий дотошный коллекционер древних рукописей обнародовал через прессу выдержку из имеющегося у его списка апокрифической «Книги Откровений»: «Чёрный Камень брошен в мир, чтобы смертные сами навлекали на себя бедствия, и Владыки Пекла не потерпят, чтобы он слишком долго пребывал в безвестности. Двадцать нечестивцев подставят шею под топор, а когда умрёт двадцать первый, алмаз обратится в графит, и дремлющий в нём хаос вырвется на волю, неся бедствия и катастрофы».

Судя по всему, неизвестный и поныне обладатель камня счёл за благо избавиться от своего сокровища и продал его за ничтожную цену. Дальнейшие события напоминали кровавую эстафету, и к финишной черте, которой стала даже не граница королевства Маскат, а ворота резиденции Тарика Ладдина а Эль-Бабилоне, пришёл едва ли не сотый обладатель камня. Всем остальным пришлось расстаться и с «Нигридисом», и с жизнью. Последним оказался некий Рашид Махмуд Охлуши, главарь банды разбойников, промышлявших в пустыне Аксу-Кум, в распоряжении которого было не менее шести тысяч головорезов, четыре артиллерийских батареи и более сорока пулемётов, но всё равно – более половины личного состава этого бандформирования погибло в боях с другими шайками и правительственными войсками, прежде чем камень был доставлен в Эль-Бабилон.

Привожу стенограмму разговора Тарика Ладдина с некой гостьей, которая проникла в его покои неизвестным образом, поскольку визит не был зафиксирован ни службой протокола, ни охраной резиденции. Ахмед Гуния, пресс-секретарь церемонемейстера, он же – легат Серого Легиона (кодовое имя «Тюрбан»), подслушал разговор через слуховое окно, совершенно случайно оказавшись в нужное время в нужном месте. Его внимание привлекло то, что беседа велась на древнеромейском языке, и то, что гостья обращалась к высокому сановнику на «ты», что в королевстве Маскат считалось преступлением, за которое согласно закону отрезали язык.

Далее – текст стенограммы:

Тарик Ладдин: …не надо делать глупостей. Каждый развлекается, как может, и если всё достанется мне, остальным лучше с этим смириться.

Гостья: А если всё получит кто-то другой, ты сам-то смиришься?

Т.Л.: А ты меня с остальными не равняй.

Г.: Мы и так – Равные, и от этого никуда не деться.

Т.Л.: Да ты совсем закисла. Решила испытать на себе, что такое смирение?

Г.: А ты решил последовать за отморозками типа Нудиса? Попробуй. Только сначала вспомни, где мы, а где он.

Т.Л.: А ты, значит, советуешь не высовываться?

Г.: Я предлагаю продолжать жить в своё удовольствие. Ты подумай своей тупой башкой: то, что ты получишь, не стоит того, что мы рискуем потерять. Ну, раздавишь ты скорлупку, ну, выйдет хаос на волю, ну, начнётся голод, мор, стихийные бедствия, войны, резня… И что? Не пройдёт и сотни лет, как всё кончится и будет забыто. И ради такой мелочи ты хочешь угробить фишку, которая может служить тысячелетия, может быть – вечность!

Т.Л.: Вечность уже прошла.

Г.: Шёл бы ты со своей меланхолией! Лучше отдай камушек в подарок какой-нибудь захудалой стране, и соседи сразу найдут повод для войны с ней – чем не забава? И за рамки договора с Врагом не выйдем. А то запрёт Он нас в Пекле, каждого в своём, – и все дела.

Т.Л.: Не посмеет.

Г.: Да плевать ему на нас.

Т.Л.: На нас – да! А как быть с клиентами, которых вдруг постигло искреннее и глубокое раскаянье? Им-то тогда тоже дорога к Свету будет закрыта. Нет, такого Он себе не позволит. Никогда!

Г.: Бредишь ты.

Т.Л.: Все мы бредим…

Г.: Ну, всё! С меня хватит! Ты уже всех достал своей простотой. Если твои поганые лапы дотянутся до «Нигридиса», я сама протащу тебя за хвост по всем кругам Пекла, а если будешь вырываться – остальные помогут.

Т.Л.: А вот это как-то даже не по-нашему… Не верю. С чего бы это Самаэль или Тойфа стали делать что-то в угоду твоим бредням? Разве что, усмотрели какой-то личный интерес… А вот это уже любопытно…

Г.: Урод!

На этом разговор закончился, раздался нарастающий гул, стены резиденции начали вибрировать, как при землетрясении, донёсся острый запах серы, и Ахмед Гуния получил ожог левого уха, которое было прислонено к слуховому отверстию. Прежде чем потерять сознание, он лишь успел спрятать свои записи за пазуху.

Впоследствии обнаружилось, что в гостиной, где происходила беседа, в полу образовалась трещина, откуда доносился жар и смрадный запах. По обнародованной впоследствии официальной версии властей королевства Маскат, на глубине 400 аршин возник пожар в нефтяных пластах. Впрочем, наши специалисты утверждают, что подобное объяснение абсолютно нелепо, поскольку нефть без доступа воздуха гореть не может в принципе.

Сам Тарик Ладдин и его знакомая бесследно исчезли, а всё помещение было покрыто копотью. Поныне руины резиденции считаются в народе проклятым местом и с тех пор стоят нетронутые, поскольку властям ни угрозами, ни посулами не удалось привлечь рабочих на их разборку. Вскоре опустел и весь город Эль-Бабилон.

Из донесения «Тюрбана» командование Серого Легиона сделало следующие выводы: Тарик Ладдин был ни кем иным как земным воплощением Иштарана, одного из Шестерых Равных, а его гостья, скорее всего, была Скиллой, царицей похоти и разврата.