Фантастика 2025-138 - Владимир Владимиров

что ты будешь делать? Я в бессилии ударил кулаком по стене. Посыпалась штукатурка. Повисшую тишину нарушил звонкий смех Элены. Она заливалась хохотом, совсем не аристократически хватаясь за бока. Ее прическа растрепалась, но сестра этого не замечала.

— Мирт, какой же ты дурак, — сквозь слезы пробормотала она.

— Да, — согласился Петер. — Ты права.

Он тоже улыбался. И только мне было не до смеха. Неведомый преступник снова ускользнул. Точнее, его тут и не было. А я надеялся, что все разрешится. Чтоб ему! Да ведь меня раскрыли!

— Господин Петер, уж извините, удобнее называть вас так, — прервал я приступ веселья. — Надеюсь, вы понимаете, что все ваши открытия должны остаться между нами?

— Да, да, конечно, — закивал он. — Не беспокойтесь. Но как? Почему? Вы и есть брат Элены, о котором я столько слышал?

— И что же вы слышали? — Я снова начинал злиться. От Элены доброго слова не дождешься.

— Элена переживала за вас и говорила, что хочет найти, но ничего не удается. — Слова Петера мгновенно остудили мой гнев. — Мне жаль, я был слеп. Теперь очевидно, как вы похожи.

Мы с Эленой? Похожи? Да парень точно ослеп!

— Но почему вы здесь под чужим именем? — не унимался он.

— Могу спросить вас о том же.

Тот опустил голову.

— Простите, это не моя тайна. У меня здесь поручение, но разглашать его условия я не могу. Дело государственной важности.

Даже так! Государственной! Кто же они, родители Ленора? Точно кто-то приближенный к крону или Верховному Жрецу. Версия о внебрачном сыне начинала казаться все более правдоподобной.

— А вообще, — вклинилась Элена, — не пойму, что за приступ ревности с твоей стороны, Мирт. Помнится, ты указал мне на дверь и просил никогда не переступать порог твоего дома.

— Но ты же видела, только что…

— Что? — теперь уже злилась Элена. — Если ты думаешь, что меня испугает золотистая чешуя, — ошибаешься! Взгляни, в этой академии меня окружают одни чудовища. И я жива, цела и невредима.

— Ты не понимаешь…

— Я? Это ты…

— Хватит! — прервал я бессмысленную стычку. — Если хотите поссориться, покиньте для начала мою комнату. Я устал и хочу отдохнуть.

— Простите, — снова вздохнул Петер. — Можете быть уверены, я никому ни слова не скажу. Надеюсь, вы не в обиде.

— Даже если я в обиде, то что? — Утомление начинало брать верх. — Вместо того чтобы извиняться, выясните, наконец, отношения с моей сестрой. Потому что и дальше наблюдать за вашей общей глупостью я не желаю.

Элена потянула Петера к двери. К моему огромному удовлетворению, потому что мне хотелось одного — лечь спать. День оказался слишком длинным. Из ожидаемых результатов радовало только хрупкое взаимопонимание, достигнутое между студентами. Не забыть бы утром обновить ловушки.

С этой мыслью я уснул. А проснулся от рева одного из оставшихся маячков. Вылетел в гостиную и замер. Маячок сигнализировал, что в комнате посторонний. Но в гостиной никого не было. Как такое могло быть? Я отчетливо чувствовал, что кто-то вырывался из моего заклинания. Чувствовал — но не видел.

— Покажись, — гаркнул в пустоту, не надеясь на успех. Но внезапно посреди комнаты оказалось мохнатое существо, похожее на человека, покрытого длинной густой шерстью.

— Отпустите меня, господин Кроун, — по-человечески пролепетало невиданное создание. — Я только хотел убраться.

— Ты… кто? — с размаху сел я в кресло, не веря в реальность происходящего.

— Кримпольс. Нуг.

— Что это такое? — Оба слова слышал впервые и даже не догадывался об их значении.

— Нуги — обитатели нижнего мира, — терпеливо пояснил волосатик. — Мы можем становиться невидимыми и хорошо работаем, а главное — дешево. Поэтому, если вам понадобится ненавязчивый слуга, наймите нуга. Много не возьмем.

— Кримпольс — твое имя? — наконец, догадался я.

— Да, — кивнул нуг. — Можно просто Крим. Я заведую уборкой второго этажа. Простите за беспокойство. Думал, вы еще спите.

— Постой, Крим, — появилась идея. — Раз ты заведуешь этажом, может, ты видел, кто входил в мою комнату, когда меня не было?

— Когда вам расписали стены? — понимающе вздохнул Крим. — Увы, нет. Я убирал на другом конце коридора. Но если я замечу что-то странное, тут же вам доложу.

— Жаль. А на кухне — тоже вы? — любопытство взяло верх.

— Мы, — пискнул Крим. — Вы уж, пожалуйста, не отправляйте к нам студентов. Толку от них нет, а продукты воруют. Особенно боевики. Вечно голодные.

— Хорошо, — заверил я Крима и отпустил на все четыре стороны. Настроение улучшилось. Хоть одна тайна этого места раскрыта. Надо же, нуги. Никогда не сталкивался с существами нижнего мира. Да и вообще считал его вымыслом. Оказывается, он и правда существует. Вот чудеса.

Пришлось снова выставлять маячки. Действия уже стали привычными — плетешь сеть, раскидываешь ее по комнате, уточняешь, кого искать. Увы, сил на защиту ушло много. Поэтому утром я щеголял темными кругами под глазами и снова «радовал» студентов ужасным настроением. Лекции текли по привычному пути. Но было кое-что, немного улучшившее мое состояние. Моя группа начала общаться с боевиками. Я заметил, что Регина села поближе к Деймису. Лидер боевиков смотрел на нее благосклонно и даже удостоил несколькими фразами. Джем и Дабл Кей и вовсе сдружились с вчерашними напарниками. Когда я вошел, они о чем-то весело болтали. Что ж, трудотерапия имела успех. Жаль, что не всегда мои начинания так успешны.

Увы, мой враг так и остался неузнанным. Следующие две недели маячки в комнате молчали, стены оставались чистыми и на жизнь никто не покушался. Зато возникла другая проблема, и звали ее Лизи. Девчонка не давала мне прохода. Где бы я ни появлялся, она обязательно оказывалась рядом. В столовой, коридоре, тренировочном зале. Нет, она не проявляла ко мне повышенного внимания, но постоянно попадалась на глаза. Решил поделиться своими сомнениями с Эленой, но сестра только рассмеялась и сказала, что я бесчувственный чурбан. Элена теперь много смеялась, из чего сделал вывод, что у них с Петером дела пошли на лад. Сестрица порхала мотыльком, ставила студентам красные штампы и мило чирикала с профессорским составом. У меня ее счастливый вид начал вызывать жуткое желание подпортить настроение, поэтому я старался держаться подальше. Дело не в зависти. Скорее, в аллергии на влюбленных. Видеть не могу людей, которые теряют голову, стоит кому-то пальчиком поманить. Увы, Элена влюбилась безнадежно. Что удивительно — холодный уравновешенный Петер тоже глупо улыбался и даже стал меньше задавать, о чем мне поведали потрясенные студенты. Пока академия утопала в любви, я утопал в работе. Зачастил в библиотеку, даже к коту привык. А главным моим собеседником стал Реус. Иногда мы вечерами славно обсуждали