'Фантастика 2025-62'. Компиляция. Книги 1-26 - Ринат Искандэрович Мусин

мне. Наконец-то он вышел на рабочие мощности. Движения стали резкими, сильными. Передо мной был не охреневший от внезапной атаки эстет, а дикий зверь.

Вот это по-нашему, вот это мне нравится!

На реакцию я не жаловался. Улучив момент, увернулся от когтистой лапы и ногой врезал упырю в корпус. Тот отлетел. А я скастовал Знак, который пока ещё не успел опробовать. Защитный Круг.

Когда упырь в очередной раз с воем попытался на меня накинуться, он расплющил себе нос в лепёшку о невидимую преграду.

— Круто, да? — спросил я. — Мне тоже нравится.

Упырь, рыча, двигался вокруг границы, защищающей меня. Я поворачивался вслед за ним. Ну что ж, продолжим испытания.

Удар!

Упырь кубарем покатился по могилам. Прекрасно. Отсюда туда проходит всё, что угодно, а оттуда сюда — ничего.

Но нюанс обнаружился быстро: Круг жрал силы. Конкретно так жрал. Манок тоже тянул энергию, но не настолько интенсивно. А тут — я уже чувствовал себя, как кувшин, из которого выливают воду.

Стало понятно, почему, например, Егор не кастовал Защитный Круг, когда мы бились с крысами. Ничего тупее придумать невозможно, чем потратить все силы на защиту и потом достаться тварям на блюдечке.

Пора с этим завязывать. Да и вообще, пора кончать этого лысого недоделка.

Усилием мысли я снёс Защитный Круг и пошёл к поднимающемуся упырю. Он встал, скаля на меня клыки. Я вскинул руку и скастовал Красного Петуха.

Огнём в морду упырь таки выхватил. Сгореть не сгорел — да я на это и не рассчитывал — но временно ослеп и с визгом отвернулся, закрыв лапами морду. Тут-то я и подошёл.

Взмах, вспышка меча — и я перерубил твари позвоночник.

Завопив, упырь рухнул на колени. Я подошёл сзади, левой рукой схватил его за подбородок, правой приставил меч к глотке.

— Знаешь, я мог бы тебя пытать, — сказал я. — Ты бы мне что-то наврал. Я бы пошёл проверять… Но когда я обо всём этом думаю, мне выть с тоски охота. Одну жизнь можно прожить, не зная, чего хочешь. Но сейчас я с собой предельно откровенен. Я не хочу заморачиваться и разгадывать какие-то сраные загадки. Я убиваю тварей и становлюсь сильнее. Убиваю тварей и становлюсь богаче. И мне всё это нравится: убивать тварей, становиться сильнее и богатеть. Так что отпускать тебя я не стану ни при каких обстоятельствах.

— Подожди! — прохрипел упырь. — Не… Не…

— Да ладно? — Я заржал. — Серьёзно⁈

— Не губи! — взвыла тварь.

Н-да. Эдак и от смеха помереть недолго. Во потеха-то будет.

— Кто отправил тебя к Урюпину? — рявкнул я.

— Упыря никто не…

— Бла-бла-бла.

Я перерезал глотку и пинком швырнул тело на землю. Вогнал меч в спину, пробив сердце.

И меня шарахнуло. Как следует. Я даже попятился и повалился на ближайшее надгробие, обхватив его руками. Голова закружилась, зазвенело в ушах, во рту пересохло.

К счастью, всё это быстро прошло. Прохладный ночной воздух наполнил лёгкие, и меня попустило.

Ф-ф-фух! Вот это пруха. Джек-пот сорвал, однако. Пять родий. Упырь оказался упакован по самую маковку.

А чего накрыло-то так сильно? Я ж колдуна убивал, да и медведи помощнее упыря были… А, дошло: я, наверное, сильно вымотался, вот и накрыло.

Справочник на сей счёт давал инфу смутную и неоднозначную. Я для себя понял, что где-то есть некая гипотетическая шкала маны, которая растёт сообразно рангу охотника. Увидеть её было невозможно — не в компьютерной игрушке же — но она была. В справочнике были и попытки объяснить, как именно разные Знаки влияют на эту шкалу, с какой скоростью она восстанавливается. Но всё это была такая сраная высшая математика, что даже я забил в ней разбираться.

В конце концов, физические силы я в виде шкалы тоже не вижу, но распределять их как-то могу. Значит, и с магическими освоюсь. Вот, первые шишки на граблях бесценного опыта уже набил, в другой раз прошареннее буду.

Так. Теперь подлечить Захара и сжечь тварей. Главное, ничего не перепутать.

— Эй, Захар! Ты чего уснул-то? Смена не закончилась!

Я присел рядом с лежащим поперёк могилы Захаром и похлопал его по щекам. Не помогло. На шее паренька отчётливо — во время битвы с упырём небо посетила луна — виднелись две отметины от укуса.

Ну, значит, понасилуем свою невидимую шкалу маны ещё чуток.

Противоядие у меня было прокачано до второго уровня. Это покрывало только яды низших тварей. Но, поскольку других вариантов не было (до возможности поднять уровень этого Знака мне нужно было самому подняться до Витязя), я применил его.

Захар застонал, веки затрепетали, однако чуда не случилось. Амулет, защищающий от укусов тварей, видимо, не сработал.

— Ладно, — вздохнул я. — Всё самому придётся делать. Вот ведь, взял себе помощничка! А потом проснётся — ещё про долю говорить начнёт.

Ворча так, я сжёг упыря. Потом нашёл и спалил всех мелких ящеров, собрал кости. Итого семь штук. Не густо, но и не ноль. В целом, продуктивно ночь прошла.

— Как говорил Василий Иванович в туалете: «Именем Революции — встать!» — гаркнул я на Захара.

Тот в ответ лишь всхрапнул. Н-да… Ладно, не бросать же его тут. Отморозит себе почки или ещё чего похуже.

Кряхтя, я взвалил парня, который весил никак не меньше меня, на плечи и, шатаясь, пошёл к выходу с кладбища.

По дороге встретился сторож.

— А это… Это вы, что же? — спросил обалдевший мужик.

— Да вот, выкопал кой-чего. Пойду, господина Абрамова попугаю, — отшутился я и вышел за ворота.

Путь предстоял неблизкий. Вот когда я пожалел, что хожу по городу пешком, а не катаюсь в карете. Карета сейчас лишней не была бы.

Аналогом такси в Поречье служили извозчики, но это была не самая распространенная услуга. При размерах города — в общем-то, неудивительно. Да и тех извозчиков, что есть — чёрт знает, где искать в это время суток.

Я топал с Захаром на плечах по ночным улицам, ориентируясь по внутреннему навигатору. В Поречье уже, в целом, освоился, путь к постоялому двору Фёдора проложил бы из любой точки.

Улицы были пусты. Только раз выскочили из темноты две каких-то потрепанных личности. Предложили отдать кошелёк.

— А билеты в филармонию не отдать? — буркнул я.

Рукой в перчатке поправил лежащее на плечах тело Захара.

Личности, рассыпавшись в извинениях, растворились в темноте — так же стремительно, как появились. А я понял, что сделал глупость. Упустил потенциальных носильщиков. Окликнул:

— Эй! Пацаны! Вернитесь, не трону!

Ответом была тишина. С инстинктом самосохранения у ребят