Творцы (СИ) - Штенье Робин

В голове у Милы вплыла фраза, не раз мелькавшая в фильмах и сериалах: «Обычные мотивы для убийства: деньги, секс, месть».

— Что? — переспросил Макс, и Мила поняла, что не просто вспомнила фразу — прошептала ее.

— Деньги, секс, месть, — повторила она уже громко. — Если верить ребятам из телека, то это самые распространенные мотивы для убийства. Денег я никому не должна, парней чужих я не увожу, а мстить… не знаю, конечно, но мстить мне вроде бы не за что. Ну чтоб вот так, прям насмерть.

— Да-а, — протянул Макс, — мотив так и остается для нас загадкой. Но мои аналитики проверят всех, с кем ты контактировала на вечеринке. И заодно всех, с кем ты пересекалась во время стажировки в Башне. Может, это какой-нибудь завистник или влюбленный стажер, которого ты отвергла.

— Я? Отвергла? Да у меня и времени-то нет на личную жизнь, какой там влюбленный стажер!

— Вот именно, деточка, — Макс подмигнул, и Мила смутилась. — Деловые женщины часто не подмечают влюбленных взглядов в свой адрес.

— Может, это был ухажер Ланы? Она у нас звезда! У нее полно поклонников. С такой-то внешностью, на нее только слепой не засмотрится.

«Модель!» — вдруг вспомнила она свои слова перед вечеринкой и застыла, прижимая пальцы к приоткрытым губам.

— Модели…

Лин Вей с Максом ее не поняли, уставились удивленно и оба насторожились.

— Модели! Погибшие модели очень похожи на Лану.

От этой мысли по телу побежали мурашки. Мила вспомнила, как и сама Лана насторожилась в тот вечер при этих ее словах.

— Ты же не впуталась в расследование убийств девушек? — строго спросил Макс, глядя на нее сурово, но почти по-отечески. Такой взгляд иногда бывал у отца, когда Мила еще в школьные годы приводила домой мальчика или просыпала уроки, засидевшись до утра над очередной картиной.

— Я? Не-ет, — растерянно произнесла она. — Это слишком жутко. А я не могу ввязываться в то, что жутко. Это отразится в работах. А у меня сейчас готовится серия совершенно солнечных картин. Но вы же рассмотрите этот вариант, правда? Если Лане грозит опасность, если это ее хотели отравить, то я…

Слыша нарастающую панику в ее голосе, Макс оборвал ее взмахом руки и мягко произнес:

— Успокойся и выдохни. Насколько я знаю, Ланы не должно было быть на вечеринке. То, что она пришла с тобой — случайность. Отравить, возможно, хотели кого-то с тобой не связанного. Мы все еще не знаем ни мотива, ни цели.

— Согласен с Максом, — заговорил Лин Вей и поднялся с места. — Не думаю, что тебе стоит так волноваться, — подошел ближе к стене, на которой все еще сменялись изображения. — У Ланы сейчас защита намного слабее, чем у тебя. Если б до нее хотели добраться — выбрали бы другой, менее изощренный способ.

На стене появилась фотография Дэна, беседующего с кем-то из потомственных творцов, которые обычно не вызывали у Милы никакого интереса.

— Кстати! — произнес Макс тоном не предвещающим ничего хорошего. — Дэн! Вот кого стоило бы вызвать сейчас сюда и заставить писать стопку объяснительных. Со своими обязанностями охранника он справляется на редкость паршиво. Почему он появился на вечеринке позже остальных?

— Ну, он же не может везде со мной таскаться? — Мила всплеснула руками и заговорила как можно более непринужденно, пытаясь выгородить друга: — Со мной же были Лана и Ян. А Ян — очень талантливый. Многое уже знает и умеет. До Дэна ему, конечно, далеко, но на помощь прийти сможет. Что, собственно, он и сделал.

— Защищать тебя — обязанность Дэна, — отрезал Макс. — Он твой охранник. И, как видим, не очень надежный. Хорошо еще, что ритуал Хранителя не был пройден. Если он в охранники не годится, то и хранитель из него был бы никакой.

Мила вспомнила тот день, когда они впервые встретились с Дэном. Он был совсем не похож на того парня, которого она знала сейчас. Сломленный, мрачный, какой-то совершенно неживой. Совсем как кукла, которая умеет водить глазами за движущимся объектом. Зрелище было жуткое. Мила никогда не видела настолько подавленных людей. Когда она пыталась с ним шутить, Дэн почти не реагировал, на вопросы отвечал односложно. И даже не пытался заговорить первым, если возникала пауза. Ей казалось, ему было плевать на то, что происходит вокруг. В день их знакомства она впервые задумалась о том, как мог бы выглядеть человек, из которого извлекли душу.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Со временем им с Сеней удалось разговорить его. Тогда стало ясно — Дэн нормальный парень, просто очень замкнутый и, вероятно, переживший какую-то личную драму. Если б тогда, в первый день, он не был таким отстраненным, она, возможно, даже пофлиртовала бы с ним. Внешне он был очень приятным, она бы даже сказала, симпатичным. Но теперь она радовалась, что между ними не было ни флирта, ни намеков. Да и тому, что Хранителем он не стал — тоже.

На стене появилось фото Дерека, и Мила вынырнула из далеких воспоминаний.

— Дерек! — оживилась вдруг она. — Дэн и Дерек поругались на вечеринке из-за Ланы. Мне Сеня рассказывал! Может быть, это что-то прояснит. Любые конфликты могут иметь какие-то глубокие корни, ведь так? — она посмотрела на Макса, и тот кивнул.

— Любая информация может оказаться полезной. К тому же поведение Дерека давно оставляет желать лучшего. Я бы, может, и не стал пока включать его в список подозреваемых, но вот из Башни его ненадолго убрал.

— Исключено, — Лин Вей обернулся к Максу, отвлекшись от разглядывания фото. — Присутствие Дерека в Башне необходимо. Оно поддерживает мнимый баланс сил. — Лин Вей заложил руки за спину и направился в сторону кресла. К удивлению Милы, мужчина обошел его стороной и прошел к окну. — Пока Дерек в Башне — это успокаивает потомственных творцов, которые возлагают на него большие надежды. Мне понятно твое желание подыграть Дэну, но это может все испортить. Как и в тот раз, когда ты пытался Дэну мешать. Не нужно прибегать к лишним действиям. Нужно наблюдать, делать выводы, а если действовать — то наверняка.

— Хорошо, — сдался Макс и потер лоб. — Мила, думаю, тебе стоит просмотреть эти фото дома в спокойной обстановке. Возможно, ты еще что-то вспомнишь или заметишь. Особое внимание уделяй тем фото, на которых запечатлена ты сама и люди, с которыми ты контактировала. И постарайся никуда не выходить в одиночку. Будь на виду, если выходишь куда-то — выходи с подругами, близкими людьми или со своим охранником. И по возможности пока не появляйся в Башне. Нам стоит исключить лишние риски.

— Как это, не появляться в Башне? — искренне возмутилась Мила. — А Ян? — и тут же добавила. — В смысле, как же наши тренировки? Я же куратор, я должна его обучать.

— Тренировки можете проводить в моем особняке, — предложил Макс. — У меня прекрасный подземный зал, пригодный для отработки приемов с боевыми рунами. Вас там никто не потревожит — можете резвиться там, ни в чем себе не отказывая.

По его глазам она не смогла понять, было ли это каким-то странным намеком или Макс просто не стесняется в выражениях. Игнорируя неуместный подтекст, Мила уверенно кивнула и поблагодарила его за гостеприимство.

Как ни крути, а боевой подземный зал — отличное место, где можно потренироваться без посторонних глаз.

Глава 14. Что-то помимо тьмы

Собрать на кончиках пальцев хоть сколько-нибудь «силы» у Ланы никак не получалось. Несмотря на настоятельную просьбу Дэна сосредоточиться, она постоянно на что-нибудь отвлекалась. Например, из головы никак не удавалось выкинуть мысли о Яне, не желающем рассказать, что у него произошло с Лизой. Как будто фраза «Не переживай, мелкая, это не из-за тебя» не говорила об обратном. Но ладно, с вернувшимся в свою старую комнату братом было спокойнее, хоть и приходилось всякий раз сворачивать окно с Телеграмом, когда Ян просто что-нибудь спрашивал, даже не заходя к ней. Только и прекратить переписываться с Калки она не смогла, хоть и настораживало его внезапно прорезавшееся желание сократить расстояние между ними.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

«Черный список потому, что обиделась на меня из-за того, что не стал называть свое имя? Прости, я, кажется, действительно перегнул палку. И что мне сделать, чтобы больше не попадать в ЧС? Назвать имя? Ты только скажи — я готов».