Ник-5 - Анджей Ясинский

А еще эти чудовища… — Лупаго перестал нервно ходить по кабинету и опасливо покосился на дверь балкона. Он не особо обращал внимание на появившиеся жалобы работников тюрьмы и близлежащих домов о периодическом появлении монстров, наводящих ужас своим внешним видом, а особенно — рыком, считая их выдумками и последствиями стресса. Все-таки давно здесь не происходило событий такого уровня. Пока сам не попался…

Через день после произошедших событий комендант разгребал поступающие отчеты о проведении расследования. Их скопилось много, так как опытный Лупаго, помня о приезде комиссии, приказал любые действия отражать на бумаге. И все бумаги следовало тщательно изучить, не передоверяя подчиненным, дабы быть в курсе всех деталей произошедшего. Разговаривать-то с комиссией придется ему, и лучше быть готовым ответить на любой вопрос. Сколько на его памяти было случаев, когда начальники, полностью положившиеся на своих сотрудников, не могли в нужный момент сделать правильный вывод. Конечно, на то они и нужны, подчиненные, чтобы делать черновую работу, а начальству выдавать краткие суммированные результаты — но вот в таких ситуациях никто не знает, чего можно ожидать…

Так вот, зарывшись в отчеты, Инжи заработался до позднего вечера. Устало откинувшись в кресле, он краем глаза зацепил какую-то неправильность в стене около балконной двери. Рабочий стол располагался под углом к ней, так что, повернув голову, комендант с удивлением заметил торчащую из стены руку. Обычную человеческую руку. Невысоко над полом — примерно на уровне поясницы стоящего человека. Буквально в паре метров от него. Нельзя сказать, что старый офицер испугался — скорее удивился. Эка невидаль — рука в стене! Но неприятные мурашки успели промаршировать вдоль позвоночника и спрятаться среди волос на голове. Достав из ножен кинжал, Лупаго тихо поднялся и мелкими шажками стал передвигаться в сторону балконной двери, чтобы оттуда посмотреть на неизвестного шутника. Шаг, второй — и мурашки промаршировали по позвоночнику в обратном направлении, теперь спрятавшись в районе крестца: рука поворачивалась вслед его движениям. Постояв немного и поняв, что кроме изменения своего положения рука ничего не собирается предпринимать, Лупаго резко прыгнул к двери и сквозь стекло попытался рассмотреть, кто находится снаружи. Нет, он не сошел с ума: одновременно с прыжком комендант успел погасить светильник, да и светиться дольше пары мгновений на фоне проема не стал — бросил быстрый, но цепкий взгляд и отпрыгнул от двери к центру комнаты. Удивился ли он? Он так и не понял, но определенно испытал неприятные ощущения, когда осознал, что увидел заднюю часть частично вмурованного в стену с наружной стороны, между этажей, человека. Ну, вернее, заметил спину — стены-то толстые — но вот как тот умудрялся двигаться?

Впрочем, долго думать ему не дали. Видимо, движения коменданта как-то повлияли на ситуацию, так как рука человека резким, неестественным рывком поднялась до уровня, как если бы человек стоял на полу комнаты, а затем пропала. Приблизившись к окну, Инжи сквозь стекло увидел, как вдоль стены, плавно и неторопливо, двигалась фигура незнакомца. Переместившись вдоль окна, фигура развернулась и медленно вошла-вплыла через открытую дверь балкона. Лупаго едва успел рассмотреть и запомнить внешний вид человека, как тот превратился в огромное мохнатое чудовище, поднял руки-лапы и издал злобный рык. Вспоминая на следующий день эти события, Лупаго никак не мог взять в толк, что же его ТАК испугало. Преображения человека в чудище? Вряд ли, хоть зрелище и не для слабонервных. Рык? Ну, рык как рык. Рычание диких животных коменданту приходилось слышать не раз и не два. Однако в тот момент ему резко поплохело: внутренности как-то неприятно завибрировали, сердце сдавила болезненная тяжесть, а в глазах все поплыло. Вокруг появились какие-то непонятные светящиеся пятна, а самое неприятное — возник иррациональный страх, нет, даже не страх — УЖАС! Тем не менее, рефлексы сработали как надо — метнув кинжал в чудовище, комендант выскочил из кабинета и захлопнул дверь. Снизу уже спешила охрана, усиленная ввиду последних событий.

Понятно, что игнорировать произошедшее Инжи уже не стал: одно дело «досужие вымыслы» обывателей — и совершенно другое, когда сам испытаешь нечто подобное. Ворвавшаяся в комнату охрана никого уже не застала. Кинжал нашелся на улице — вылетел в открытую балконную дверь, хотя Лупаго был уверен, что не мог промахнуться. Тут уже вызвали людей из департамента расследований, и после жесткого указания Инжи разобраться с этими чудовищами, несмотря на наступившую ночь, механизм расследования завертелся в другую сторону. Если быть точнее, то приобрел дополнительное направление. Через полчаса в том же кабинете перед комендантом сидел Тристис Имаген — лучший сыщик и дознаватель департамента расследований. И, что немаловажно — искусник.

— Как вы понимаете, — тихо говорил Тристис, выслушав четкий рассказ Лупаго, — я еще не совсем в курсе событий, так как только вчера вернулся из деревни Крохо, где произошло убийство.

— И как, успешно? — не удержался от вопроса комендант, хотя слышал об этом впервые. Мужчина среднего возраста (по крайней мере внешне), одетый щеголевато, ничуть не испытывал пиетета перед высоким начальством, но и не переходил рамки вежливости. Это нравилось Лупаго: хороший специалист может себе позволить такое поведение.

— Все оказалось просто и банально, — слегка улыбнулся Тристис. — Жену кузнеца убил сам кузнец и со страху попытался неумело замести следы. Хотел свалить убийство на залетных бандитов.

Комендант кивнул и вернулся к своим проблемам:

— Однако, вам уже должны были передать выжимки данного дела. Остальные документы находятся у меня на столе. Любые ваши требования будут тут же выполняться приданными помощниками, они же ответят на все возникающие вопросы. — Комендант немного помолчал, глядя на задумавшегося сыщика. — У вас уже есть какие-либо мысли по поводу произошедшего?

Тристис Имаген слегка насмешливо посмотрел на коменданта, встал и подошел к стене, где впервые Инжи увидел руку того чудища.

— В принципе, исходя из всех предложенных мне данных, у меня уже сформировалось мнение, все объясняющее. Но, конечно, надо все проверить, провести повторные опросы свидетелей: может, выплывет какая-нибудь мелочь, способная перевернуть мои выводы с ног на голову.

— И тем не менее, на данный момент мне нужно хоть какое-нибудь объяснение. — Инжи достал из стола бутылку местного вина и два бокала, разлил благоухающую солнечным ветром благодать и предложил искуснику. Тот не стал отказываться и, пригубив вино, снова уселся в кресло, не скрывая удовольствия от угощения. Посидев с закрытыми глазами, Тристис произнес: