Мой выбор - Белла Герман

— Как тебе? Не хочешь такую? — Сережа как игрушку протянул мне малышку. — Украдем ее, смотри какая спокойная.

— Дурашка ты. — Я все любовалась ими, а Сережа так ловко с ней управлялся, словно у него был опыт, он играл с ее пальчиками в сороку-ворону, щекотал, даже несколько раз понюхал ее, и чмокнул в лысую макушку.

Девчушка вцепилась в него и даже после того, как мама пришла не хотела уходить, видно, как матери было неудобно. Но Сережа всем видом показывал, что он получает не меньшее удовольствие, чем малышка.

— Она просто не может устоять перед моим обаянием, меня любят блондинки. — Он игриво подмигнул мне.

— Я сразу ее заберу, как вам в тягость станет.

— Вы что! Она просто чудо.

Малышка в какой-то момент прилегла на грудь Сережи и начала закрывать глазки. Я подала сигнал матери, и она забрал, та немного расстроилась, но пустышка быстро вернула спокойствие. Ребенок уснул. Я была в растрепанных чувствах после этой сцены с ребенком.

Прилетели в Бангкок, когда уже было темно, огни города завораживали. Этот жаркий, влажный воздух был приятен. Завтра у нас ещё один перелёт, а сегодня мы решили оторваться, забросили чемоданы в отель, переоделись и отправились самый крутой клуб. С порога нас поглотила атмосфера безудержное веселья, куража и развязных танцев.

Серж, как с недавних поря с тела его называть, на французский манер, отлично танцевал. Мы отдавали танцу и друг другу словно долгого и не простого перелёта не было. Мы пили только сок и воду, но настроение было, словно мы съели тонну колёс и палернули это всё кокосом. Мы открывались часа четыре, пока наши танцы не стали такими тесными и провокационными, что мы одновременно сказали: " Поехали в отель".

Там было все потрясающе, страстная любовь по всему номеру, мы просто начали с консоли при входе, а там уже использовали все поверхности и помещения. Это было потрясающе, это было очень откровенно, он говорил, чего хочет он, я говорила, чего хочу. Мы были более открыты друг другу, развратнее даже. Многое для меня оказалось в новинку, и легкий укол я получила, думая с кем или кто научил его всяким премудростям.

Очень удивилась, когда он сказал, что не любит оральные ласки. Когда его ласкают.

— Не понимаю я, ничего особенного в этом нет. Красиво, конечно, но не люблю.

Я восприняла это как вызов.

— А можно я попробую, я никогда этого не делала, не хотела, а теперь хочу. Хочу доставить тебе удовольствие.

— Ты и так доставила мне массу удовольствия.

Мне ещё пришлось его упрашивать, может это была уловка, я не знаю. Но от прикосновений руками он весь напрягаться, а уж как я стала спускаться с поцелуями ниже пупка, он совсем был как оголенный провод, его прошивало. Я намеренно оттягивала момент, распаляя его. Я проводила щекой по стволу, а сама целовала рядом.

— Ты точно не хочешь?

— Знаешь, ты умеешь убеждать. — Он так тяжело дышал, что я и сама распалялась не на шутку.

Тогда я вспомнила все что когда-либо видела или читала об этом. Не знаю, что он там не любил, но от моих прикосновений губами он начинал шумно дышать, иногда в голос. Я постепенно все глубже принимала его, наращивая темп, потом вспомнила про создание вакуума. И его пробила дрожь, он громко простонал и его семя оказалось у меня во рту.

— Извини, я не предупредил. — хриплым голосом он сказал, приподнимая мое лицо.

Я не знала, что делать, поэтому проглотила, читала где-то, то мужчина может расстроится, если выплюнуть сперму.

— Тебе понравилось? — С горящими глазами спросила я.

— Ты лишила меня невинности, я, если честно, не верил в эту затею, но это… — Он сделал вдох, взлохматил волосы и почему-то стеснялся на меня смотреть- Просто космос. Мне теперь интересно, кто тебя такому научил.

— Ты первый, никто не учил. Читала, видела. — Засмущалась я, будет теперь думать, что всем делала так хорошо.

— Ты у меня просто космос, я-то думал, сейчас я тебя буду развращать, покажу тебе настоящий секс, а тут ты, с таким напором.

— Ты мне и так, ещё тогда, показал, что такое секс. Я даже и не знала, что… ну… даже ты целовался умопомрачительно, не то, что секс.

Я не ожидала такой откровенности от себя, но это было правдой. Эта ночь для нас была действительно ночью открытий, мы становились ещё ближе, открывали свои сердца, свою душу, свои мысли друг другу.

— Я не помню, чтобы когда-то я кого-либо так хотел. Чтобы я такое физическое удовольствие получал от поцелуя или секса. Я тогда тебе в подъезде поцеловал, так чуть штаны не порвал. Я пытался унять стояк, но не мог, он даже болел, вот как я тебя хотел. А целуешься ты…ууух. Сейчас уже привык, а вначале голову сносило напрочь. Дышать потом не мог нормально, как астматик задыхался. И помню первый раз- он словно завис в воспоминаниях. — А еще потом без резинки. Это не описать. Наверное, тут не сравнить ни с чем. С тобой и анальный секс не нужен, ты там такая узкая, словно…не могу приличного сравнения найти. — Я безумно застеснялась от этих слов, эти откровения были не для моих ушей. Но я решила поддержать его откровенность.

— А ты очень крупным мне показался, когда ты первый раз… то я даже дышать не могла, настолько ты меня заполнил, я даже и не знала, что может быть так хорошо… А, когда ты там меня поцеловал, я не ожидала, так смущалась, но не хотела, чтобы ты заканчивал.

Про себя я думала, что он слишком хорошо это делал, опять укол ревности.

А он воспринял это как сигнал и пошёл в атаку, откинул одеяло, раздвинул мои бедра ногой, и только хотел поцеловать, как сработал будильник. Снова аэропорт. Тут перелёт был всего два часа. Дальше катер, ещё часа три мы пошли и мне уже становилось дурно, на море было волнение.

На горизонте появились первые очертания