Попаданка из семьи Русалковых - Тали Аксандрова

— Все мерки для платья сняли, — сухо продолжил принц.

Я на всякий случай снова кивнула. Хотя и не понимала, зачем он все это мне сообщает. Должно быть, чувство благодарности за помощь. Наверное, и на свадьбу пригласит. Немного жаль, что придется отказаться. К тому времени я буду далеко, в своем родном мире. Где ничто не будет напоминать мне о Линсе. Но где я сама буду помнить о нем каждый день.

Я все еще лежала в кровати. Слабость разливалась в теле, в голове что-то стучало. Но и принц не ждал, что я встану. А когда попыталась, он жестом заставил меня лечь обратно.

— Значит, решено, — сказал Ринс. — Коронуют тебя через положенное время после свадьбы.

Снова кивнула, машинально. И вдруг скатилась с кровати и мигом вскочила.

— Что? Кого коронуют? — завопила я.

— Тебе нехорошо, Визифлюндия? — нахмурившись, поинтересовался принц. — Мою жену коронуют.

— Ваше Высочество! — почти взмолилась. — Ничего не понимаю. Вы женитесь, но я-то тут причем?

Ринс странно посмотрел на меня. Выглянул за дверь и позвал кого-то. Потом осторожно обхватил меня за плечи и заставил сесть. Потрогал лоб. Заглянул в глаза.

— Ничего, Визифлюндия, — терпеливо сказал он. — Скоро тебе станет лучше.

В дверь проскользнул лекарь. Посматривал он на меня с опаской, и явно считал, что ведьма должна лечить себя сама. Но здесь был наследный принц.

— Ей станет лучше к дню свадьбы? — спросил Ринс.

Лекарь заверил его, что так и будет.

— Я не могу прийти на вашу свадьбу, Ваше Высочество, — даже чуть всхлипнула против воли.

Лекарь застыл истуканом и посмотрел на меня так!..Наследный принц был гораздо сдержаннее.

— Уже ничего не изменить, Визифлюндия, — сказал принц. — Я поклялся жениться на тебе, и я женюсь.

И Ринс вышел.

— Я не Визифлюндия! — завопила ему вслед, и лекарь с двойным усердием принялся хлопотать вокруг меня.

Он распылил надо мной какой-то порошок, и я снова провалилась в темноту.

И на этот раз очнулась только ночью. В комнате никого не было.

— Визифлюндия! — позвала я.

Она не отозвалась. Тогда я завопила:

— Визифлюндия!

И сразу в углу заклубился туман. Хотя заклубился как-то неохотно.

— Зачем так громко! — отчитала меня ведьма. — Другим вовсе незачем знать обо мне.

— Верни меня в мой мир! — потребовала у нее.

Старушка вздохнула:

— Не могу. Теперь не могу. Все дело в клятве.

— Я никому не клялась.

— Ты — нет, — одобрительно отозвалась ведьма. — А вот наследный принц весьма сглупил!

— Не понимаю, — нахмурилась я.

— Все ты понимаешь! — буркнула старушка. — Он обещал жениться на тебе.

— Но я за него замуж не хочу! Поэтому отказываюсь и освобождаю Ринса от всяких клятв.

— Это не поможет, — вздохнула ведьма. — Придется сыграть свадьбу. Иначе портал не откроется.

И она развела руками.

— Но ведь я вернусь в свой мир. Зачем эта свадьба?

— Для портала, — буркнула ведьма. — Спустя полгода брак признают недействительным.

— Но если..

— Надоело! — проворчала старушка и стала растворяться в тумане.

— Стой, Визифлюндия! — скомандовала я. — Согласна! Только признаюсь Ринсу, что я не ведьма.

Старушка проявилась сразу.

— Нельзя! — категорически заявила она. — Если в королевстве узнают, могут навсегда закрыть портал.

— Но ведь выходит, Ринс женится не на мне, а на ведьме..

— По законам магического мира — именно на тебе. Он обращался к тебе, когда произнес клятву. Ни одна ведьма никогда не пойдет против магического мира.

— Ринс сказал, что еще должны короновать..

— Об этом не беспокойся, — ответила ведьма, но говорить ей было явно лень. — В этом он не клялся. Поженитесь, и я тебя сразу спроважу. Надоело..

Она тяжело вздохнула и все-таки растворилась в тумане. Потом и туман растворился, оставив в комнате после себя затхлый болотный запах.

Свадебная ночь

Как только мне стало лучше, я вышла на улицу и сразу отправилась к пруду. По дороге мне никто не встретился. Невесту наследного принца избегали точно также, как и обычную ведьму. Хорошо, что я скоро исчезну из этого мира. И все же нехорошо оставлять принца в неведении.

— Напишу ему обо всем, — решила я.

Однако тогда он узнает, что женился на попаданке. И она исчезла вовсе не бесследно, а вернулась в свой мир. Тогда он не сможет считать себя свободным.

Я вспомнила, с какой тоской Ринс смотрел на портрет прекраснейшей из принцесс и посочувствовала ему. Нет, ведьма права — лучше ничего не говорить. Хватит уже вмешиваться в дела этого мира. Хотя куда уж больше..

Я остановилась у пруда. Он был все таким же прозрачным и глубоким. Хотелось заглянуть глубже..

Нога заскользила по обрывистому берегу. Не успела опомниться, как чья-то рука крепко схватила под локоть и затянула меня обратно на дорожку.

— Не стоит этого делать, Визифлюндия, — сказал Ринс. — Линса там нет.

— Где он? — спросила я, вглядываясь в темные глаза принца.

Они потемнели еще больше.

— Хотела убедиться? — спросил он. — Его не нашли.

— Не нашли? — в моем голосе промелькнула надежда.

Линс выбрался!

— Линс утонул, — резко сказал Ринс. — Тина в этом пруду бездонная.

И он посмотрел на воду. Тогда я не знала, что принц отчаянно искал Линса. По его приказу слуги вычерпывали тину несколько дней. Но тело так и не нашли.

Как же мне хотелось во всем признаться Ринсу. Что я не ведьма, Линс догадывался об этом. И я полюбила его, и

И не могла. Не могла больше вмешиваться в дела этого мира. Принц исполнит свою неосторожную клятву, и все на этом закончится.

Это была странная свадьба. Торжественный зал был небольшой, светильники горели тускло, а по полу стлался туман. Казалось, и сюда добрался затхлый запах болот. Золотая посуда казалась тусклой, подаваемые блюда были просты, хоть и обильны. Музыка не играла.

Мое платье было серебристо-серым. Не таким темным, как понравилось бы ведьме, но и не белым, как требовала свадьба. Принц нашел компромисс.

Даже король, не одобрявший свадьбу, оделся в темное. Как и все придворные. И только шут ходил ярким пятном.

Все это мне совсем не нравилось. Но отступать было уже поздно. Ни я, ни Ринс так ни разу и не улыбнулись за время свадьбы. И свадьба вышла мрачной, как глаза королевского шута.

Покои наследного принца — теперь уже нового короля — тоже приобрели темные тона, хотя вряд ли они всегда были такими. Не похоже на жизнерадостного Ринса. Теперь брачная кровать была застелена темным, балдахин спускался серебристо-серым потоком. А светильник едва теплился.

Я села на кровать и стала ждать. Ведьму. Она обещала явиться сразу, как меня приведут сюда. Но вместо этого послышались