ГРАЙЛОК - МИР ГРЕХОВ - Игорь Арье

Приятели чернявого полезли из-за стола, их было трое, а солдат городской стражи - с десяток. Видя, что Морт сидел с их сослуживцами, городские стражники тоже поднялись. Глядели они неуверенно и, похоже, никак не могли решить, что им следует сейчас делать.

- Хватит! - рявкнул, выкатываясь на середину зала Пузатый Эг. - Мир! Мир, добрые люди! Или вам новой Долгой Зимы захотелось? Клинки в ножны!

- А у меня ножен нет, как же быть? - спросил Морт, поигрывая чужим ножом.

Его шутка повисла в воздухе. В зале стало тихо… Наконец старший из зимних объявил:

- Мир. Мы уходим, только прихватим с собой нашего друга… Он сам виноват, признаем.

В наступившей тишине каркнул ворон. Морт глянул на дверь - звук доносился оттуда. Он успел только увидеть спину уходящего человека, серый плащ мелькнул на пороге, и дверь захлопнулась. Зимние стражники осторожно приблизились к столу, рядом с которым стоял Морт, подняли чернявого, подхватили под руки и поволокли из зала, тот вяло шевелился и никак не мог удержать голову, она то и дело падала на грудь. Сапоги его скребли по полу. Когда дверь за ними захлопнулась, Эдрик поправил ремень и громко сказал:

- Вот это и есть настоящая жизнь, которой здесь, вообще-то не бывает! Морт, ты, конечно, начнешь отказываться, но я тебя провожу домой.

- Я тоже, - заявил Медж. - Однако завтра жди разговора с мастером Гемоном. Это уж как пить дать!

Морт взвесил в руке нож чернявого.

- Провожай, чего ж я буду отказываться! Только тогда пойдем сразу.

- Эг, прими монету! - помахал рукой Эдрик.

С разных концов зала к ним собрались еще четверо стражников.

- Мы тоже с вами, - сказал один.

- Для порядка, - добавил другой, - а то мало ли…

В сопровождении эскорта красно-белых стражников Морт явился в домик, отведенный пришельцам с Поля Греха. Толстая кухарка дожидалась его, сидя в пустой столовой за дочиста вытертым столом. Перед ней горела свеча в глиняном подсвечнике. Женщина дремала, положив лицо на красные кулаки. Когда Морт вошел, захлопала глазами и зевнула. На стражников, которые привели ее постояльца, кухарка взглянула с недоумением.

- Прости, добрая женщина, - сказал Морт, - из-за меня беспокойство получается. Но, клянусь всем, что я забыл, мне нетрудно дорогу найти. Можно было и не дожидаться.

- Ужинать будешь? - спросила тетка.

Морт искал в выражении ее лица раздражение или, наоборот, знак того, что она не сердится, но тетка была спокойна, как будто ничего необычного не произошло.

- Нет, спасибо, меня накормили… - он не знал, что еще сказать.

- Ну тогда пойду я, - объявила кухарка.

Стражники расступились, пропуская женщину. Потом стали прощаться.

- Завтра увидимся, - сказал напоследок Эдрик. - Вообще-то я в карауле, но, уверен, что нас обоих призовет мастер Гемон. Ты уж не смущайся слишком, все равно ничего тебе не сделают, потому что ты - с Поля Греха. А зимние - они всех задирают. Правильно ты ему в морду дал.

- Да я его и пальцем не тронул, - ухмыльнулся Морт. - Это все скамейка. Ее за буйный нрав нужно отправить служить в зимнюю стражу, на полгода, как Туйвина.

На самом деле ему было вовсе не радостно, стычка не принесла никакого удовлетворения. В прошлой жизни он не был задирой?

Стражники шумно и бессвязно заверили Морта, что он поступил правильно. Он догадался, что парни не любят зимних, у них руки чешутся сделать то, что он сотворил с чернявым в "Благодатной бочке", да не могут себе позволить подобного. Потом красно-белые распрощались и ушли. Морт вытащил нож, который отобрал у чернявого, и задумался. Нож был в плохом состоянии, его бы отточить, как следует… но рукоять хорошо ложилась в руку, и сталь, вроде, неплохая. Он повертел оружие перед свечой, которую оставила толстуха. Требуются ножны, и в городе, конечно, несложно найти мастера, который изготовит их, однако у Морта нет ни монетки, а как их заработать? После разговора с кузнецом он догадывался, что на работу его здесь не примут. Конечно, Эдрик, если попросить, охотно даст ему взаймы, но как и чем возвращать, Морт не представлял. Гордость… был ли он в прошлой жизни гордым человеком? В коридоре раздались шаркающие шаги. Кто-то пришел в дом лишенных памяти. Зимние? Хотят поквитаться? Да нет, вряд ли они бы так шумели.

Морт обернулся к двери и на всякий случай опустил руку с оружием, чтобы огонь не отсвечивал на лезвии. В зал заглянула кухарка.

Она глядела на Морта и не решалась заговорить. Он тоже не знал, что сказать. Может, он провинился перед ней сильнее, чем думает? Может, у нее будут неприятности из-за постояльца, который шляется по городу и не приходит к ужину? Наконец женщина заговорила:

- Ты… ты на моего деда похож.

Она была еще не старухой, но ведь наверняка родилась после битвы, значит, не может помнить деда. О Солнце, он же старик - Морт. Какой же он старик, оказывается! Вот тетка, которая с виду годится ему по возрасту если не в бабки, то в матери. А родился он, когда ее не было на свете!

- Дед не вернулся с Поля Греха?

- Его отец не вернулся. Говорят, дед с ним был - одно лицо. Прадеда Сайвином звали. Сайвин. Ты ничего не помнишь, а?

Морт смутился, развел руками:

- Я вовсе ничего не могу в памяти отыскать, я и лица-то своего не знаю, не то что имя…

Когда Морт пошевелился, сталь ножа блеснула оранжевым. Женщина заметила оружие, но ничего не сказала, кивнула и ушла. Морт дождался, пока стихнут ее шаги, потом скрипнула входная дверь. Он взял со стола огарок и пошел в свою комнату. Разделся и лег на лавку, служившую кроватью. Нож он положил под подушку.

Рука сама собой отыскала смятый обломок металла на груди, тихонько звякнула цепочка. "Сайвин, - подумал он, - может, и Сайвин… хотя Морт мне нравится больше". У человека, потерявшего память, ничего не осталось, кроме этой бесформенной штуковины на цепочке. Засыпая, он перебирал звенья. Пытаясь вообразить себя прежнего, он понял, что думает о том человеке, которым перестал быть, не как о себе, а как о родственнике, или далеком предке. Они крепко связаны, но они - разные люди.

Должно быть, точно так же думает кухарка, пытаясь представить себе прадедушку Сайвина, которого никогда не видела, и которого ей не суждено встретить. Если Морту повезет, он сумеет встретиться с собой. Хотя бы имя… вспомнить хотя бы имя…

Утром Морт оделся. Подумал, можно ли взять с собой нож. Его некуда было пристроить, Морт не имел ножен, а если сунуть клинок под ремень и прикрыть курткой… Так и ремень порезать недолго. Нож тупой, но и ремешок совсем тонкий. Под полушкой оставлять клинок Морт тоже не решился. Окинул взглядом комнату, но не заметил ничего, что могло бы послужить тайником. Пришлось оставить нож под тюфяком.