Человек без оболочки - Роман Равдин

— Но не могут же они молчать целый день!

— Они разговаривают, сэр. Ну, там спрашивают один другого по каким-то надобностям, бывает, и ругаются друг с другом, а то смеются. Такие разговоры мы не заносим в журнал.

— Да, конечно, такие записи можно и не заносить… Вы свободны, — он заторопился отпустить техника, так как мысли его уже приняли совсем другой оборот. "И как это мне в голову не приходило! Вешаем эти примитивные магнитофоны, а ведь имеем дело с редкими мудрецами. Они-то потешаются над нами!.. Пустил себе какое-нибудь излучение на этот дурацкий ящичек и говорит сколько угодно… Найти! Наверняка их штуковина стоит где-то поблизости от магнитофона…"

Назавтра уборщиком помещения лаборатории был направлен Боб Дрейк — старый сыщик, пригретый в свое время Лансдейлом. Как иные любят коллекционировать предметы, так Лансдейл собирал в своей охранной команде разных чудаков. И, как в сказках, эти чудаки часто выручали его в самых неожиданных перипетиях беспокойной службы.

Но и Боб Дрейк не помог бы ему, если бы не помог случай: один раз Притт забыл убрать в свой сейф интерферентор. И Боб нашел его. Он принес таинственную коробочку хозяину, а тот поспешил с ней на консультацию к электронщикам. Те, конечно, объяснили, что к чему. Лансдейл немного подумал и спросил, нельзя ли, не трогая прибора, лишь парализовать его действие.

"Между прочим, это интересно, — откликнулся один инженер, — вы подали интересную мысль". "Если так, — ответил Лансдейл, — то прошу придумать это побыстрее и чтобы по размерам оно не превосходило данный аппарат. Заказ будет оплачен по самой высшей категории".

Следующим утром Боб положил интерферентор на место, и — опять-таки Лансдейлу повезло: никто из ученых среди дня не хватился этого прибора и потому ни о чем не подозревал. А еще через два дня в подслушивающие магнитофоны были вмонтированы новые приборы, нейтрализовавшие действие интерферентора. Рыбка теперь сама шла в сети, не подозревая о них…

— Ну, что ты скажешь? Соглашаться на предложение Вельзевула? — таким вопросом закончил Притт свой рассказ Барнету о своем пребывании в "преисподней".

Он лежал на раскладушке у биотрона и беседовал с другом по закрытой сети. В зале стоял полумрак, светились только приборы на пульте да перемигивались огоньки кибернетической машины, ведущей управление всем сложным хозяйством поддержания жизни мозга уже не только Барнета, но и незнакомца.

— Я боюсь, он прав: ты не сможешь пересадить меня обратно в чей-то череп, — печально сказал Барнет. — Я много думал об этом. А теперь прибавляется еще одна трудность, которой раньше ты не предвидел: волновое несоответствие. Допустим, я преодолею барьер несовместимости, выживу. А тело откажется мне повиноваться из-за разности диапазонов. Вот так же, как с этим мозгом ты не можешь пока связаться… Может, действительно, искусственное тело позволит мне двигаться самостоятельно? Ведь мне теперь большего и не надо…

— Но ведь это опять — чудовищный эксперимент над тобой!..

— Знаешь, дружище, по совести скажу: я так устал, что мне на все наплевать. Может, единственное, чего я хотел бы перед тем, как исчезнуть навсегда, это добраться до родного ранчо, где прошло мое детство.

Хочу взглянуть на Джоан и умереть на родной земле. Бедняжка! Ей сейчас так тяжело…

У Притта защемило сердце, он тяжело вздохнул:

— Не надо, Дэви. Ну, зачем так мрачно. Я сделаю, как ты хочешь.

— А тогда другого пути у нас нет, как принять предложение твоего профессора. Тебе надо бежать от корпорации, от прессы. Скрыться на время в "преисподней", если это такое надежное место… Только вот не представляю, как при таком осадном положении сюда тайно от всех можно доставить искусственное тело и с ним еще специалистов…

Да, кстати, чуть не забыл. Поставь, пожалуйста, фотокамеру. Мало ли что. Если кто ворвется сюда чужой, я-то его встречу. Но хорошо бы и на пленке запечатлеть — всегда пригодится.

— Хорошо. Утром напомни. Значит, решили: даем согласие. Они должны вот-вот появиться. Еще надо обговорить это с нашими ребятами.

— Только тише, Джонни. Ты ничего не заметил подозрительного?.. Мне кажется, нас подслушивают.

— А интерферентор?

— Не знаю… Ты дал мне очень тонкий слух. Недавно я стал слышать какое-то гудение, исходящее как будто от магнитофона. Раньше этого звука не было. А что, если они сменили начинку, и теперь наше устройство не действует?

— Возможно. Но как это проверить?..

Их беседу прервал звонок внутреннего телефона. Притт машинально кинул взгляд на большие часы, висящие над биотроном. Без четверти двенадцать.

— Мистер Притт, вы не спите? — вкрадчиво спросила трубка, — Это дежурный охранник Смит. Смею побеспокоить, сэр, тут вас спрашивает человек от Лансдейла.

— Я уже в постели, — капризно ответил Притт. — Не понимаю, что за срочность такая…

— Сэр, он говорит, это очень важно для вас, — горячо зашептала трубка. — Если позволите, я проведу его к вам. Он ненадолго.

— Ну, хорошо! — Притт с досадой бросил трубку. — Сейчас сюда придет человек от Лансдейла, — сказал он Барнету. — Дожили! Уже и ночью покоя нет…

Он нехотя поднялся, накинул домашний халат, нащупал в кармане зеркальце и, достав его, пригладил светлые волосы на лысеющей голове.

В дверь постучали, и на пороге показался человек в голубом костюме воздушного путешественника, в которых обычно летают с реактивными ранцами за спиной. В руках он держал снятый шлем. За его тщедушной, почти детской фигурой охранник Смит казался Голиафом. — Сэр, — сказал, подняв ладонь из-за плеча незнакомца Смит, — через тридцать минут прошу позвонить мне.

Хелло!..

Незнакомец осторожно шагнул в зал и, как только дверь закрылась за ним, приложил палец к губам, прося о полной тишине. Быстро достав блокнот, он протянул открытый листок Притту. "Молчите, нас подслушивают!" — было написано во весь лист. Гость перевернул второй листок: "Я от Вельзевула. Мы должны срочно поговорить в помещении, где наверняка нет подслушив. апп.".

Притт кивнул головой и начал вспоминать план своей лаборатории. Но какую бы комнату он ни представил себе, всюду стоял или мог стоять магнитофон. Даже в операционной и в препараторной! И тут он вспомнил о маленькой дезинфекционной камере, которой они никогда не пользовались, ибо все необходимое поступало к ним из хозяйственного блока, обработанное подобающим образом и герметично запечатанное. Прекрасное место! Вдвоем с "малышом" они вполне поместятся в этой камере. Там наверняка еще не догадались поставить подслушивающий аппарат… И он повел гостя по коридору в другой конец здания. С низким гудением массивная дверь медленно отворилась, и в камере зажегся свет. Они уселись рядышком на низкую железную полку. Гость жестом попросил закрыть дверь.