КОШЕРНЫЙ СЕКС: ЕВРЕИ И СЕКС - Жорж Валенсен

МИФ О ПОХОТЛИВОСТИ ЕВРЕЕВ

Чтобы сильнее разжечь ненависть к евреям, антисемиты часто прибегали к мифу об их безудержной похотливости. Рисунки и статуэтки средневековья часто изображают еврея, присосавшегося к сосцам свиньи. Даже в XIX в. нашелся карикатурист, нарисовавший еврея в этой унизительной позе[652]; а задолго до него другой, в Баварии, изобразил еврея, приносящего клятву на свиной коже[653]. До 1870 г. Гужено де Муссо в книге, предисловие к которой написал директор Иностранных миссий и которую сам Папа благословил за смелость, утверждал, что Каббала, символами которой являются фаллос и змея, предписывала сынам Израиля эротические оргии[654]. Другой антисемит того же времени писал, что, согласно Талмуду, «еврей, оскорбивший не-еврейскую женщину, не заслуживает наказания, ибо причинил зло всего лишь кобыле»[655]. Действительно, по утверждению знаменитого раввина Бехаи бен Герсона и даже Маймонида, прелюбодействующий еврей, даже женатый, не совершает греха, если он блудит с христианкой. Говорили даже, что «Зохар» учит его приносить в жертву девственность христианки в утеху Господу[656].

Подозревали, что взгляд еврея обладает особой силой, что ему ведомы какие-то приемы, известные лишь талмудистам, для обольщения ариек[657]. Откровенность, с которой Ветхий Завет повествует о любовном акте, действительно может навести на мысль о похотливости, глубоко уходящей корнями в прошлое. Аббат де Шатонёф, друг матери Вольтера, прочел трехлетнему Франсуа-Мари несколько куплетов из «Мозаизады» о распутстве евреев[658], что, возможно, повлияло на мнение Вольтера об этом народе. Во время оккупации был издан памфлет «Вольтер против евреев», сослуживший хорошую службу нацистской пропаганде. Евреям приписывали даже изобретение искусственного фаллоса для мастурбации[659]. Эта сомнительная дань их изобретательности обязана, возможно, тому факту, что вавилоняне изображали такой фаллос на своих скульптурах, а пророк Изекииль возмущался «мужчиной», созданным для женских забав[660].

С эмансипацией евреев в XVIII в. английские карикатуристы, в том числе знаменитый Рауландсон, стали все чаще изображать евреев в обществе женщин легкого поведения. Но когда в прошлом столетии, особенно в конце его, поднялась новая волна антисемитизма, нападки на евреев за их якобы похотливость стали все ожесточеннее. Несколько судебных процессов о ритуальных преступлениях, словно выплывших из глубин средневековья, получили большой резонанс. Так, в 1882 г. прогремело дело Тиза Эзла: венгерская крестьянка по вымышленному обвинению стала жертвой ритуального убийства. На антисемитском митинге в Вене был выставлен ее портрет (за неимением подлинного изображения, это был портрет неизвестной проститутки); привлекательное женское личико наводило на мысль о преступлении на сексуальной почве.

Примерно в это же время в Лондоне знаменитый Джек-Потрошитель убивал проституток, резал их тела на части и выставлял напоказ внутренности. Один антисемит из Франции написал: «А не еврей ли этот Джек-Потрошитель из Лондона?»[661]Действительно, в глазах большинства англичан только иностранец, в частности еврей, мог быть способен на столь гнусные преступления, «по этому следу устремилась и большая часть полицейских». Уже в 1959 г. в Лондоне вышла книга под названием «Личность Джека-Потрошителя», автор которой уверял, что это был цирюльник, бежавший из России[662], а значит — по тем временам — непременно еврей.

Леон Доде, знаменитый полемист-антисемит, 15 октября 1913 г. после вынесения приговора в Берлине еврею Ючински за вымышленное ритуальное убийство писал в «Аксьон франсэз», что это преступление объясняется сексуальной извращенностью евреев. Незадолго до 1973 г. в Италии был широко размножен портрет мальчика Доменико дель Валя, которому посвящена часовня в Марина ди Массе; этот мальчик стал в прошлом столетии жертвой очередного вымышленного ритуального убийства[663]. Его тонкие юношеские черты, какие обычно приписывались жертвам подобных «преступлений», вполне могли навести на мысль о гнусных извращениях. Вымышленные убийства евреями детей, которые тоже вполне могли сойти за преступления на сексуальной почве, побуждали к мщению. Гиммлер закупил большую часть тиража книги «Ритуальные убийства у евреев» и рассылал экземпляры командующим антиеврейскими акциями[664].

Легенды о сексуальных преступлениях евреев обрели новую жизнь в среде юдофобов Советского Союза. В романе советского писателя Шевцова «Любовь и ненависть», выпущенном огромным тиражом Министерством обороны СССР в 1970 г., герой — развратный еврей — убивает свою мать, вспарывает ей живот и извлекает внутренности на манер Джека-Потрошителя, а в довершение кладет сверху сберегательные книжки: примешанные к преступлению деньги делают его еще более семитским[665].

«Протоколы сионских мудрецов» также немало способствовали созданию образа еврея — сексуального извращенца. По словам «сионских мудрецов», «гоим», или «гои» (не-евреи с Запада), отупели от алкоголя, их молодость испорчена классическим образованием и ранним развратом, в который они вовлекают наших людей и — главное — наших женщин[666]. Основоположник нацистской расовой теории Розенберг рассылал «Протоколы сионских мудрецов» во все школы. Антисемитская газета «Франс аншенс» высылала экземпляр каждому новому подписчику, а Даркье де Пеллепуа ссылался на эту книгу как на новое Евангелие. «Протоколы» и по сей день широко распространены в Аргентине и в Саудовской Аравии, где покойный король Фейсал дарил экземпляр этой книги каждому своему гостю. Монсеньор Лефевр и его окружение буквально грезят ею наяву[667]. В 1979 г. она вышла в Тунисе на французском языке тиражом 100 000 экземпляров; во время Шестидневной войны «Протоколы» находили в личных вещах египетских солдат[668]. По словам американского арабиста Т.Киренана, создавшего жизнеописание Ясера Арафата, тот всегда имел под рукой экземпляр «Протоколов».

Евреи, вышедшие из гетто Восточной Европы и начавшие наживать добро по окончании войны и других потрясений, вели себя как нувориши: жадные до женщин и других удовольствий, они неминуемо становились мишенью для обвинений в бесстыдстве и сластолюбии. В 50-х гг. прошлого столетия один венский антисемит писал: «Богатые еврейские банкиры и биржевики ведут настоящую охоту на красивых девушек, ищут самых юных, самых незапятнанных девственниц и швыряют их в бездну самой постыдной проституции»[669]. В одной немецкой работе 1889 г. говорится, что в Берлине есть такие заведения, где «встретишь только молодых евреев в обществе прекраснейших христианок»[670].

Французский журналист Э.Трокаэ, проживший 22 года в Австро-Венгрии, писал, что на путь проституции чаще всего становятся христианские девушки, работающие служанками у евреев. 2 миллиона обосновавшихся в стране евреев имели столько же служанок, сколько 38 миллионов австрийцев и венгров; 9/10 из них были христианками; зачастую в их обязанности входило ублажать хозяйского сына, «чтобы он не заболел до женитьбы». Мы знаем, какую роль приписывал Фрейд служаночкам в сексуальной жизни венских буржуа, а ведь знал он большей частью евреев. Троказ писал также о крупных промышленниках: один из них, владелец текстильных фабрик в Силезии, хвалился, что обладал более чем тысячей своих работниц. По словам депутата Венского парламента М.Грегорика, «…оказалось, что австрийские рабочие женятся, как правило, на девушках, дефлорированных евреями… те сбывают им товар, не имеющий больше никакой цены». «Злоупотребления евреев по отношению к женщинам, — заключает Троказ, — во многом способствовали взрыву гнева, породившему антисемитизм в Австрии… ненависть к ним не выразить словами»[671].

После 1918 г. среди рвачей и спекулянтов, которые кишмя кишели в Берлине, можно было часто встретить евреев, заходящих в дансинги, куда доведенные до крайности девушки из разорившихся аристократических и буржуазных семей, продав последние драгоценности, приходили продавать свою молодость и красоту[672]. В 1920 г. на стене рейхстага был вывешен огромный плакат — предостережение для добродетельных немецких девиц: за прекрасным и чистым женским профилем с германскими чертами вырисовывались, словно в полумраке, семитские черты мужчины, подстерегающего девушку. В 1919 г., когда Бела Кун стал во главе Венгерской коммунистической республики, многих его единоверцев обвинили в бесчинствах: «Команды мальчишек проповедовали новое сексуальное воспитание»[673].