Очарован наповал - Элисон Кокран

рождения он ненавидит. Ненавидит внимание к себе, необходимость сделать что-то запоминающееся и ощущение того, что жизнь не удалась. Прошел еще один год, а он все тот же Чарли.

С тем исключением, что сейчас он Чарли, который отважился поцеловать понравившегося ему человека, а вот признать это катастрофически не хватило духу.

Дни рождения — тревожно-депрессивная ловушка длиной в двадцать четыре часа; если бы не нужно было вставать на съемки, Чарли с удовольствием выпил бы транквилизатор и проспал бы до следующего утра.

Будит Чарли эмоджи Парисы, рассыпающий конфетти. В социальных сетях приходит несколько сообщений от стэнфордских приятелей и полузнакомых женщин. От родных ни слова, впрочем, Чарли ничего и не ждет. Всё в порядке.

Чарли отправляется в тренажерку отеля, проводит тренировку вопреки именинной хандре, а, пока споласкивается под душем, Джулс любезно выкладывает ему заранее утвержденную шоу одежду. Когда он выходит из душа, дверь в номер Дева оказывается открытой.

— Чарли, одевайся и иди сюда, поможешь кое с чем!

Оставаться наедине с Девом Чарли не торопится, поэтому спокойно надевает горчичного цвета шорты и красивую рубашку в цветочек, которые выбрала ему Джулс.

— Ну же, Чарли, иди сюда скорее!

Вздохнув, Чарли идет в смежную комнату и прямо в дверях замирает от ужаса. Номер Дева наполнен членами съемочной группы. На лысой голове Скайлар Джонс праздничный колпак, Брайан Паркер дует в дудку-язычок. Даже Марк Давенпорт — и тот пришел. Чарли прежде не видел его вне кадра, но вот он здесь, устроился на кровати Дева. В центре номера стоит Джулс с именинным тортом в руках.

— С днем рождения! — кричит Дев, а стоящая рядом женщина кидает в воздух целую охапку конфетти.

— Сюрприз, мать твою!

Это Париса. В номере новоорлеанского отеля стоит реальная Париса Хадим, на ней деловой костюм, волосы убраны в тугой хвост. Жирные, немытые волосы Дева спрятаны под бейсболку. В мозгу Чарли не до конца укладывается, что Париса и Дев стоят рядом. Два человека из разных этапов его жизни существуют в одном визуальном пространстве.

— Что ты здесь делаешь?

— Твой наставник убедил устроителей шоу сделать тебе именинный сюрприз — разрешить мне провести следующую неделю с тобой! — Париса хлопает Дева по плечу, и у Чарли голова разрывается. — Иди сюда и обними меня, Крепкопопик!

Чарли делает несколько неуверенных шагов и позволяет Парисе сгрести его в объятия. Ее руки обвивают ему плечи — Чарли утыкается в ее мягкую грудь. Он страшно рад ее видеть. Родных его день рождения не колышет, а вот Парису — Парису колышет все, и она здесь.

— С днем рожденья тебя! — диким фальцетом запевает Марк Давенпорт, и вся съемочная группа фальшивыми голосами подхватывает песню. Джулс поднимает торт, Чарли задувает свечи, Скайлар начинает его резать и в девять утра раскладывать по бумажным тарелкам.

— Дев заставил меня весь город оббежать, чтобы раздобыть безглютеновый морковный торт, и, честно говоря… — Джулс скептически разглядывает торт. — Я не уверена, что он вкусный.

Дев. Обернувшись, Чарли замечает его в углу номера, уже расправляющимся с огромным куском торта.

— Спасибо! — благодарит Чарли, приблизившись к нему. — Спасибо за праздник! Таких классных сюрпризов мне на день рождения никогда не устраивали.

Самое удручающее в том, что Чарли не шутит. Ему никогда не устраивали вечеринки-сюрпризы, не говоря уже о том, чтобы организовать прилет его лучшей подруги из другого конца страны. А вот Дев, разумеется, устроил и организовал.

Дев накалывает свой кусок торта пластмассовой вилкой.

— Прости, если… все это слишком. Праздник я организовал до… ну…

До.

— До чего? — вкрадчиво спрашивает Чарли.

— До ничего.

— Спасибо за праздник! — повторяет Чарли.

Скайлар снова раздает торт, его быстро съедают, чтобы скорее спуститься к фургонам, которые отвезут Чарли и Лорен Л. на экскурсию по болотам и запрудам. У двери номера к Чарли пристраивается Париса.

— Поверить не могу, что ты здесь, — говорит ей Чарли.

— Я не упустила бы шанс повидать тебя в твой день рождения. — Париса наблюдает, как Дев убегает вперед вызвать лифт. — Так это Дев, да? А он симпатичный.

На Чарли накатывает бессмысленная ревность.

— Париса, он гей.

— Я же не сказала, что он симпатичный для меня.

Быстро повернув голову к Парисе, Чарли напарывается на ее заговорщицкую улыбку. Неужели ей, как его лучшей подруге, достаточно взглянуть ему на рот, чтобы понять: три дня назад его нижнюю губу очерчивал язык Дева?

А если Париса догадалась, то что она об этом думает?

Если бы Париса догадалась, то, наверное, пришла бы в ярость. Она устроила его на это шоу, чтобы он восстановил репутацию. Она устроила его на это шоу не для того, чтобы он тешился запретными поцелуями с мальчиками-красавчиками на Бурбон-стрит.

Господи, Дев такой красивый! Порой Чарли забывает об этом, потом смотрит на него краем глаза, и идеальная геометрия смуглого лица застигает его врасплох, словно это их первая встреча. Словно он снова и снова вываливается из машины к ногам Дева.

Впереди Дев нажимает на кнопку лифта, пропускает коллег и заходит в кабину последним. Дев в нелепой бейсболке. Дев с немытыми волосами. Дев в шортах-карго. Дев с глазурью на лице. Дев, который в честь дня рождения Чарли организовал визит его лучшей подруги из другого конца страны. Дев, который считает, что Чарли достоин любви.

Дев, которого он поцеловал и никогда не поцелует снова.

ДЕВ

Они притворяются, что поцелуев не было.

По крайней мере, Дев притворяется. Чарли неспособен воссоздать хронологию воскресного вечера под страхом смерти и даже не подозревает, что схватил Дева за пояс и задал тот вопрос.

«Можно мне тебя поцеловать?»

И это хорошо. На самом деле, даже лучше, чем хорошо. Это просто замечательно.

Вспомни Чарли тот поцелуй, Дева уже уволили бы. Порой Дев думает, что из чувства вины уволиться ему нужно в любом случае. Большую часть времени он преисполнен благодарности, что его безрассудство любезно стерто великодушной вселенной и многочисленными порциями текилы.

Чарли инцидент не помнит, поэтому сейчас они сидят на кровати в пяти футах друг от друга, и это совершенно не кажется странным. От дня рождения Чарли Уиншо осталось лишь шесть минут, но Париса заставляет его ждать полуночи, хоть он и отказывается пить вино и то и дело придремывает.

Париса восседает на подушечном троне у изголовья гостиничной кровати Чарли, сбоку от нее пристроилась Джулс. Париса в Новом Орлеане всего день, а Джулс уже без ума от нее, вероятно, потому что другие участницы съемок — либо ее начальницы, либо конкурсантки, третьего просто не дано. С утра до вечера Джулс и Париса вместе топтались у буфетного стола, заговорщицки шептались и хихикали.

Что