Затмение - Стефани Майер

Джейкоб замолчал. Я на минутку задумалась.

– Эмили не хочет, чтобы ее племянница дружила с оборотнем? Это уже просто ханжество с ее стороны, – сказала я.

Хотя именно Эмили могла бы к этому так отнестись. Я снова вспомнила длинные шрамы, изуродовавшие ее лицо и протянувшиеся вниз по правой руке. Всего один раз Сэм не сдержался, когда Эмили оказалась слишком близко. Один-единственный раз… Я видела, с какой болью Сэм смотрел на то, что натворил. Можно понять Эмили, которая хочет защитить свою племянницу.

– Да хватит тебе гадать! Дело вовсе не в этом. Эмили совсем не против оборотня, просто, ну, рановато еще.

– В каком смысле «рановато»?

Джейкоб пристально посмотрел на меня прищуренными глазами.

– Только не торопись с выводами, ладно?

Я настороженно кивнула.

– Клэр всего два года, – сказал Джейкоб.

Пошел дождь. В лицо ударили капли, и я несколько раз моргнула.

Джейкоб молча ждал. Он, как обычно, был без куртки. Дождь оставлял темные пятна на его черной футболке и капал на растрепанную шевелюру. Джейк наблюдал за мной с непроницаемым выражением лица.

– Квил… влюбился… в двухлетнюю девочку? – наконец выдавила я.

– Такое случается, – пожал плечами Джейк. Наклонился, поднял еще один камешек и швырнул его в залив. – Так говорят легенды.

– Но она же совсем ребенок!

Джейкоб посмотрел на меня с мрачным удивлением.

– А Квил не стареет, – напомнил он мне язвительным тоном. – Ему всего лишь придется потерпеть пару десятков лет.

– Даже не знаю, что сказать…

Я изо всех сил пыталась не судить слишком строго, но, честно говоря, это известие привело меня в ужас. До сих пор к оборотням у меня не было никаких претензий – после того, как я убедилась, что напрасно подозревала их в убийствах.

– Ты его осуждаешь, – сказал Джейкоб. – По лицу видно.

– Извини, – пробормотала я. – Просто в голове не укладывается…

– Все совсем не так, как ты думаешь. – Джейкоб заступился за друга с неожиданным пылом. – Я видел, каково это – его глазами. Ничего романтического в этом нет – во всяком случае сейчас. – Джейкоб втянул в себя воздух, пытаясь подобрать слова. – Это очень трудно объяснить. Любовь с первого взгляда здесь ни при чем. Это больше похоже на… силу тяготения. Когда ты видишь ее, вдруг оказывается, что тебя притягивает не земля, а она. И в мире нет ничего важнее нее. И для нее ты сделаешь все на свете, станешь кем угодно… Станешь тем, кто ей нужен: защитником, любовником, другом, братом.

Квил будет самым заботливым старшим братом на свете и присмотрит за малышкой лучше некуда. А когда она подрастет и ей понадобится друг, то Квил станет самым понимающим, надежным и верным другом. А потом она повзрослеет, и они будут счастливы, как Эмили и Сэм. – Когда Джейкоб произнес имя Сэма, в его голосе внезапно прорезалась странная горечь.

– А разве Клэр не имеет права выбора?

– Конечно, имеет. Но почему бы ей не выбрать Квила? Он станет ее второй половинкой. Словно был создан именно для нее.

Мы молча шли по пляжу. Я остановилась и бросила камешек в океан. Он упал на берегу, не долетев до воды несколько метров. Джейкоб рассмеялся.

– Не всем же быть такими силачами, как некоторые, – пробормотала я.

Он вздохнул.

– А как ты думаешь, когда это случится с тобой? – тихо спросила я.

– Никогда, – без колебаний ответил он.

– Но ведь это же не зависит от твоего желания, верно?

Джейкоб не ответил. Мы оба невольно замедлили шаг.

– Вообще-то, не зависит, – наконец признался он. – Однако нужно сначала заметить ее – ту, которая предназначена для тебя.

– И ты думаешь, что если до сих пор ее не заметил, то никогда и не встретишь? – недоверчиво спросила я. – Джейкоб, да ты почти ничего не видел в жизни – я и то больше повидала.

– Это верно, – тихо ответил он. И пристально посмотрел на меня. – Белла, я никогда не посмотрю ни на кого другого. Только на тебя. Даже когда я закрываю глаза и пытаюсь представить себе что-то еще, то вижу только тебя. Спроси у Квила и Эмбри. Их это сводит с ума.

Я опустила взгляд.

Мы остановились. Тишину нарушал лишь грохот прибоя, в котором терялся шелест дождя.

– Наверное, мне лучше вернуться домой, – прошептала я.

– Нет! – воскликнул он, удивленный таким выводом.

Я посмотрела на Джейка: в его глазах теперь горела тревога.

– Ведь у тебя же есть целый день! Кровопийца еще не вернулся.

Я бросила на него свирепый взгляд.

– Я никого не хотел обидеть, – быстро добавил Джейкоб.

– Да, у меня есть целый день, но Джейк…

Он поднял руки.

– Прости, – извинился он. – Я больше не буду. Я буду просто Джейком.

Я вздохнула.

– Но если ты при этом думаешь…

– Не волнуйся за меня. – Он натянуто улыбнулся. – Я знаю, что делаю. Скажи мне, если я тебя огорчаю.

– Не знаю…

– Ну же, Белла! Давай пойдем домой и возьмем мотоциклы. На них надо кататься, чтобы они не ржавели.

– Боюсь, что мне нельзя.

– А кто запрещает? Чарли? Или крово… или он?

– Оба.

Джейкоб усмехнулся – моей любимой улыбкой, и внезапно стал тем самым Джейком, по которому я больше всего скучала: теплым и сияющим.

Я не удержалась от ответной улыбки.

Дождь превратился в мелкую морось.

– Я никому не скажу, – пообещал Джейкоб.

– Не считая всех твоих друзей.

Он помотал головой и с серьезным видом поднял правую руку, как для присяги:

– Обещаю не думать об этом.

Я засмеялась.

– Если я расшибусь, совру, что поскользнулась.

– Как скажешь.

Мы гоняли на мотоциклах по проселкам вокруг Ла-Пуш, пока дороги не раскисли от дождя и пока Джейкоб не заявил, что упадет в обморок, если не перекусит. Когда мы вернулись в дом, Билли дружелюбно поздоровался со мной, словно в моем внезапном появлении не было ничего удивительного. Мы умяли приготовленные Джейком бутерброды и пошли в гараж, где я помогла чистить мотоциклы. В гараже я не бывала много месяцев – с того времени, как вернулся Эдвард, – но чувствовала себя так, будто ушла оттуда только вчера.

– Здорово! – заметила я, когда Джейкоб вытащил из пакета две банки теплой «колы». – Я скучала по гаражу.

Джейкоб улыбнулся, обводя взглядом листы пластика, скрепленные над нашими головами.

– Немудрено! Здесь ты можешь испытать все великолепие Тадж-Махала, и при этом не надо тащиться в Индию.

– За Тадж-Махал в штате Вашингтон! – Я подняла свою банку.

Джейкоб поднял свою, и мы чокнулись.

– А помнишь прошлый день Святого Валентина? – спросил он. – По-моему, именно тогда ты была здесь в последний раз. А потом… началось черт знает что.