Дайте поспать! Том III - Павел Матисов

— Привет, мам, — помахал я рукой. — Ты похудела…

— Карл? Карлуша, это ты? Точно ведь ты! Почему ты такой зеленый и здоровый⁈

— Карлуша, ку-хе-хе… — захихикала мелкая язва.

— В чан с зеленкой уронили, — отшутился я. — Ты, наверняка, знаешь про Модификантов. Я же Пробудившийся — это особый тип мертвяков.

— Так ты мертвый или живой?

— Я и сам иногда задаю себе данный вопрос.

— С либидо у него все в порядке, — хмыкнула Зайцева. — Так что, скорее, живой.

— Ох, сынок. Я знала, что ты выкарабкаешься! — отложила она винтовку.

Объятия получились несколько неловкими. Мама, очевидно, не могла так сходу привыкнуть к моей новой внешности. Но мне было безразлично. Странные ощущения. Вроде бы я должен радоваться, что вернулся домой, однако старая жизнь казалась чем-то далеким. Давно пройденным этапом.

— Дорогие гости, чувствуйте себя как дома! Проходите, я заварю чай!

Глава 13

— А кто это у вас на крыше сидит? — обратила внимание глазастая Лолька.

На кровле дома действительно восседала девушка в темной одежде с черными волосами с серыми прядями и серыми мутными глазами. Виднелось в ее лице нечто азиатское, но издали определить было сложновато. Да и в любом случае я вряд ли отличу китаянку от японки.

Модифицированный Тень III. Ранг: 13

— Я называю ее Молчуньей, — пояснила мама. — Она все понимает, но не говорит. Скорее всего, девочка перенесла тяжелую психологическую травму. Рассказывать об этом она не желает.

— А как вы между собой общаетесь? Записками?

— Да, Молчунья пишет ответы в блокноте, если, конечно, у нее есть настроение отвечать. Иногда она просто сидит на крыше и не реагирует на вопросы. Или уходит охотиться на нечисть. Бывает на несколько дней пропадает. Но хватит о Молчунье. Проходите в дом, рассказывайте, как жили все эти страшные недели!

Мы прошли в обширную кухню-гостиную и устроились: кто за столом, кто на диване. Мама хлопотала возле печки-буржуйки, которой, разумеется, раньше тут отродясь не водилось. Но готовить еду да обогреваться как-то требовалось. Очевидно, что в Михайловке выжившие не смогли наладить быт так хорошо, как в Страйке, где настроили подачу холодной воды и электричества. Здесь приходилось таскать воду из колодцев, надеяться на личные генераторы и солнечные панели либо жить вовсе без электричества, что в принципе сложно, но возможно. Наши далекие предки ведь нормально существовали без чудодейственной энергии из розетки. Возвращаемся к корням в каком-то смысле.

— Ты делал что⁈ — удивилась маман, когда я сообщил подробности своего пробуждения.

— Большую часть Зомбеца провел в спячке. Почти два месяца.

— Поразительно. Ты всегда любил поспать, но надо же знать меру!

— Выспался, ку-хех?

— Да! Эх, славно вздремнул. С тех пор мне постоянно не дают поспать всякие уроды и взбалмошные девки, — принял я большую кружку чая.

— Карл, повежливей! Это ты о своих спутницах? Выглядят они очень интересно! Фиолетовые глаза и… огромные уши… — покачала головой Лидия. — Игры с генами до добра не доведут!

— Это мои подушки. И они классные!

— Веснин, хватит нести чушь! — буркнула Зайцева с некоторым смущением. — Лидия Аркадьевна, мы с вами встречались один раз на студенческом собрании.

— Диана Викторовна⁈ И не узнала вас сначала. Вы… озверели…

— Лидия Аркадьевна!

— Простите-простите, само вырвалось, — покаялась женщина.

— А это Лолька, — представил я. — Она же язва, она же лолипаучка, ГМО-горничная, мелкое недоразумение, шило в заднице, пигалица, сиськололи или четырехглазая лолипутка. Называй как тебе удобнее.

— Ваш сын ужасно со мной обращается! — принялась хныкать девчонка, изображая бедную деточку. — Обзывается, принуждает к нехорошим вещам, заставляет носить одежду горничной и называть его господином!

— Карл! — прикрикнула маман. — Я тебя разве таким человеком воспитывала⁈

— Меня воспитывали?

— Лидия Аркадьевна, не слушайте эту актрису. Лилия прекрасно способна о себе позаботиться, — встала на мою сторону Зайцева. — У них с вашим сыном… странные отношения, но вроде бы по обоюдному согласию.

— Предательница ушастая, — скривилась Лолька.

На сей раз спектакль не подействовал. Скачиха не позволила мелкой возводить на меня напраслину. Я порадовался, что мне не придется проходить новые этапы паучьих обвинений по второму кругу.

— Вот из-за чего Карла стоит поругать — так это из-за шантажа модификаторами. Он ведет себя порой словно озабоченный диктатор! — с возмущением выдала преподша, нивелировав свою помощь.

— Карл!

— Что? Я уж больше двадцати лет как Карл.

— Хм, — мама обратила внимание на одежду Зайцевой. — Диана Викторовна, а почему вы расхаживаете в плаще и рваных колготках?

— Ку-хе-хе, вы еще не видели, что у нее под плащом! Продемонстрируй!

— Ну уж нет! Не перед родителем моего студента!

— Вы что там, без одежды расхаживаете? — приподняла бровь Лидия.

— Нет! Хорошо… — сдалась Диана.

Девушка сняла плащ и осталась в своем костюме девочки-зайки. Весьма потрепанном, к слову. На животе виднелись прорехи от когтей монстров, колготки также поизносились.

— Диана Викторовна, от вас я ожидала подобное в последнюю очередь! Вы ведь должны показывать студентам пример, а не напяливать на себя разное непотребство.

— Веснин, я точно тебя прибью когда-нибудь… — обронила женщина раздраженно в мою сторону. — Сегодня последний день, когда я ношу этот проклятый наряд. Им я искупаю свою оплошность перед Карлом и Лилией.

— И где ты только откопал этих извращенок? — покачала головой маман удивленно.

— Извращенок⁈ — взорвалась Диана. — В нашем отряде лишь один извращенец — это ваш сын!

— Хэй, и