Из«Гой» - Алексей Губарев

всё рассчитал! Выживем, я его лично награжу сотней золотых, которые добуду во вражеском лагере. Ха-ха!

Маг, что стоял на коленях, получил мощнейший удар от старшего духа земли, и кубарем улетел прочь. Скорее всего уже не поднимется после такого удара. А вот второй даже не шелохнулся, спокойно создавая новое плетение. Дьявол, как же этот противник силён!

В этот момент я почувствовал, что мой внутренний резерв вновь полон, и тут же ударил сырой силой, сформировав из нее нечто вроде копья. И тут же с неба на нас обрушились ледяные шипы, каждый размером со снаряд баллисты.

Моя защита продержалась чуть больше десяти ударов сердца, однако этого хватило, чтобы принять на себя основной удар. А дальше сработали плетения четвертого круга и оборонительные амулеты. Так что атака противника не возымела должного успеха.

Внезапно я понял, что моих плеч уже не касается руки товарищей. Обернувшись на миг, с трудом сдержал ругательство — все маги, поддержавшие меня, опустошили свои резервы, и теперь надолго выпали из боя, буквально провалившись на землю. Что ж, у меня еще есть силы на последний удар. Одно из преимуществ мага пятого круга — способность вливать заёмную силу в своё сосредоточие. Надеюсь, оставшейся энергии хватит, чтобы одолеть одарённого шестого круга. Кстати, как он перенёс выплеск сырой силы? Защиты у него точно нет.

Противник по прежнему стоял на том же месте, и опять создавал какое-то заклинание. Да что ж ты за монстр такой? Сколько сил у тебя помещается в резерве? Ничего, я все равно быстрее!

На создание «огненного ядра» пятого круга ушло секунд десять. Да, во мне сейчас смесь энергий, и откат будет чудовищным, но я должен это сделать.

Запитав плетение остатками силы, я швырнул его во врага. И тут же понял, что всё — в этот раз мой организм не выдержал перегруза, и решил отправить меня в беспамятство. В глазах помутнело, мир вокруг закружился в вихре, а затем все затопила чернота…

Глава 18

Странное чувство

В себя пришёл от монотонного бормотания. Открыл глаза, и повернул голову на звук. Увидев Шупаку, попытался улыбнуться. Если мой товарищ жив, не связан, значит мы победили. Это радует.

— Хватит камлать, мелкий. — мой голос прозвучал хрипло, словно ворон каркнул. — Воды дай.

— Ох ты ж! — Шупака вскрикнул, завалившись на бок. — Командира, зачем так пугаешь?

— Воды. — повторил я требовательно.

— Сейчас, сейчас. — засуетился шаман, снимая с пояса свою флягу. — Вот, держи!

Сделав несколько глотков освежающей влаги, почувствовал себя гораздо лучше. Приподнялся, сел. Болела грудь, но не сильно. Что ж, теперь можно осмотреться, и строить дальнейшие планы.

— Мы победили?

— А как же, иначе и быть не могло. — ответил дригг. — Когда ты упал, с городской стена один маг ударить большой огненный шар. Враг не успеть защититься, и умирать. Затем наши воины врываться в лагерь, убивать весь чужак. Пленных один маг брать, для допрос. Потом наша входить в город, размещаться по гостиницам. Твоя давать лучший комната в госпиталь. Маг-лекарь приходить каждый час, моя вообще не отходить.

— Да я уже понял, где нахожусь. — усмехнулся я, бросив взгляд в окно. Вспомнился подоконник совсем другого госпиталя, а вместе с ним и день, когда всё началось. Да, именно со встречи с мерзким карликом всё пошло совсем по другому. Мог бы я изменить что-то, если бы вернулся назад? Вряд ли. Единственное, что действительно мне не по душе, так это бессмысленная гибель моих братьев и сестёр от рук святош и подчинённых им легионеров.

— Командира, лекарь говорить — твоя нужно отдыхать! — всполошился дригг, когда я поднялся на ноги и двинулся к завешенному шторой окну.

— Не забывай про родство с огнём, дружище. — улыбнулся я, выглядывая наружу. Хм, ночь. — Он лечит меня. А отдохнуть всегда успею. Кстати, долго я здесь лежу?

— Один день и один ночь. — ответил Шупака.

— Тогда понятно, почему я так сильно хочу есть. Пойдём, раздобудем чего-нибудь съестного. Кстати, где мое оружие? И ещё меня интересует, появлялся ли за прошедшие сутки старейший?

— Оружие здесь. — дригг похлопал по сундуку у стены. — А кушать — так рядом с госпиталем стоит трактира. Моя оттуда жрякать вчера весь день.

— Тогда давай сюда клинки, и прогуляемся до твоего трактира. Еще бы моих заместителей туда подтянуть, чтобы обсудить сложившуюся обстановку.

Облачившись в броню и нацепив пояс с мечами, я понял, что пока не поем, будет тяжко. Ничего, к нагрузке быстро привыкну, а в свободное время призову Пылавира, он поможет быстрее восстановиться.

Дежурный младший лекарь, сидевший за столом недалеко от выхода, проводил нас округлившимися глазами, полными изумления. Похоже он видел, в каком состоянии меня доставили сюда. Ничего, пусть удивляется, главное чтобы не побежал докладывать своему начальнику.

Дневальный легионер, стоявший у главных дверей госпиталя, отдал воинское приветствие при моем появлении. Ты смотри, не все так плохо, если нас, граничников, вновь стали уважать. Главное, чтобы это уважение дошло до столицы и мятежных дворян. Впрочем, с последними еще нужно разобраться, ради чего они восстали. А то может с ними поговорка «враг моего врага — мой друг» не сработает.

В таверне, хоть на улице и была глубокая ночь, обеденный зал был заполнен на треть. И в основном здесь сидели граничники. Я даже приметил майора Басила, который расположился за дальним столом в правом углу. Компанию ему составляли три лейтенанта и седовласый мужчина, скорее всего ветеран.

— Закажи плотный ужин на двоих и кувшин красного сладкого вина. — попросил я Шупаку. — И двигай за тот стол.

На нас наконец обратили внимание, и со всех сторон посыпались приветствия и благодарности. А Басил, увидев меня, так и вовсе поднялся из-за стола и принялся махать рукой, подзывая:

— Господин полковник, идите к нам! Да как вы вообще здесь оказались? Целитель сказал, что вы суток трое