Засуха - Джейн Харпер

Фальк вспомнил, как Мэл Дикон принял его за отца.

— Ты знаешь, что с ним не так?

— В последнее время котелок у него явно не варит. Может, это от выпивки, а может, что посерьезнее, — я не знаю. Но вести он себя стал потише, это точно. Забредает сюда иногда и сидит в обнимку со стаканом, а то шляется по городу с этой своей собакой и рычит на всех подряд, но это, пожалуй, и все.

— Мне что-то трудно представить себе Гранта Доу в роли Флоренс Найтингейл. Он что, посвятил всего себя заботам о дядюшке?

Макмердо ухмыльнулся.

— Господи, нет. Он вроде разнорабочего. Делает кое-что по мелочам, трубы там проложить, ремонт. Главное, чтобы на пиво денег хватало. Но что с людьми надежда на наследство делает, а? Дикон ему ферму завещал, или, по крайней мере, так говорят. Неплохих денег может стоить, особенно со всеми этими азиатскими инвесторами, которые вечно вынюхивают, где можно купить землю. Засуха-то когда-нибудь кончится. Это очевидно.

Фальк сделал еще глоток. Интересно. Земля Хэдлеров граничила с фермой Дикона. Он понятия не имел, какая теперь рыночная цена на землю, но два соседних участка, выставленные на продажу вместе, должны были цениться выше — у правильного покупателя. Конечно, если бы ферма Хэдлеров продавалась. Маловероятный сценарий при живом Люке, который деятельно занимался своей фермой. Но теперь подобный план мог быть значительно ближе к воплощению. Фальк отложил пока эту мысль, чтобы обдумать как следует на досуге.

— Так, значит, это правда, что там языками плетут? Что ты пытаешься разобраться в смерти Хэдлеров? — спросил его в это время Макмердо.

— Это неофициально, — ответил Фальк, во второй раз за сегодняшний вечер.

— Ага, ну да, — ответил Макмердо с понимающей улыбкой. — По-любому это лучший способ добиться чего-то в этих местах.

— Кстати, может, было что-то, о чем мне надо знать?

— Типа, была ли у них с Люком заварушка накануне того дня? И не заявлял ли Грант Доу перед всем честным народом, что пойдет и кокнет все его семейство?

— Это бы очень помогло расследованию.

— Жаль, что разочаровал тебя, приятель, — Макмурдо обнажил в ухмылке впечатляющее количество желтоватых зубов.

— Джейми Салливан говорит, он был здесь с Люком вечером накануне убийства, — сказал Фальк. — Они договаривались кроликов пострелять.

— Очень может быть, да.

— А Доу тоже здесь был?

— Да, конечно. Он здесь практически каждый вечер, поэтому-то он и терпеть не может, когда я отказываю ему в обслуживании. Его это бесит, конечно, но особых неудобств не причиняет. Он знает, что с моей стороны это, по большей части, пустые угрозы. Если я его выгоняю, он просто усаживается на крыльце с этими своими тупыми приятелями и горой пива в жестянках. Так что неприятности я огребаю по полной, а прибыли ноль, понимаешь? — Макмердо покачал головой. — Ну да ладно. Отвечаю на вопрос. Грант Доу был здесь тем вечером, когда Люк пришел сюда в последний раз. Как, впрочем, и все остальные. По телевизору шел крикетный матч, так что тут яблоку было негде упасть.

— Ты не видел, чтобы они с Люком разговаривали? Вообще как-либо взаимодействовали? Вызывающее поведение с любой из сторон?

— Ничего такого не припомню. Как я уже говорил, вечер был занятой. Я тогда совсем замотался.

Макмердо в задумчивости допил пиво и деликатно подавил отрыжку.

— Но разве с этими двумя можно сказать что-то наверняка? Каждый вечер, бывало, гадаешь, чем оно кончится. Я знаю, вы с Люком были приятели, а Доу — тот еще придурок, но во многом они были похожи. Оба здоровые мужики, знаешь, которым по жизни тесно, и заводятся оба с пол-оборота. Две стороны одной монеты, понимаешь?

Фальк кивнул. Он понимал. Макмердо собрал пустые стаканы, и Фальк понял, что ему пора. Он слез с высокого табурета, пожелал спокойной ночи и удалился. За его спиной бармен выключил свет, и паб погрузился в темноту. Шатаясь, Фальк потащился вверх по лестнице, и тут вспыхнул экран его телефона. Еще одно сообщение на автоответчике. Он поднялся в номер, заперся, рухнул на кровать и только тогда, еле попадая пальцами в кнопки, включил запись. Когда из трубки донесся знакомый голос, он прикрыл глаза.

— Аарон, подойди уже к телефону, наконец, — слова Джерри, как горох, стучали по барабанной перепонке. — Слушай, я тут много думал о том дне, когда умерла Элли.

Долгая пауза.

— Если сможешь, приезжай завтра на ферму. Есть кое-что, что тебе нужно знать.

Фальк распахнул глаза.

Глава восемнадцатая

На этот раз ферма Хэдлеров выглядела совсем по-другому. С двери исчезла потрепанная полицейская лента. Все окна распахнуты настежь, занавески отдернуты, жалюзи подняты.

Утреннее солнце уже пекло вовсю, и, прежде чем выйти из машины, Фальк потянулся за шляпой. Сунув коробку со школьными принадлежностями Карен и Билли под мышку, он зашагал вверх по дорожке, к дому. Входная дверь была открыта. Внутри все так же витал запах хлорки, но уже не так шибал в нос.

Фальк нашел Барб в главной спальне. Она плакала, сидя на кровати Люка и Карен. Содержимое тумбочки было рассыпано по бледно-зеленому покрывалу. Свернутые в комочки носки и мятые семейные трусы вперемешку с мелочью и колпачками от ручек. Слезы капали из глаз Барб прямо на кусочек цветного картона, который она держала в руке.

Фальк тихо постучал в дверь, и она подскочила. Он подошел к Барб и увидел, что в руках у нее была самодельная открытка ко Дню отца. Барб утерла слезы рукавом и помахала открыткой перед носом у Фалька.

— От хорошей уборки никакого секрета не утаишь, а? Оказывается, у Билли с грамматикой было не лучше, чем у его отца.

Она попыталась было рассмеяться, но голос сломался. Фальк сел рядом, обнял ее и почувствовал, как вздрагивают у нее плечи. В комнате стояла удушающая жара: из раскрытого окна волнами катился обжигающий воздух. Он ничего не сказал. То, что выходило из этого дома через раскрытые окна, было гораздо важнее, чем все, что они впускали внутрь.

— Джерри попросил меня зайти, — сказал Фальк, когда всхлипывания Барб немного утихли. Она шмыгнула носом.

— Да, дорогой. Он мне сказал. Думаю, он сейчас в амбаре разбирается.

— Он не сказал, чего он хотел? — спросил Фальк. Ему стало интересно, когда, наконец, Джерри сочтет нужным рассказать хоть о чем-то жене.

Барб потрясла головой.

— Нет. Может, он хотел отдать тебе какие-то вещи Люка. Не знаю. Это, вообще-то, была его идея тут разобраться. Говорит, пора нам это принять.

Последнюю фразу ему удалось разобрать с трудом, потому что она, взяв в руки носки Люка, заново разразилась слезами.