Слово советского пацана. Бандиты, маньяки, следаки - Сергей Альбертович Холодов

от призыва лица. Только за период с октября 1941 по июль 1942 года сотрудниками московской милиции было задержано более 35 тысяч уклонистов и дезертиров — три полнокровные стрелковые дивизии, которые ох как пригодились бы суровой осенью 1941-го на подступах к Москве!

Количество нелегального оружия и вовсе поражает воображение. Только за первые два с половиной года войны, пока боевые действия шли на советской территории, из незаконного оборота было изъято свыше 11 тысяч автоматов, более двухсот тысяч винтовок и карабинов, а также десятки тысяч пистолетов различных модификаций. Можно себе представить, сколько бесхозных «стволов» гуляло по стране, создавая тем самым дополнительные трудности сотрудникам правопорядка и, наоборот, облегчая жизнь преступникам всех мастей.

Теперь о главных героях фильма и их прототипах. Любимец публики Глеб Жеглов — это фантазия братьев Вайнеров. А вот у Володи Шарапова был вполне реальный прототип — московский сыщик по фамилии Арапов. Правда, реальный Арапов и киношный Шарапов имеют существенные отличия.

Володя Шарапов, как мы помним, пришел в МУР летом 1945 года сразу после демобилизации из армии, где он прослужил всю войну разведчиком. Реальный Владимир Арапов на фронте не был, да и не мог быть, поскольку в годы войны был слишком молод. Как и многие его сверстники, во время войны он работал на заводе «Динамо», а до этого учился в машиностроительном техникуме, несколько лет состоял в отряде содействия милиции — так называемом ОСОДМИЛе, предшественнике добровольных народных дружин. После войны Арапов собирался вернуться в родной техникум, чтобы закончить учебу. Но 19-летнего парня заметили сотрудники 37-го отделения милиции и пригласили на службу в органы правопорядка.

Шесть лет Арапов прослужил в 37-м отделении милиции, которое в те годы находилось на Динамовской улице (в районе Пролетарки), а в 1951 году перешел на службу в МУР. Сначала был помощником опера, а в 1963 году стал начальником отдела по раскрытию убийств, грабежей, разбоев и половых преступлений. Как раз в те годы в МУРе служил будущий писатель Аркадий Вайнер. Там-то и состоялось их знакомство, а позднее именно с Арапова братья Вайнеры писали образ молодого офицера-фронтовика, пришедшего на службу в МУР.

Причем, некоторые черты реального Арапова сценаристы фильма привнесли и в образ Жеглова: напористость, личную смелость, жесткость, полную самоотдачу в борьбе с преступностью. Этими чертами как раз в полной мере обладал реальный Арапов. Так что отчасти образ Жеглова тоже написан с него. Таким образом, Владимир Арапов послужил прототипом сразу двух главных персонажей фильма — и Володи Шарапова, и Глеба Жеглова.

Владимир Арапов принимал участие в раскрытии многих резонансных преступлений советской эпохи. Например, благодаря его сыскному мастерству было раскрыто ограбление квартиры народной артистки СССР Александры Яблочкиной, а также пойман первый советский маньяк Ионесян по кличке Мосгаз.

Но самое громкое уголовное дело, которое распутывал Арапов, — это ликвидация банды Ивана Митина, которая в конце 1940-х — начале 1950-х годов наводила ужас на Москву. На счету этой шайки 11 убийств и 28 вооруженных ограблений сберкасс, магазинов, пивных баров. Именно похождения этой шайки и легли в основу сюжета телефильма «Место встречи изменить нельзя».

Арестовали бандитов в феврале 1953 года. Аресту предшествовала сложнейшая оперативная работа. В банду даже пришлось внедрять одного из сотрудников МУРа. Эта ситуация блестяще обыграна в фильме. Роль внедренного сотрудника, как мы помним, сыграл Володя Шарапов. Правда, получилось это у него скорее случайно, по роковому стечению обстоятельств — специально в банду его никто не внедрял.

В заключение несколько слов о реалиях послевоенной Москвы, весьма правдиво показанных в фильме. Начнем с общепита.

Коммерческий ресторан «Астория», куда так любил захаживать красавчик Фокс, в Москве действительно был. Его открыли в январе 1944 года в доме 10 по Тверской улице. И таких заведений было несколько. Первые рестораны военной поры стали открываться уже зимой 1942 года. За пять рублей в них предлагали обед, состоявший из мясного супа, картошки и жареной воблы. От желающих не было отбоя. Чтобы попасть в рестораны, люди занимали очередь чуть ли не с ночи и готовы были часами стоять на морозе.

Дабы сократить очереди, в 1942–1944 годах власти открыли ещё несколько коммерческих ресторанов. Так, уже весной 1942 года рестораны первого класса открылись на всех московских вокзалах. А в 1944-м в Москве стали открываться коммерческие кабаки. Цены в них были запредельные. За один вечер в «Астории» или «Авроре» можно было запросто выложить 500 рублей — средний месячный заработок простого советского рабочего. Поэтому рабочих в коммерческих ресторанах военной поры не наблюдалось. Основной контингент посетителей — иностранные дипломаты и журналисты, представители творческой интеллигенции, офицеры Красной армии, приезжавшие в Москву на побывку, а также жулики и барыги всех мастей, сколотившие за годы войны приличные состояния. Так что замечание киношного Коли Тараскина о том, что на сто рублей в коммерческом ресторане не шибко разгуляешься, — чистая правда.

В течение всего военного времени в Москве работали кинотеатры и театры, музеи и библиотеки. Круглогодично в городе проводились спортивные соревнования: массовые забеги, кроссы, лыжные эстафеты, футбольные матчи. Эти мероприятия пользовались огромной популярностью у горожан и неизменно собирали большое количество участников. Так, в лыжном кроссе в начале 1943 года приняли участие свыше 400 тысяч человек.

Культурная и спортивная жизнь в Москве не замирала даже суровой осенью 1941 года. Например, в сентябре на Москва-реке прошли традиционные соревнования по академической гребле. В начале октября в Сокольниках состоялся массовый кросс на приз газеты «Вечерняя Москва». В ноябре в городе были залиты первые катки, на которых тренировались члены московских хоккейных клубов, и могли покататься все желающие.

А летом 1942 года, в разгар войны, в Черкизово было открыто ателье мод — столичные дамы даже в суровое военное время хотели красиво выглядеть и со вкусом одеваться. Похоже, именно в этом ателье и трудилась подружка Фокса Ирина Соболевская, которую в фильме сыграла актриса Наталья Фатеева.

Транспорт и почта бесперебойно работали всю войну. Исключение — середина октября 1941 года. 16 октября передовая группировка Вермахта прорвалась к Химкам, возникла реальная угроза захвата Москвы. В городе возникла паника, начался неконтролируемый исход москвичей на восток. Бежали все, у кого была такая возможность. В том числе и руководители московских предприятий и учреждений. Кое-кто из начальников пытался удрать, прихватив с собой зарплату своих сотрудников. Дело дошло до того, что рабочие столичных заводов перекрыли трассы, ведущие на восток, и останавливали все машины, пытавшиеся покинуть город. Возникавшие в разных районах города конфликты быстро гасила московская милиция.

Впрочем, уже к