Чужая жена (СИ) - Реброва Мила

«Еще лучше оставь его под платьем! Я ПРОВЕРЮ!!!»

«Как мне теперь работать?»

Сообщения сыпались одно за другим… Я захихикала, представив шокированное лицо мужа, когда он открыл фото, ведь он не мог даже и представить, что я могу решиться на такое.

«Значит, беру?»

«Однозначно! Жду вечернего дефиле!»

«Может, ты приедешь в офис?»

Проигнорировав последнее сообщение, я посмотрела в зеркало, с удивлением рассматривая свое покрасневшее лицо и блестящие в предвкушении вечера глаза. Боже, неужели эта девушка в зеркале — я? Как Мансур сумел настолько раскрыть и раскрепостить меня?

29 глава

Ангелок свела меня с ума.

Если я и раньше едва сдерживался от желания от одной только мысли о ней, то теперь, глядя на это фото, сходил с ума, порываясь сорваться домой, послав работу ко всем чертям. А такого я себе никогда не позволял. Черт возьми, кто бы мог подумать, что Шехназ осмелиться на такое?! Учитывая то, как она до сих пор стеснялась и краснела, стоило мне увидеть ее без одежды…

Не сдержавшись, я вновь полез в телефон, совершенно не обращая внимание на что-то щебечущую Елену.

Как белый цвет может выглядеть таким порочным?

Чувствую себя подростком со спермотоксикозом! Такое ощущение, что секса не было год, хотя он был только утром! Но это только распалило аппетит, оставив после себя еще больший голод. Зачем я приехал сегодня на работу? Остался бы дома и никуда бы не пустил своего Ангелка…

— Мансур, все в порядке? — Спросила Елена, вырывая меня из пошлых фантазий о моей ангелоподобной девочке в белом белье.

В который раз за день отложив телефон, я постарался сосредоточиться на нашем разговоре. Не хватало только, чтобы Елена, увидев мой стояк, приняла это на свой счет.

— Ты что делаешь?! — Шикнула на меня Шехназ, когда я, сходу ворвавшись в кухню, попытался задрать ее платье.

Она была занята замешиванием теста, так что не могла мне помешать. Попыталась извернуться, с опаской оглядываясь на дверь, но я был твердо намерен выяснить, последовала ли она моему приказу оставаться в том сексуальном облачении, что весь день не давало мне покоя.

— То, что обещал. Проверяю, как ты выполняешь мои просьбы, Ангелок. — Ее имя я буквально простонал, обнаружив на ней белье, сорвать которое стало моей навязчивой идеей.

Белые трусики-ниточки, открывающие потрясающий вид на ее обнаженные ягодицы и аппетитную попку, лишили меня самообладания. С трудом оторвавшись от Шехназ только для того, чтобы закрыть дверь и защелкнуть щеколду, я тут же вернулся на место позади нее, вновь поднимая ее лавандовое платье до талии. Погладив по линии трусиков, я, не сдержавшись, сжал ягодицу, наслаждаясь ее сдавленным вздохом. Она давно перестала месить тесто, застыв под моими прикосновениями. Наклонившись, я по очереди поцеловал ямочки над попкой, наслаждаясь вкусом ее бархатной кожи. Шехназ вздрогнула, но не попросила остановиться. С шипением вздохнув сквозь стиснутые зубы, я попытался восстановить самоконтроль, понимая, что сейчас не время и не место для того, что я желал проделать с Ангелком. Но ее очередной вздох словно сорвал мне крышу, заставляя подчиниться захлестнувшему меня возбуждению.

Сорвав с себя пиджак и отшвырнув его в сторону, я присел на колени позади нее, впиваясь ртом в половинку ее попки.

— Ах! — Она вздрогнула от неожиданности, пытаясь избежать моего рта.

Обычно я не спускался поцелуями ниже поясницы. Но при виде такого зрелища бороться с соблазном стало невозможно. Массируя ее ягодицы, я продолжал пировать, чередуя поцелуи с укусами и зализыванием, от чего она вся изгибалась, сводя меня с ума своими хриплыми стонами.

— Вот так, моя сладкая… — Простонал я, скользнув пальцами под трусики, и находя ее восхитительно влажной и готовой для меня.

Лаская указательным пальцем клитор, я развернул Шехназ, толкая ее в сторону кухонного стола. Мука просыпалась, но нам было не до беспорядка. Уперев ее попку в стол, я раздвинул ей ноги, любуясь намокшей тканью кружевных трусиков. Не удержавшись, поцеловал ее прямо поверх них, чувствуя, как она шокирована всем происходящим. Непроизвольная дрожь желания обдала ее тело.

Я никогда раньше не делал этого. Но с Ангелком это казалось таким естественным и желанным. Отодвинув трусики в сторону, осторожно коснулся набухшей плоти нежным поцелуем, стараясь не пугать Шехназ. Справившись с первоначальным шоком, она все же попыталась вырваться.

— Ну, что ты? — Удержав ее за бедра, нежно прошептал я, вновь дотрагиваясь до ее сладкого местечка губами. — Расслабься и позволь мне доставить тебе удовольствие…

Она захныкала, сдаваясь и бессильно обмякая. Надавив на живот, я показал ей, что хочу, чтобы она легла спиной на стол, и удобно устроился между ее раскинутых ног.

Я поцеловал ее нижние губки, действуя нежно и мягко, наслаждаясь тем, как она стонет и дрожит от удовольствия. Вначале Шехназ зажималась, шумно дыша, но постепенно расслабилась и вздохи стали тише. Переключившись на ее клитор, я всосал его в рот, дразня языком. Не выдержав, Шехназ начала извиваться, стараясь не шуметь, но приглушенные стоны все равно вырывались из ее рта. Мое имя слетело с ее губ, посылая волну удовольствия прямо в мой напряженный член. Я щелкнул языком по клитору, спускаясь языком вниз, наслаждаясь ее вкусом, слизывая соки. Она была уже близка, я чувствовал это по ее усилившейся дрожи, и по тому, как она начала сжимать мои пальцы внутренними стенками своей куночки. Не прошло и минуты, как ее закружило в сладком приступе оргазма. Облизнув напоследок свой новый любимый десерт, я поправил белые трусики и, сдвинув ее ноги вместе, опустил подол платья вниз. Шехназ лежала, тяжело дыша и широко открытыми глазами смотрела в потолок, до сих пребывая в шоке. Облизнувшись и вытерев губы рукой, я навис над ней, взяв за подбородок и нежно целуя в губы. Не помню, чтобы чувствовал себя таким удовлетворенным, с болезненным стояком в штанах. То, что я доставил ей такое удовольствие, заставившее ее почти оцепенеть, делало меня невероятно самодовольным.

— Что на ужин? — Спросил я, оторвавшись от одностороннего поцелуя, так как отвечать она и не думала.

— Ужин? — Моргнув, переспросила она с таким видом, словно не понимала значения этого слова.

— Если бы я знал, что таким образом сумею отключить твою голову, сделал бы это на прошлой неделе и слинял на работу, — рассмеялся я, позабавленный ее видом.

— Ты — ужасный человек! — Воскликнула она, отталкивая меня локтями, чтобы не запачкать мукой мою черную рубашку.

Платок, завязанный сзади, чтобы волосы не попали в тесто, развязался и остался на столе. Взяв его, я встал позади Шехназ, аккуратно повязывая его обратно. Не удержавшись, прижался лицом к изгибу между шеей и лицом и расслабился. Мягкая и вкусно пахнущая. Моя женщина.

Удовлетворенная и сонная я лежала на Мансуре, все еще облаченная в свое волшебное развратное белье. Он чуть не довел меня до остановки сердца своими ласками. Сначала повторил то, что делал на кухне, а потом, поставив на четвереньки, так и не освободив от белья, взял меня все еще мягкую и ничего не соображающую после оргазма. Я даже не поняла, когда закончился оргазм от его языка и начался от члена. Но и на этом Мансур не остановился, заставив оседлать себя и начав новый раунд этого сумасшествия страсти и похоти.

Довольно вздохнув, я потерлась носом о его грудь. Он запустил руку мне в волосы.

— Я тут подумал насчет покупки дома побольше, — удивил он меня.

— Зачем? Тут полно места, — не поняла я целесообразности его предложения. — К тому же район отличный.

— Просто подумал, что ты привыкла к другому уровню. И, если есть возможность, почему бы не побаловать моего Ангелка? — Перевернувшись, он подмял меня под себя, начиная ласкать губами шею.