Вернуть истинную - Лана Воронецкая

Сейчас у меня стандартная дешёвая модель. Меня это не сильно волнует. У меня всё будет. Чуть позже. Я смогу всего добиться и без поддержки рода. Нужно немного времени.

Меня волнует, куда же оттащить птичку, чтобы нам не мешали.

Прыгаю в проём портала, светящийся голубым. А выпрыгиваю …в лесу. Оглядываюсь.

Я открыл портал в то самое место, где мы впервые встретились с Ашарой. Ну, что ж, здесь нам никто не помешает.

Сгружаю свою ценную ношу на ножки, продолжаю поддерживать за талию, набираю побольше воздуха в грудь. И… всё! Сейчас я всё скажу, что думаю о некоторых врединах.

— Как ты могла? Совсем сдурела? Позорить меня перед всей академией!

— Смешно, Дориан! — она опять смеётся и вытирает слёзы. — А как ты меня опозорил? Выставил на посмешище.

Она отталкивает меня, хватается за живот и захлёбывается смехом:

— Мне говорят: «Вы беременны». А я говорю: «Я же девственница!». Представляешь?

Ашара даже заикаться от смеха начинает. Она передразнивает чей-то голос: «Только папочке сказать придётся. Ведь, ваш папочка –дракон».

Она бьёт себя по лбу.

— А я – дурище. Оправдывалась. Я ж даже не знала, что я – больше не девушка. Прикинь? Что они обо мне подумали?

Она расходится всё больше. Истеричный смех захватывает мою птичку сильнее. Я смахиваю с неё веселящие чары. Боюсь такое бурное выражение эмоций может быть вредно для ребёнка.

Ашара продолжает:

— Как я выглядела? Как гулящая подстилка для драконов! Вот как…

Чары выветриваются, но слёзы остаются. Они катятся по щекам. И они вовсе не веселые. А очень горькие.

— Ты меня бро –о-о-сил, — всхлипы увеличиваются. — Одну-ууу.

Я, конечно, зол. Или уже и не очень… И даже как-то неловко. Кажется. Это что ещё? Чувство вины кольнуло?

Да, щас. Стискиваю челюсти:

— Не надо было память себе стирать, Ашара. А какого мне было? Когда я вернулся, а ты тут задницей перед Асгаром крутишь? Что, если бы я чуть позже приехал, ты бы себе тут уже нового папочку для ребёнка захомутала?

На секунду вой Ашары прекращается. Она так удивлена. Громко икает, не сдержавшись от неожиданности. Выпучивает глаза… Только на секунду. И припускает реветь ещё сильнее.

— Его захомутае-еешь… Асгар – настоящий гад. Ни одну юбку не пропустит…

— Ах, ты всё-таки думала об этом? Пустить его к себе под юбку, да так, чтобы он там и остался?

Злость на друга застилает разум. А я ещё думал, что наша дружба дороже девушек.

Чувствую, что не могу сдержатся, струйки пары вырываются из ноздрей.

Ашара шмыгает носом. Кажется, у неё иссяк поток слёз. Но она продолжает тужиться, пытаясь выбить ещё. Ей нравится, что я ревную? А мне совершенно НЕТ!

Рычу, хватаю несносную девчонку и прижимаю к себе.

— Ты моя. Поняла, Ашара?

Она утыкается мне в грудь и замолкает. Мне кажется, или эта маленькая стервочка улыбается? Пытаюсь расслышать её мысли, но брошка не даёт. Только её чувства. Ей не скрыть того, что она меня безумно любит. Эти чувства не может спрятать даже самый сильный артефакт.

Мой дракон елозит внутри, успокаиваясь. Бесконтрольный пар больше не вырывается из ноздрей.

В груди разливается тепло. И не оттого, что Ашара сопит и шумно дышит, пряча лицо в вырезе моей рубашки. Понимаю, что какой бы ментальный блок я не поставил, она считывает мои чувства так же, как и я её.

И тихонечко улыбается, думая, что не вижу. Зараза.

Поглаживаю по спинке.

Потом оттаскиваю мою девочку под высокую раскидистую ель. Усаживаюсь, облокачиваясь на широкий ствол, устраиваю её на своих коленях.

Хорошо. Спокойно. Когда она молчит. И тихонечко прижимается, млея, к моему телу.

Шепчу:

— Помнишь это место?

Она задирает голову, кивает:

— Ещё бы. Конечно помню, как ты меня здесь бросил. В одной сорочке. И платье моё забрал. И собирался выставить меня на посмешище перед всей академией. Представляю, как бы это выглядело –заявись я в нижнем белье в академию.

Прекрасно помню, как первый раз держал полуголую птичку, свалившуюся с ветки, в своих руках. Волнительное воспоминание. Наш первый поцелуй… который не состоялся потому, что маленькая заморозила мне лицо.

Тянусь губами повторить. При этом шепчу:

— Что ты, птичка. Разве я бы позволил хоть кому-нибудь смотреть на твоё исподнее? Скорее, я бы глаза выколол тому, кто посмел бы. Я был уверен, что ты будешь прятаться в лесу, дожидаясь моего возвращения и немного поумнеешь, согласишься на всё, что я пожелаю…

Ашара возмущённо выдыхает мне в губы:

— Га-аад… — но не отодвигается, и оставляет ротик приоткрытым. Малышка ждёт поцелуя.

Я наклоняюсь ниже и дарю маленькой нежный сладкий поцелуй. Как будто первый раз. Как будто мы вернулись в тот самый день знакомства и начали заново.

А это, кстати отличная мысль!

Целую Ашару долго. Впиваюсь поцелуем глубже. Я люблю мою девочку. Как же я её люблю.

Я так и ношу в кармане фамильное кольцо. Жду подходящего момента, чтобы сделать официальное предложение.

Сейчас хороший момент. И обстановка подходящая. Романтик. Место нашей первой встречи. Ашара присмирела и успокоилась.

Нехотя заканчиваю поцелуй. Отрываясь от сладеньких губ, замечаю, как светится её животик. Укладываю на него руку. Мой дракончик у неё внутри. Никогда не думал, что буду так рад стать отцом.

Я шепчу:

— Ашара, давай начнём всё сначала…

Она замирает. Я жду ответ и тянусь в карман за колечком.

Лицо Ашары напрягается. Что-то мне это не нравится…

Она настырно шепчет:

— Чтобы начать заново, надо сначала закончить то, что было…

Моя рука так и не вытаскивает бархатную коробочку из кармана. Жду, пока она выскажется.

— Ты ещё не попросил у меня прощения!

Драго! Я никогда ни у кого не прошу прощения. Тем более она сама виновата. Слишком импульсивная, слишком истеричная. Хотя… за это и люблю… Какая моя девочка страстная в постели…

Мне тяжело переступить через себя. И, в целом, мы виноваты оба. И так сложились обстоятельства. И на самом деле, я не вижу повода просить прощения. И не стал бы… но… если ей будет от этого легче…

Я уже приоткрываю рот, пытаюсь сложить губы так, чтобы получилось слово: «Прости…». Мне очень трудно. Губы словно каменеют и не хотят двигаться. Усилием воли, я их заставляю…

…только не успеваю сказать.

Ашара добивает:

— И на коленях передо мной не ползал, умоляя...

И я