Замок из песка - Несси Остин

— Ты не должен отдавать ей картины! — воскликнула Кэрол. — Она не имеет права что-либо требовать от тебя.

— Ты не понимаешь. — Ричард грустно усмехнулся, отчего явственней проступили морщинки в уголках глаз. — То, что я получаю взамен, намного дороже. Но давай не будем об этом, хорошо?

Кэрол покорно кивнула, не желая еще больше его расстраивать. О чем он говорил? Неужели они заключили с Глэдис какую-то тайную сделку? Кэрол не решилась спросить, но ее охватило беспокойство. Она передернула плечами, и Ричард, заметив это, обнял ее.

— У меня есть и приятная новость: в субботу свадьба Хафиза и Джоан. — Он погладил Кэрол по голове, поправил выбившуюся из прически прядь волос. — И мы приглашены.

— Но мне не в чем пойти! — воскликнула она, тут же позабыв обо всех своих сомнениях и страхах. — Не могу же я явиться на свадьбу в джинсах…

— Именно в джинсах. — Ричард лукаво усмехнулся. — Поверь мне, это будет самой подходящей одеждой.

— Ничего не понимаю, — удивленно сказала Кэрол. — Ты опять что-то задумал? Признавайся!

Она обхватила его руками за шею, притягивая к себе, их губы встретились и слились в поцелуе. На потемневшем небе зажглись первые звезды, такие яркие и близкие, что, казалось, до них можно дотянуться и собрать целую пригоршню этих золотистых светлячков.

А Ричард и Кэрол никак не могли выпустить друг друга из объятий. Поцелуи становились все жарче, дыхание участилось.

— Пойдем в спальню, — прошептала Кэрол, чувствуя, как желание переполняет тело.

В кабинете они не стали зажигать свет. Ричард раздел Кэрол и встал перед ней на колени, обхватив ладонями узкие бедра. Он припал полураскрытыми губами к завиткам волос, проникая кончиком языка все глубже. Она застонала, ощущая возрастающую жажду любви, от которой где-то внутри словно разгорался пожар.

— Ричард…

Он поднял на нее блеснувшие в темноте глаза и притянул к себе. Они опустились на пушистый ковер, и Кэрол увидела над собой лицо, озаренное такой страстью, что на мгновение даже испугалась. Когда Ричард овладел ею, она задрожала и вскрикнула, ощущая приближение наслаждения.

Он сжал ее плечи и приник к губам, начиная медленно двигаться так, чтобы продлить блаженство. В любви они достигли того состояния, когда, отдаваясь страсти, каждый больше думал об удовольствии другого, чем о своем собственном.

Поэтому они не спешили утолить телесный голод. Так гурман сначала вдыхает ароматы изысканных блюд, и лишь затем начинает понемногу пробовать — маленькими кусочками, не торопясь, получая наслаждение от самого процесса, а не от чувства насыщения.

Не давая Кэрол опомниться, Ричард перевернулся на спину, увлекая ее за собой и придерживая за бедра, чтобы не распался союз слившихся в одно тел. Он и сам был удивлен тем, как долго его возбуждение ничем не разрешается.

Но зато Кэрол просто теряла голову: блаженство накатывало на нее, отступало и тут же близилось снова. Она уже не воспринимала окружающий мир. Единственным, что связывало ее с реальностью, был Ричард, горячий, страстный, нежный…

… Обессиленные, они вытянулись на ковре, не в состоянии добраться даже до дивана.

— Это безумие… — прошептала Кэрол, поглаживая все еще вздрагивающего Ричарда.

— Нет, это любовь. — Он повернулся к ней, облокотившись на руку. — Мне иногда кажется, что я не смог бы прожить без тебя и дня…

Это было чем-то большим, чем счастье. Но Кэрол подумала, не приведет ли подобная страстность к скорому пресыщению. Ведь человеческое тело не так уж сложно устроено, а от привычки всего один шаг до скуки и усталости.

— Сейчас — да, но что будет через месяц или год? — спросила Кэрол.

— Девочка моя, ну зачем напрасно загадывать? — Ричард провел ладонью по ее спине от затылка до поясницы, и она изогнулась, словно кошка, от этой нежной ласки. — Я ведь уже говорил тебе: нельзя постоянно чего-то опасаться, иначе ты сама себе испортишь жизнь. Мы сильней судьбы.

— Когда ты рядом, я тоже становлюсь смелой. — Кэрол обняла его, прижавшись щекой к плечу. — Если бы мы могли никогда не расставаться…

— Так и будет, любимая, вот увидишь.

Они проговорили почти до утра, перемежая слова поцелуями и ласками, отдаваясь страсти. И уснули под щебет птиц, встречающих зарю заливистым радостным пением…

Кэрол пробудилась от острожного стука и оглянулась: она лежала на диване, укрытая клетчатым пледом, Ричарда в комнате не было.

— Да?

— Вас просят к телефону, — послышался голос няни. — Вы подойдете?

— Да, попросите подождать.

Кэрол встала и, набросив на плечи халат, прошла в гостиную и взяла трубку.

— Я слушаю.

— Здравствуй, это Аннабел. Что у вас там происходит?

— А что такое? — испуганно спросила Кэрол.

— Мне принесли какое-то странное приглашение. — Аннабел на другом конце провода усмехнулась. — На бракосочетание какого-то Хафиза. А подписано оно мистером Олриджем. Что все это значит?

— Хафиз — близкий друг Ричарда, — ответила Кэрол, которая спросонок плохо понимала, что именно удивило Аннабел. — Он действительно завтра женится.

— Да, но я-то здесь причем?

— Не знаю. — Кэрол пожала плечами и поправила сползающий халат. — Наверное, Ричард решил, что вы должны там быть. Приходите, мы тоже приглашены.

— Хорошо, — неуверенно сказала Аннабел. — Но это как-то странно. Значит, завтра увидимся.

Кэрол положила трубку на рычаг и выглянула в окно: день был пасмурный, но теплый. Она подумала, что после завтрака надо пересмотреть гардероб и выбрать что-нибудь подходящее для завтрашнего праздника. И хотя Ричард уверял, что никаких особенных нарядов не потребуется, Кэрол не собиралась отправляться на свадьбу в джинсах.

Она выпила чашку кофе и съела несколько тостов, потом поднялась к себе в спальню и открыла шкаф. Ей не сразу бросилось в глаза, что некоторые вещи отсутствуют. Но когда она решила примерить свое алое вечернее платье, выяснилось, что оно исчезло, как и пара черных туфелек на высоком каблуке.

— Ничего не понимаю, — прошептала Кэрол, разводя руками. — Где мое платье?

Она снова пересмотрела все, что висело на вешалках. Безрезультатно. Кэрол присела на кровать, задумчиво разглядывая содержимое шкафа. Неужели кража? Заподозрить няню ей и в голову не приходило, но факт оставался фактом: вещи пропали, причем самые дорогие и красивые.

Забраться в окно на второй этаж было невозможно, да и ворота на ночь всегда закрывали. Значит, это сделал кто-то из домашних. Кэрол спустилась в гостиную, потом в сад, где нашла няню и Энтони, занимающихся чтением.