Как достать стража. Влюбить и присвоить - Ольга Райская

Свет, все заканчивается лишь тогда, когда прекращается жизнь. Мне ты нужна любая, только живи, — сказал он. — А птичку вашу я сам готов с руки лучшей ветчиной Аэрлеи кормить.

— Клюв треснет! — пробурчала я, хотя где-то в душе… где-то очень глубоко, практически на дне, была с мужем солидарна. — Лучше поцелуй!

Да, иногда действия говорят больше чем слова, а уж ощущаются острее, теплее… Нет, очень, очень горячо они ощущаются!

Кит целовал меня так, как никогда: ни при первой встрече, ни даже в первую ночь. Это были поцелуи арса, который пытался осознать, что я в его руках и больше никто и никогда не посягнет ни на мое тело, ни на мою честь, ни на мою душу, а если и посягнет… О-о-о! Мало ему не покажется.

Я знала, что опыта в охмурении женщин у Кита практически нет. Это не дамский угодник Лесар, и не проживший всю жизнь при дворе Агиар. Но схватывал он налету, а учился всему еще быстрее. А главное, подкупала та искренность, нежность и неспешность, которыми были наполнены его движения. Да, сама судьба мне подарила этого великолепного мужчину. Он пока сам не представляет, насколько хорош, зато я это знала отлично, но сообщать ему даже не собиралась. Пожалуй, это будет моя единственная тайна, и ее я пронесу через всю жизнь.

— Свет мой… — шептал муж, мне же оставалось лишь подчиняться его силе, его воле, его любви, и делала я это с удовольствием.

А когда мы уже просто лежали обнявшись, я вдруг поняла, что всю мою усталость как рукой сняло. Кит по-прежнему обнимал меня, прижимая к своему горячему телу, словно боялся, что я исчезну, растворюсь, как дымка. Надо же, как магия истинного короля позволяет быстро восстанавливаться, это, скажу вам, не какой-то самозванец-Кайо с присвоенным амулетом. Тут действует вселенская справедливость и природная магия.

Сам Китрэн выглядел бодрым и очень довольным жизнью.

— Я рад, что ты выбрала меня, Свет, — признался он. Да, вот так просто поделился своим самым страшным секретом, который явственно читался между строк.

Что ж, теперь моя очередь, ибо долги нужно отдавать, а не накапливать.

— А кого я по-твоему могла там выбрать? — рассмеялась я. — Уж не Таэрта ли? Как говорится, одинаковая упаковка, еще не гарантирует идентичного содержимого.

— Упаковка? Идентичного? — переспросил муж. — Иногда я тебя совсем не понимаю, хотя очень этого хочу.

— Забей, — вздохнула я. Какие же темные эти светлые арсы.

— Что забить? — глаза Кита расширились от ужаса.

— Ничего не забить, — улыбнулась я. — Это такое не самое хорошее выражение, а учить тебя плохому, я не намерена.

— А если я хочу?

— Что ты хочешь? — я с подозрением посмотрела на Кита.

Муж был серьезен и, что тревожило, решителен, словно готовился проявить доблесть и отвагу в смертельном бою.

— Научи меня плохому, Свет! — выдохнул он.

Я же… я повернулась, обняла его крепко-крепко, и расхохоталась. А когда отсмеялась, то уже совершенно сказала этому недоверчивому арсу:

— Кит, понимаешь, я тебя не выбирала.

— Не выбирала… — погрустнел муж.

— Передо мной даже и выбора никакого не стояло, потому что с первой нашей встречи, с первого взгляда, с первого поцелуя ты был моим, понимаешь? Если не ты, то никто. Вот такая вот история.

Он молчал долго. Просто прижимал мою голову к своему плечу, гладил по волосам и молчал, а потом…

— Для меня все также, Свет, если не ты, то никто. Даже там, в храме, когда я понял, что меня понимают и принимают, мне очень не хватало тебя. Без тебя жизнь омрачается и теряет краски, и только ты сможешь вернуть их, озарив все вокруг своим дивным светом.

Боги! Романтик-арс — это и трогательно, и прекрасно.

Но Кит затронул такую тему, которая меня волновала, о которой я сама планировала его расспросить.

— И как там все прошло? Расскажешь?

— Обязательно, мой Свет, но сначала поцелую тебя снова.

Нет, наши отношения вряд ли можно было назвать бурной страстью, скорее, тягучей, словно свежая патока, нежностью, обильно сдобренной нуждой друг в друге. Нас связывала верность, преданность, дружба, долг, в конце концов, но любовь ли это была?

От любви сносит крышу, люди теряют голову и творят нечто невообразимое, а мы… Мы с Китом никогда не забывали о делах и о взятых на себя обязательствах. Странная вышла из нас парочка.

Едва дрожь удовольствия стихла, я упрямо вывернулась из объятий мужа и с предвкушением, любопытством и нетерпением попросила:

— Не томи, рассказывай.

Очевидно, в ссылке, в одиночестве Китрэн много читал, что не могло не отразиться на его способности излагать свои мысли правильно, неспешно, вызывая интерес у собеседника. Я слушала его, раскрыв рот. Передо мной всплывали очень точные и яркие картины событий, которые совсем недавно пережил Кит.

Стражи приняли его как своего, как равного. Говорили очень много и долго, обсуждали проблемы и дела, даже делились сомнениями. Почти в самом конце встречи все перешли во двор храма. Когда-то здесь тренировалось белокрылое воинство, но уже много лет двор пустовал.

Тьяк Окмор устроил показательные бои и спарринги. Участвовали практически все. Разумеется, самым выносливым и ловким оказался легендарный Лесар. И когда белобрысый страж вышел против Китрэна, все затаили дыхание. Бой длился долго, потому что соперники были равны. Вот только упорства и желания победить в Ките было немного больше. И когда пораженный умением мужа и побежденный им Лесар упал на песок, стражи кричали и приветствовали нового чемпиона.

— Я ни на секунду не сомневалась, что именно так все и будет, — кивнула Киту и улыбнулась.

— Это всего лишь игра, Свет, — очень серьезно ответил он. — Очень скоро нам всем придется выступать на одной стороне в настоящем бою. Очень скоро. Кстати, Лесар проверил твой артефакт с использованием моей магии.

— И как? — тут же заинтересовалась я.

— Темных видно. Что касается странных мерцающих сущностей, то их мы не встретили. Скажу больше — все стражи чисты, хотя мощи и силы в них осталось немного. Но даже тех крох опасаются захватчики Леандора, — пояснил супруг. — Мерцающих мало. Уверен, их следует искать ближе к трону. Например, проверить Совет магов.

— Агиар обещал, — кивнула я. — А мощи стражам мы добавим. Есть у меня несколько идей…

Китрэн рассмеялся.

— Тогда я спокоен за Аэрлею.

— Рано нам успокаиваться. Все самое страшное только-только начинается, поскольку встревоженное зло приподняло всю уродливую голову. — И я позволила себе поделиться с мужем своими мыслями. — Знаешь, а ведь ты совершенно не похож на Таэрта. Я не знаю, каким он был в юности, когда с ним