Драконья попаданка в Академии (СИ) - Лидия Миленина

умилением наблюдая, как мои драконы поедают лакомство. — Вот уж не знаю, за что вам такое! — вдруг вспылила она. — Меня туда на работу не берут, как будто уровень у меня недостаточный! А вы первый день в Академии — и вот, пожалуйста, милости просим в Ресторан номер 1, кушайте на здоровье еду королей, дорогая адептка! Наверное, какой-то богатенький поклонничек оплатил, каких у нас, простых фей, нет, — она поджала губы и задрала подбородок.

При том, что при ее внешности она могла бы завести штук пять подобных поклонников…

«А я такого „поклонника“ просто пристрелю», — подумала я.

Если, конечно, это сделал герцог…

Потому что это также могут быть Борас или Арган. Но…

Тут как раз возникает одно «но». Жирное такое!

Если где-то в Академии могут собраться всякие аристократы и прочие власть имущие, знающие про байдори, то это как раз элитный ресторан. А ни Борас, ни Арган не хотят, чтобы меня рассекретили. Вывод — маловероятно, что это кто-то из них.

Ведь никто из них не жалуется на слабоумие!

К тому же, допустим, Борас мог бы сказать, что я буду питаться в элитном ресторане, когда выписывал мне документы на обучение. А не делать «широкий жест» после — причем анонимно.

Вывод: скорее всего, это все же герцог, который, возможно, поверил, что драконы — просто кароли. Которому хочется «подкатить» ко мне. И который не знает, что в таком обществе мне может грозить опасность.

Ну, либо я уж не знаю… Если не Тамирас, то у меня завелся тайный поклонник. Богатый. И ума не приложу, кто это может быть.

Только таких поклонников мне и не хватало!

В общем, что делать, мне в целом понятно. Это главное.

Я не пойду.

— Скажите, пожалуйста, а что будет, если я порву эту бумажку? — вежливо спросила я у феечки.

Она в ужасе выпучила на меня глаза.

— Как порвете⁈ Вы с ума сошли? Как можно от этого отказываться?

— А я хочу тут у вас питаться! — искренне сказала я. — Мне ваша кухня нравится. Уверена, вы с коллегами тратите массу сил, чтобы создавать эти великолепные блюда. Мне очень понравилось! А еще хочу, чтобы вы могли общаться с моими дракончиками…

— Фр! — радостно сказал Барри и замахал крылышками. Дорри с Мирри тоже принялись весело подпрыгивать, выражая свое согласие с моими доводами.

— Ах… — прошептала фея и… прослезилась. — Ах… — утерла слезу и с умилением погладила Дорри под подбородком. — Вы же мои хорошие… И вы тоже! — посмотрела на меня, словно я просто снизошла с неба и одарила ее чем-то бесценным. — Мне еще никто не говорил подобного! Никто не отказывался от подобных вещей, чтобы сделать мне приятно! Ведь считается, что у нас, фей бытовой магии, дурной характер.

— Ну-у… — многозначительно протянул Доми.

Но мои драконы фыркнули на него, защищая свою подружку-фею.

Мы все рассмеялись.

— Мне очень приятно, что вам приятно, — улыбнулась я после этого. — Так что будет, если я ее просто порву?

— Завтра новую принесут, — вздохнула фея. — Все ведь оплачено. А бумаги вам могут слать хоть каждый день.

— Что же, — с долей коварства сказала я. — Тогда я не буду ее рвать. Сохраню на память. И просто на всякий случай. Я просто не буду туда ходить!

— Ах! — восхитилась фея.

Доми поглядел на меня с необычайным уважением. Сонна — с удивлением. Видимо, мое нежелание приобщиться к элите все же вызывало у нее недоумение.

— Так они продолжат слать бумаги… — осторожно напомнила мне фея.

— Пусть. Соберем макулатуру. Сдадим ее — подработаем, деньги на всех поделим, — заговорщицким тоном сообщила я друзьям.

— Что соберем? — с удивлением переспросил Доми.

А я подумала, не прокололась ли. Ведь слово «макулатура» выскользнуло у меня на русском. В местном языке нет такого понятия. Тьфу! А нет понятия — значит, и сдать макулатуру мы не можем.

— У нас в Марнурале можно сдавать бумагу на переработку и получать за это деньги, — сказала я, надеясь, что вокруг нет особых специалистов в области традиций и уклада жизни в пресловутой Марнурале.

— У нас такого нет, увы, — расстроился Доми. — Но идея неплохая, — он покрутил в руках бумажку. — Если магическими методами стереть все надписи, то на вольном рынке можно продать такую карточку за неплохие деньги. Ведь это картон из дерева берсер, как я понимаю.

— Я могу стереть! — сообщила феечка. — Меня, кстати, Изумира зовут.

— Очень приятно, Ирина… ну да вы знаете… — представилась я.

Друзья тоже по очереди представились. Знакомство с работником общепита в любом случае еще никогда не бывало лишним! За него всякие плюшки полагаются.

— Тогда по рукам, — улыбнулась я. — … И я не буду туда ходить. Постепенно мой неведомый доброжелатель будет звереть все больше и рассекретит себя.

— А если не рассекретит? — резонно спросил Доми.

— Тогда я спрошу известного вам субъекта, он ли это. И выражу свое нежелание ходить туда.

— Может, сразу спросить? Мы со Скудди подстрахуем, — предложил Доми. Хоть вообще-то особой поддержки во время разговора с герцогом от него не было.

— А если это не он? — резонно ответила я. — Давай выждем. Вдруг проявится другой «доброжелатель».

— Умный план, — похвалила меня Изумира.

В общем, мы еще немного обсудили детали операции. Ребята восхищались, какая я стойкая и неподкупная. Им-то невдомек, что в дополнение ко всему мне еще и просто опасно появляться в том ресторане!

А я думала, что разговор с Борасом мне необходим все больше… Вопрос, когда мне к нему пойти. Ведь на время сразу после пар назначено сборище с другими «телепортаторами», а на вечер — встреча с Арганом.

«Пойду к ректору утром, — подумала я. — Так мало шансов пересечься у него с Тамирасом, которому велено отправиться к нему после пар сегодня».

Главное, чтобы Борас оказался ранней пташкой и был на месте утром!

И тут, когда мы уже прощались с Изумирой и собирались пойти на следующую лекцию, в столовую вошел Борас собственной персоной.

Лицо у него было крайне озабоченное.

А мое сердце подозрительно громко забилось. И от тревоги — чего это он такой озабоченный? И просто… почему-то!

Разумеется, я сразу подумала, что пришел он по мою душу. Прознал про приглашение и решил сразу разобраться?

Даже обрадовалась, ведь тогда и проблем с неведомым поклонником меньше, и… волнуется, значит, следит. Может, и на разговор сам вызовет.

Но Борас кинул на нас лишь один взгляд и сказал громко, чтоб услышали все еще остававшиеся в столовой студенты:

— Прошу покинуть помещение. Все адепты немедленно идут на лекции!

«В столовой бомба!» — пронеслось