Горячий пепел (сборник) - Всеволод Овчинников

Шэньнюй вручила Великому Юю свиток желтого шелка. Письмена рассказывали, как строить повозки и волокуши, ходить под парусом и наводить мосты.

Силы людей умножились. Путь для Янцзы – Три Ущелья – был пробит.

Шэньнюй радовалась, что ее мудрость приносит пользу людям. Теперь можно было со спокойной душой вернуться на небо. Но, придя проститься с Янцзы, она увидела лодку, попавшую в беду. Напрасно суетились люди с веслами и бамбуковыми шестами – крутящаяся воронка затягивала их.

Это, наверное, тоже были козни Дракона-царя. На всем протяжении Трех Ущелий река изобиловала водоворотами и подводными камнями.

И новая забота овладела сердцем Шэньнюй. С утра до вечера безотлучно находилась она у Янцзы, чтобы показывать кормчим безопасный путь.

Так стояла легендарная красавица, думая о людях на реке и на ее берегах, стояла тысячи лет, пока не превратилась в утес Шэньнюй – самый живописный из скал Трех Ущелий.

Чтобы возблагодарить Шэньнюй за ее заботы, местные жители построили у подножия утеса кумирню. Рядом с ней и теперь лежит гладкий камень. На нем, по преданию, когда-то стояла эта девушка, пристально вглядываясь в даль.

Бамбук с тихим шелестом обметает его, смахивает пыль и опавшие листья. И камень этот всегда чист, как рожденный в народной душе образ Шэньнюй, как благодарная память о ней.

«И Шэньнюй удивится…»

«…И Шэньнюй удивится: как меняется мир!..» Воспевая будущее Янцзы, современный поэт не случайно напомнил о древней легенде. В Трех Ущельях, где некогда поселилась Шэньнюй, радея о человеческом благе, действительно находится ключ к счастью для многих миллионов людей.

Самый крупный в мире гидроузел, мощностью около двадцати миллионов киловатт, который сооружен в районе Трех Ущелий, стал главным звеном комплексного плана преобразования бассейна великой Янцзы.

Разве в подобном замысле человека меньше поэзии, чем в народном воображении, создавшем легенду о доброй небожительнице Шэньнюй? Разве в нем меньше чудесного, чем в самых чудесных сказках народа?

«…Ток реки остановим плотиной могучей…»

Чтобы перегородить Янцзы двухкилометровой стеной двухсотметровой высоты, потребовалось уложить 26 миллионов кубометров бетона, выполнить почти втрое больший объем скальных работ. Цифры редкие в мировой строительной практике.

Однако при всей грандиозности сооружение очень экономично. Природные условия Санься благоприятствуют гидротехникам. Три Ущелья, как показывает само название, район горного рельефа. Здесь удобно создавать водохранилище колоссальной емкости и в то же время избежать больших потерь от затопления густонаселенных сельскохозяйственных районов и промышленных центров.

«…Не пропустим ушаньские с ливнями тучи…»

Вторая строка четверостишия говорит о другом назначении гидроузла: он позволит регулировать водный режим Янцзы, который сейчас очень неравномерен. В июле, августе, сентябре через Три Ущелья проходит половина годового стока. Мощный паводок выкатывается из верховьев как раз в то время, когда в среднем течении выпадает больше всего дождей.

Благодатный густонаселенный край периодически подвергается опустошительным наводнениям. Даже когда паводок сравнительно невелик, от него прежде всего страдают наиболее плодородные земли – те, что лежат у берегов Янцзы и примыкающих к ней озер Дунтинху и Поянху.

Гидроузел Санься вместе с водохранилищами, сооружаемыми на притоках Янцзы, избавит житницу страны, «край риса и рыбы», от угрозы наводнений.

«…Меж горами раскинется озеро вширь…»

Да, выше плотины, на месте нынешних быстрин, перекатов, подводных скал, раскинулась голубая гладь искусственного озера.

По полноводности Янцзы вчетверо превосходит Волгу, однако по речным перевозкам пока что в семь раз уступает ей. Главная тому причина – сложный и опасный фарватер в районе Трех Ущелий.

С тех пор, как построен гидроузел, русло Янцзы на две с половиной тысячи километров вверх от устья, вплоть до самого Чунцина, стало глубоководной магистралью, о которой мечтали капитаны. По ней круглый год могут ходить суда водоизмещением до 10 тысяч тонн.

Вокруг гидроузла Санься разрастается важнейший индустриальный район Китая. По соседству обнаружены богатые месторождения железной руды. Там намечено создать крупную металлургическую базу, построить машиностроительные заводы.

Важное место в будущем промышленном узле займут производства, потребляющие много энергии: электрометаллургия и электрохимия.

И все же один район со всеми его фабриками и заводами не сможет забирать больше трети энергии, которую гигантская ГЭС станет вырабатывать ежегодно. Главная роль будущего гидроузла подсказывается самим его расположением.

Если не считать северо-востока и малонаселенных западных провинций – Синьцзяна, Цинхая, Тибета, – то Три Ущелья как раз являются геометрическим центром круга, который включает в себя все важнейшие промышленные районы страны.

Примерно на равных расстояниях отсюда лежат: Пекин, Тяньцзинь, Шанхай, Гуанчжоу, Куньмин, Ланьчжоу, Баотоу, а значительно ближе – Сиань, Чунцин, Ухань.

Гидроузел Санься стал центром единой энергетической системы, охватывающей весь Китай.

Поселок Саньдоупин

К створу будущей плотины – поселку Саньдоупин – мне пришлось добираться катером. Пароходы там еще не останавливались – не было пристани. А шоссейную дорогу в район Трех Ущелий только начали прокладывать. Я ожидал увидеть кручи, которые так поражают, когда проезжаешь через Санься. Оказалось, однако, что на месте будущего гидроузла горы слегка расступаются, словно устав сжимать упругую струю Янцзы.

Весь прибрежный склон был разбит террасами полей. Розовели цветы гречихи. Буйвол тянул соху, запахивая желтую стерню сжатого риса. Среди полей были рассыпаны хутора-однодворки, окруженные бамбуковыми рощицами. В темных кронах апельсиновых деревьев золотились плоды. В суровый романтизм Трех Ущелий вклинивалась щедрая природа юга, возделанная и обжитая человеком.

Этот участок привлек строителей не только хорошим скальным основанием. Возле поселка Саньдоупин, между прибрежными кручами, есть некоторый простор, чтобы разместить хозяйство огромной стройки со всеми ее подсобными предприятиями.

Тут было удобнее перекрывать русло по частям: сначала отгородиться перемычками у правого берега, выполнить работы первой очереди, потом перебраться на левый.

Там лестница автоматизированных шлюзов поднимает идущие в Чунцин суда на высоту пятидесятиэтажного дома. Трудно поверить, что памятные для капитанов и рулевых города Ваньсянь, Ушань лежат где-то глубоко на дне; что упасть в воду в этих местах некогда означало наверняка погибнуть в одном из бесчисленных водоворотов…

А полвека назад мне было трудно поверить, что здесь раскинется море с белыми гребнями волн и криками чаек. И, словно шум прибоя, на его берегах всегда слышен доносящийся с гидроузла грохот падающей воды.

Тогда же слышались лишь голоса лодочников. Один запевал фальцетом, остальные дружно вторили, и джонка, словно движимая песней, скользила вниз по течению…

К привычным звукам речной жизни примешивался еще один: тарахтение дизелей на буровых установках возле створа. Мирный, успокаивающий душу звук – будто молотилка стучит на отдаленной риге. Но ведь именно этот звук первым пробуждает к новой жизни самую отдаленную глушь.

Помнится, я заметил тогда, как по крутой тропинке двое крестьян несли на бамбуковой жерди тяжелую втулку от буровой машины. Внизу, у реки, несколько круто наклонившихся вперед человеческих фигур шагали гуськом вдоль берега. Они бечевой тянули вверх джонку, груженную скарбом топографов: вешками, треногами, приборами в чехлах. А ведь здесь теперь сооружается гидроэлектростанция, которая станет давать больше энергии, чем заключено ее в мускулах всего трудоспособного населения Китая!

Вечерние тени легли на узкую улочку – единственную в поселке Саньдоупин. В сельской школе было полно ребятишек – готовить уроки дети приходили в класс. Каждая из четырех керосиновых ламп окружена плотным кольцом детских лиц. Увидят ли эти первоклассники такую лампу, когда, окончив школу, вступят в самостоятельную жизнь?

Ведь это здесь будет воздвигнута крупнейшая в мире ГЭС, которая зальет ярким светом необозримые просторы их родины. И трудно даже представить себе, сколько гостей станут приезжать в город, что вырастет на месте пока никому не известного поселка Саньдоупин. Люди будут стремиться сюда, чтобы посмотреть не чудо природы, не памятник старины, а величественный монумент современности. Гидроузел Санься, как исполинский мотор, еще быстрее двинет вперед экономическое развитие Китая.

Пять целей стройки века

Итак, полвека назад, я отправился из Пекина в захолустный городок Ичан. Там трудились мои земляки – специалисты из ленинградского института «Гидропроект», в их распоряжении был катер. На нем мы проплыли по Янцзы до ущелья Силин и высадились на расположенном посреди него островке Чжундао, что напротив поселка Саньдоупин.