Французская мелодия - Александр Жигалин

— Насколько мне известно, Элизабет не собиралась в ближайшем будущем возвращаться в Россию.

Богданов собрался было остановить рассуждения Жака сообщением о том, что сестра и не думала покидать Москву, однако последняя фраза (насколько мне известно) заставила промолчать. Слишком убеждённо говорил Жак, что не могло не навести на мысль, а не дезинформировали ли его в лесу по поводу Элизабет и отеля «Националь».

Разбираться не было ни сил, ни времени, поэтому оставалось вникать, анализировать, делать выводы.

— Пусть разбирается со своими делами сколько хочет, — сделав загадочное лицо, произнёс Илья. — Я к завещанию отношения не имею, а значит торопиться мне некуда. Когда вернётся, тогда и позвонит.

Подойдя к окну, Жак, глянув сквозь стекло на то, что происходило у подъезда, отскочил в сторону.

— Они меня увидели.

Длинный кинулся ко второму окну, но, вовремя сообразив, что этим он подтвердит присутствие в квартире «гостей», метнулся в коридор.

— Через подъезд не уйти.

— Может в лифт? — стараясь не отставать от охранника, гаркнул Жак.

— Нет. Лифт перекроют первым.

— Тогда на этаж выше.

— Не получится. Будут фильтровать весь дом.

— Что же делать?

Метнувшийся в направлении Ильи взгляд означал, что у Длинного появилась идея.

Подскочив к Богданову, тот, демонстрируя пистолет, как источник превосходства в силе, прошипел:

— Жить хочешь?

— Только, чтобы с тобой поквитаться, — глядя противнику в глаза, произнёс тот.

— Тогда звони соседке. Пусть приютит минут на двадцать. Шмон пройдёт, мы уйдём через чердак.

Решение не было лишено логики, с чем Богданов, как человек, умеющий ценить ум и смелость, не мог не согласиться.

Взяв со стола телефон, набрал номер. В двух словах объяснив ситуацию, попросил Ирину приютить «друзей».

— Надолго? — со свойственной ей привычкой не заканчивать разговор на первом слове отреагировала та.

— Минут на двадцать.

— Не пойдёт. Я хату сдаю только на часы, — попыталась отшутиться Ирка.

Юмор казался неуместным, но Жак, восприняв по-деловому, сделал жест, означавший, что они согласны, чем заставил Богданова произнести три магических слова.

— Три штуки устроит?

— Три штуки за двадцать минут? — взвизгнула та. — Считай, я уже у двери.

— У тебя гости?

Не утруждая себя приветствием, похитители, не дожидаясь приглашения, вошли в квартиру, огляделись, и уже хотели было шагнуть в направлении комнаты.

Остановили слова Ильи:

— Были. Ушли.

— Кто такие?

— Брат Элизабет с охранником.

— Что хотели?

— Не успел спросить.

— Как это?

— Очень просто. Сказал, что есть люди, которые контролируют каждый мой шаг и что в настоящий момент дежурят у подъезда. Жак не поверил, выглянул в окно, увидел кого-то из вас. Дальше всё происходило без моего участия Господ сдуло быстрее, чем я успел предложить разойтись миром.

— Как могли уйти, если из подъезда никто не выходил?

— Из того, в котором живу я, возможно. Что касается остальных шести, не знаю. Может, ещё в пути.

— Мать твою, — выругавшись, парень с баклажаном вместо носа пулей кинулся к лифту.

Илья, дождавшись, когда гул шагов послышится на выходе из подъезда, подойдя к двери Иркиной квартиры, нажал на кнопку звонка.

Открыл Жак.

— Надеюсь, со слухом у гостя из Франции все в порядке?

— Не жалуюсь.

— Коли так, вы должны были слышать разговор с людьми из «Мерседеса»?

— Допустим.

— Допускаете! Значит вам надо поспешить. Пока бойцы из бригады «Мёртвая голова» шмонают остальные шесть подъездов, у вас есть возможность уйти незамеченными. В противном случае придётся объясняться в лесу.

Для убедительности Богданов жестом указал на своё лицо.

— Хотите выглядеть такими? Нет проблем. Один звонок, и вы в объятиях наших «друзей».

Жак, подойдя к дверям лифта, прислушался. Глянув на охранника так, будто решение должен был принять тот, спросил:

— Рискнём или будем ждать, когда съедут?

— Ждать бессмысленно, — ответил Длинный. — Да и где? Девчонке в институт надо. У него тоже нельзя, — показав глазами на Илью, охранник сделал такое лицо, будто говорил не о Богданове, а о человеке, перенёсшем чуму. — Могут нагрянуть ещё раз.

— Решено. Будем пробиваться, — подойдя к краю лестничного марша, Жак, глянув Илье в глаза, произнёс:

— Разговор откладывается по независящим от нас причинам. Надеюсь, следующая встреча пройдёт в более конструктивной обстановке.

— Буду ждать с нетерпением.

Вернувшись в квартиру, Илья первым делом глянул на часы. Стрелки показывали четверть десятого, что не могло не привести в замешательство.

За суетой мыслей Илья забыл про боль в груди. Однако стоило сделать резкое движение, как тут же пришлось присесть на край дивана.

Умом Богданов понимал, что госпитализации не избежать. Осмотр, рентген, разного рода процедуры и, как вытекающее, соблюдение постельного режима. В принципе он был не против с недельку поваляться в постели. Но только не сейчас. Как минимум день необходимо было продержаться хотя бы для того, чтобы встретиться с полковником Красновым.

«К тому же неизвестно, как поведёт себя ФСБ, — думал Илья. — Упрячут в потаённом месте без связи с внешним миром. Больницу будешь вспоминать, как манну небесную».

Как и предполагал Илья, Ирке хватило двадцати минут для того, чтобы привести соседа в надлежащий вид. Очки, надвинутая на лоб бейсболка сделали из преуспевающего бизнесмена великовозрастного парнишку.

Осмотрев себя в зеркале, Богданов остался довольный. Таким он хотел выглядеть, будь ему лет двадцать, от силы двадцать два. Сейчас же было не до жиру. Максимум изменений наружной оболочки при минимуме внутренней и никаких побочных явлений в отношении коллег. Для всех он попал в автокатастрофу. Не будь пристёгнут ремнём безопасности, могло сложиться гораздо хуже.

Прежде, чем покинуть квартиру, Богданову необходимо было набрать номер одного из тех, с кем заключил соглашение о так называемом сотрудничестве, и сообщить о том, что намерен вторую половину дня провести в офисе.

— Я это, — не зная, как обратиться, проговорил в трубку Илья.

— Можешь называть меня Сергей, — пришёл на помощь голос абонента.

— Сергей так Сергей. Мне необходимо побывать на работе, где я пробуду часов до шести, а может, и дольше.

— Нет проблем, — ещё более уверенно отозвалось в телефоне.

— Я тоже думаю, проблем не может быть никаких.

Богданову повезло, так как опоздание составило всего семь минут. И хотя среди друзей Илья слыл ярым приверженцем пунктуальности, оправдание было на лицо, в прямом и переносном смысле.

Войдя в приёмную, Богданов не сразу заметил сидящего возле окна человека. Не позволила секретарша. Вскрикнув после того, как Илья снял бейсболку и очки, та сама того не подозревая, отвлекла внимание шефа от ожидавшего его посетителя. И только, когда мужчина встал, Богданов понял, что это и есть тот самый полковник ФСБ, о котором накануне говорил компаньон.

— Вы ко мне? — стараясь