Улей - Олег Лукьянов

Луч фонаря выхватил сначала красную ленту загородившую путь, а затем и заколоченные крест накрест, как в старые времена, доски с висящей табличкой вход воспрещен - угроза обвала. Сайна не мешкая протиснулась меж старыми досками и помогла мне. Оказавшись по другую сторону забора, посветил фонариком туда-сюда.

Наверно строители забросили это место едва начав работы. Железобетонная труба представляющая собой потолок и стены туннеля состояла из отдельных секций из щелей которых заметно тянуло сыростью и холодом. Рельсов да и другого напольного покрытия не было так же, приходилось идти по полусферическому дну и поднимать такую пыль, что направленный назад свет фонаря разбивался о зависшую в воздухе стену песка.

-- Стоп, - приказала Сайна останавливаясь. - Дальше сигнализация.

-- Какая?

Она молча присела и осторожно сдула с пола слой песка и земли. В свете фонаря что-то блеснуло, я увидел тонкий медный провод натянутый поперек трубы.

-- Это...

-- Это сигнальный провод, - перебила она, - такой же используют и ваши пограничники. Странно в прошлый раз его не было.

Она закрыла глаза и замерла, будто вслушиваясь во что-то...

-- Что ты делаешь? - спросил я когда она открыла веки.

-- У меня развита интуиция.... Делай как я.

Встав, она замедленно-театральным движением перешагнула провод и пошла как обычно. Через пяток метров остановилась и повторила дурацкое движение. Я шел за ней следом копируя каждый шаг, до тех пор пока ее будничный голос произнес о том что все в порядке.

А дальше путь перегородил стальная стена. Рядом с маленькой дверью на этом стальном листе располагался пульт для набора кода. Я подумал что Сайна сейчас достанет из сумки что-то типа компьютера, подсоединит к пульту проводки и станет подбирать шифр. Но она просто нажала на несколько клавиш и электромагнитный замок втянул в себя внутренний засов. Она открыла дверь и фонарь высветил комнату...

Довольно таки странно видеть широкое квадратное помещение сразу после цилиндрического тоннеля. Комната целиком из стальных грубо сваренных меж собой листов казалась верхом небрежности строителей. Камера видеонаблюдения под потолком неотрывно взирает на дверь с колесом-ручкой как в подводной лодке.

-- А как же камера? - спросил я у Сайны. Если она хотела пробраться сюда инкогнито...

-- Об этом не волнуйся, в этот монитор никто не смотрит, а запись я подменю позже. Вообще русские странный народ, в штатах например здесь бы просто поставили датчик движения...

-- Мне это все не нравится.

Она не ответила, провернула колесо, и когда замок открылся, потянула стальную махину на себя. Толщина двери была настолько внушительна, что в первый момент я не обратил внимания на то, что она скрывала. Дыхнуло сыростью, мой фонарь прорезав черноту, сразу уперся в тупик. Возникло ощущение, будто ковш неведомого экскаватора разок зачерпнул земли и сразу оставил раскопки. Я перевел луч на пол и от неожиданности чуть отодвинулся: в каменном полу под ногами крупная уходящая вниз дыра...

-- При строительстве этого тоннеля был обнаружен пласт необычно твердой породы, - объяснила девушка. - Когда строители стали корлупать эту штуку нашли пустоту... А дальше ты знаешь. Помещения Улья внизу. И мало кому удавалось выбраться оттуда живым.

-- Интересно военные пробовали запускать туда какой-нибудь зонд?

-- Наверно.... Но защита Улья это не какая-нибудь тупая машинерия, наверняка превращала все системы слежения в порошок, едва только завидев.

Она достала из сумки трос и, размотав его, прикрепила конец к крюку на стальной стене. Наверно крюк был сделан еще первыми исследователями...

Сбросив канат в темную дыру, слегка меня подтолкнула:

-- Давай ты первый.

-- А как насчет того, что женщин надо пропускать?

-- Ты повелитель, Улей тебя не тронет, а меня просто разорвет... Ты же не хочешь чтобы я кончила так мерзостно?

Я молча повесил на плечо ремень фонаря и, ухватившись за канат, заскользил вниз. Луч фонаря справно освещал пласт каменной породы толщиной несколько метров. Наверно метростроивцам в свое время было интересно его долбать и еще интереснее стало когда жала отбойных молотков провалились в пустоту.

Спускаясь, висел в воздухе и пытался направлять фонарь во все стороны, свет терялся где-то не доставая ни стен, ни пола. Только простирающее над головой светлое пятно отделяло сознание от ощущения нереальности происходящего.

Наконец раньше чем мышцы почувствовали нестерпимую усталость а ладони стерлись в кровь, я добрался до пола. Луч фонаря осветил ровную, покрытую столетней пылью, каменную плиту, и... и скелеты в полуистлевших одеждах. Трупы казалось лежали везде куда мог пробиться луч, не такого уж и мощного, как оказалось, фонаря. Некоторые были в бронежилетах, на некоторых сохранились остатки военной формы еще советской армии. Большинство скелетов были разорваны, так что части костей валялись отделенные от тела. Ботинок наступил на обильно усеивающие слой пыли автоматные гильзы. Круг света выхватил калашников на полу.

Не понимая что делаю, нагнулся, поднял его, оружие не успело предать уверенности, потому что когда разогнулся, рядом кто-то был...

Все чувства сплелись в единый ком: страх, ужас, раскаяние, удивление - смешалось в сердце. Тело парализовало, разум впал в ступор. Сверху доносился слабый крик Сайны, но я не мог разобрать слов, ведь я смотрел в глаза смерти. Несчастный фонарь был не в силах освещать ее лик, но зато он ярко высвечивал ледяные глаза.

Я не видел ничего кроме них, они впились в душу как голодный волк впивается в горло. Почти бесцветные, отдающие синевой, радужки - паутины которые захватывают жертву и направляют в черный провал зрачка. А там... что-то мигнуло зеленым пламенем, что раскаляет в аду котел с грешниками. Глаза почему-то опустились вниз, смерть преклонила колено.

Наваждение исчезло, предо мной на одном колене стоит худая обнаженная девушка, необычные глаза с зрачками в форме паутины всматриваются в мое лицо, губы не выражает ничего... А потом меня охватила новая волна страха. Сразу за ней стоит нечто огромное, бесформенное, и смотрит на меня из тьмы большими блестящими глазами.

Непослушная рука приподняла тяжелый фонарь, глазам предстал первобытный ужас: огромный монстр, походивший на, в шестеро превышающего обычные размеры, медведя с хвостом-тросом и гигантскими получеловечьими лапами увешенными когтями.

Белесые глаза никак не прореагировали на свет фонаря, из зубастой пасти существа не вырвался рык, а веки не зажмурились. Треугольные с кисточками, как у рыси, уши чуть сдвинулись с места когда Сайна вновь закричала сверху. Ожидая мгновенной смерти, я готов был сойти с ума. Я не был в силах направить свет фонаря на замершую у ног женщину, существо смотрело на меня не мигая, и казалось что едва как-то пошевелюсь, разорвет меня одной своей лапой.