Правил нет. Есть те, кто их придумал - Венера Солнечная

не обрадовали преподавателей, и я каждый день стала посещать кабинет ректора.

Когда я топала туда в первый день, моя злость буквально плескалась через край, застилая мне разум, поэтому была уверена, что сейчас настучу на горе шутников, но когда уже подходила к кабинету Эноля Нориса, то вспомнила, что меня эти засранцы не сдали. Вот и я не стала.

Я была уверена, что ректор сразу же понял, кто тут постарался, но не мог же он их наказать только опираясь на свои домыслы, а я молчала. Каждый день приходила в его кабинет и молчала.

Через неделю я так и не смогла хоть немного распутать заклятие, не помогли мне ни лекари университета, ни профессора, которые еще и восхищались мастерски проделанной работой. Особенно всех восхищало то, как я куда-то проваливаюсь. Весь университет ломал голову, как это возможно. Ведь перемещаться так возможно лишь при помощи артефакта перемещения, который мог себе позволить далеко ни каждый, но и на мне его никто найти не мог.

Когда в очередное утро первого учебного дня недели, не успев открыть глаза, опять погрузилась в речные воды, а потом и еще разок, я уже привычно вылезла на берег с твердым решением идти сдаваться к проклятой троице.

Мокрая и поверженная я встала и поплелась прямиком в столовую, но меня остановила знакомая фигура, мелькнувшая на краю леса. И кого, но Луцею я здесь увидеть не ожидала.

Перейдя мост я приблизилась к демонице и застыла пораженная картинной. Девушка съежившись в тени деревьев горько плакала.

— Лу, что случилось? — бросилась я к ней, как только прошел первый шок.

Демоница мельком взглянула на меня, но никак больше не отреагировала ни на мое появление, ни на вопрос, тогда я просто села рядом и взяла ее за руку.

Так мы сидели какое-то время.

— Знаешь, когда наш отец рассказал про тебя, я представила тебя совсем иначе, — начала говорить Луцея.

— Твой отец? — переспросила я.

Девушка повернулась. Ее лицо было заплаканным, но при этом она горько усмехалась, глядя на меня.

— Ты, Айя, лакомый кусочек для таких старых психов, как мой папочка и отец Дреи, ну и Дрея.

— Почему? — все никак не могла понять причем здесь я.

— Как только ты объявилась на пороге УМИ, наш многоуважаемый ректор отправил всем значимым семьям письмо с информацией о твоем поступлении, и в ту минуту на тебя началась охота.

Я выпучила глаза.

— Зачем?

— Впервые за многие столетия появился лесной эльф, которого можно купить для себя и своих нужд.

Я громко сглотнула. Вот так я у себя в голове не описывала свою учебу и будущую работу.

— Почему ты мне это говоришь? — спросила, находясь в полном раздрае.

— Хочу напакостить этим двум старым козлам, и потому что ты действительно мне нравишься. Нет в тебе ни грязи, ни фальши, которыми пропитаны все, кого я знаю.

— Ну как же? А Дрея с братом?

Демоница хохотнула.

— Эта парочка отлично играют свои роли. Не скажу, что они истинное зло, но не доверяй им так беззаветно, — она отвернулась и добавила, — вообще никому здесь не доверяй.

Я уставилась куда-то вдаль, стараясь переварить откровения Луцеи.

— Наши с Дреем отцы договорились, что летом мы поженимся, — зло прошипела демоница.

— А ты этого не хочешь? — догадалась я.

— Ритуал должны провести по демоническим традициям, чтобы я смогла принести потомство. Это старые извращенцы решили так поэкспериментировать, — горечь слов Луцеи разъедала мне душу, а ужас проникал под кожу. В такое было невозможно поверить.

— А что Дрей?

— А что ему? Он не против. Точнее ему все равно. У их ненормальной семейки такое теперь в порядке вещей, вот только еще нет детей от демониц. Он будет первым. Как бы не зазнался потом, — Луцея скривилась, словно проглотила что-то одновременно кислое и горькое.

— Я бы обняла тебя, но я вся мокрая и в песке.

Мы встретились взглядами и улыбнулись друг другу.

— Мой тебе совет, Айя, я, конечно, догадалась, что домой ты вернуться не можешь или не хочешь, но не соглашайся на платный договор. Так ты окончательно потеряешь свою свободу, тебя просто не отпустят. И еще не доверяй ни Дрею, ни Дрее, ни моему брату. Перед всеми нами поставили задачу заполучить тебя в свою семью через дружбу, секс или даже любовь. Нашим папочкам наплевать как, главное результат.

На самом деле к этому моменту я это уже поняла и как же стало противно.

— Что-то твой братец плохо старается, — нервно хихикнула я, и Луцея поддержала.

— У них с папочкой тоже не сахарные отношения, и ты ему еще и не нравишься.

— Аж от сердца отлегло.

Мы рассмеялись.

И вдруг внутри меня лопнула какая-то заслонка. Ни с кем я не могла поделиться своей историей, но в эту секунду я почувствовала, что именно Луцея меня поймет, как никто.

— Ты права. Я убежала из дома.

Девушка тут же сфокусировала на мне внимание.

— Я родилась не такая, как все. Не буду вдаваться в подробности, но моя семья меня прятала, и я очень ждала, когда смогу наконец уехать сюда учиться, — я вздохнула, вспоминая свои последние дни дома, — но примерно за неделю до моего запланированного отъезда меня на праздники Весны выбрал в невесты принц Эйроун. Это старший сын нашего короля и наследник. Оказалось, что он видел, как я охочусь в лесу, и влюбился в меня. Чтобы мою тайну не раскрыли, мне пришлось пройти помолвочный ритуал, и теперь наши души связаны. Я чувствую то, что он, а он чувствует меня.

Я заметила, что Луцея хочет что-то спросить, но не дала ей. Из меня так хлынуло словами и эмоциями, что этот поток было не остановить.

— Это всего на год, до следующего праздника Весны, если, конечно, мы не проведем свадебный ритуал, тогда уже нас сможет разлучить лишь смерть.

— А ты любила его? — спросила демоница.

Я покачала головой.

— Я увидела его впервые в тот день. Так смешно, но я упала на него с дерева. Видимо гномы действительно потоптались где-то в моей родословном дереве.

Мы захихикали.

— Но меня порой разрывает от его тоски, злости и отчаяния. А еще иногда он мне сниться и просит вернуться к нему. Говорит, что мы поженимся и убежим вместе.

— А ты не хочешь, — правильно меня поняла Луцея.

Я снова покачала головой.

— Я не просто не хочу. Я не могу. Это касается безопасности моих родных. Я бы сказала, что скорее умру, но и умирать мне нельзя. Я взяла с принца