От летчика-истребителя до генерала авиации. В годы войны и в мирное время. 1936–1979 - Николай Остроумов

Летом 1966 года на территории Белоруссии и Литвы, согласно директиве Генерального штаба, Главным штабом ВВС было подготовлено и проведено двухстороннее авиационное учение с участием двух воздушных армий Белорусского и Прибалтийского военных округов с практическим применением обычных и имитационных ядерных средств и с использованием окружных полигонов. Тема учений: «Воздушная армия в наступательной и оборонительной операциях фронта». Белорусский военный округ готовил и проводил наступательную операцию фронта, Прибалтийский военный округ – оборонительную операцию. Их воздушные армии решали боевые задачи в пределах фронтов сначала с применением обычных, а ведя операции – ядерных средств. На одном из аэродромов Белоруссии одновременно проводилось исследование по противоатомной защите аэродрома и ликвидации последствий атомного удара.

Учение показало высокую эффективность атомных ударов при условии правильного выбора целей, своевременного проведения противоатомной защиты. На учении применялась имитация атомных средств. Во время реальных действий на полигонах присутствовали члены правительства Белоруссии и Литвы, а также первый заместитель министра обороны СССР Маршал Советского Союза И. И. Якубовский и главнокомандующий ВВС Главный маршал авиации К. А. Вершинин. В качестве старших посредников были командующие воздушными армиями соседних военных округов, в том числе и будущий главком ВВС генерал-лейтенант авиации П. С. Кутахов.

Ежегодно штаб объединенных вооруженных сил Варшавского договора проводил сборы руководящего состава дружественных армий и периодические учения. От Главного штаба ВВС на эти мероприятия выезжали начальники оперативного управления.

Так, когда я летел в Венгрию в составе группы офицеров ШОВС вместе с главкомом ШОВС, первым заместителем министра обороны СССР Маршалом Советского Союза А. А. Гречко, последний вызвал меня в салон самолета и поставил задачу: «Завтра на совещании министров обороны армий стран Варшавского договора нужно сделать доклад об опыте боевых действий авиации во Вьетнаме».

Я к этому выступлению был готов, так как накануне Главный маршал авиации К. А. Вершинин предупредил меня о возможном выступлении. Были подготовлены необходимые схемы. Ежемесячно Оперативное управление ВВС издавало информации для войск о действиях ВВС во Вьетнаме. С утра следующего дня я выполнил задание А. А. Гречко, который в ходе моего доклада делал отдельные замечания о том, что в оперативной подготовке надо учитывать опыт действий войск, авиации и ПВО во Вьетнаме.

На совещаниях министров обороны по поручению главкома ВВС я выступал с сообщениями об опыте оперативной и боевой подготовки советских ВВС.

Летом 1967 года, вечером, когда я находился с семьей на своем садовом участке под Москвой, мне позвонили с КП ВВС и передали приказание М. В. Захарова: завтра к 6.00 утра быть на аэродроме Чкаловский в гражданской одежде без каких-либо документов.

На аэродроме, кроме меня, собралась группа генералов, в том числе заместитель главкома ПВО, командующий Прикарпатским военным округом и другие. Прибыл начальник Генерального штаба Маршал Советского Союза М. В. Захаров. Он сказал, что летим в Будапешт. Я догадывался, куда летим. До этого я вместе с первым заместителем начальника Главного штаба ВВС генерал-лейтенантом авиации С. Ф. Ушаковым планировал, из каких частей взять боевые самолеты для Египта и Ирака, и давал указания в армии на этих самолетах нанести соответствующие опознавательные знаки.

В Будапеште мы уже знали, куда полетим, так как накануне объявили о внезапном нападении на Египет и Сирию. Летели ночью на малой высоте. Прилетели на аэродром Каир-Вест. На аэродроме темнота. Командир транспортной авиадивизии Константинов сделал два круга над аэродромом и в полной темноте, используя самолетные посадочные фары, посадил самолет на полосе аэродрома. Египтяне потом объясняли, что боялись во время посадки бомбардировки аэродрома. Израильтяне уже захватили плацдарм на южном берегу Суэцкого канала и готовились наступать на Каир.

С утра и все последующие дни по указанию М. В. Захарова работал на аэродромах, в штабе египетских ВВС, выясняя действительное положение дел. Выезжая на аэродромы, уточнял боевой состав авиации. Вместе с начальником Оперативного управления ВВС Египта объявляли боевые тревоги и определяли истинную боеготовность авиачастей (количество боеготовых самолетов, экипажей, время подъема по тревоге), реальные потери, наличный боевой состав.

Летчики из богатых семей, а их было большинство, увольнялись по собственному желанию. Во время массированного налета Израиля многие летчики прятались в укрытия. Все самолеты Ту-16 были уничтожены, большинство самолетов МиГ-15, МиГ-17, Ил-2, средства радиоуправления были повреждены. Когда первый раз посетил аэродром Иншас, в беседе с летчиками выяснил, что они сбили несколько израильских самолетов. Записал их фамилии. Когда мы с М. В. Захаровым посетили Иншас, то этих летчиков уже не было на аэродроме.

Вовсю действовал воздушный мост. Находясь с М. В. Захаровым на этом же аэродроме, видел, как советские военные транспортные самолеты со знаками «Аэрофлота» садились, не выключая двигателей, выкатывали боевые самолеты и улетали на отведенные им аэродромы. Тут же происходила сборка боевых самолетов.

Вновь назначенный командующий египетскими ВВС маршал Эз просил прислать русских летчиков-волонтеров, а также не присылать Ил-2, а вместо них дать бомбардировщики Як-28, о которых говорилось в американской прессе.

В присутствии М. В. Захарова, министра обороны и командующего ВВС Египта, по расчетной карте проиграли с ними возможности ударов по Израилю, если будет организовано использование сирийских аэродромов, а сирийскими летчиками – египетских. М. В. Захаров сказал: «Нечего ожидать самолетов по американской рекламе, нужно использовать во взаимодействии двух стран имеющиеся и поступающие советские самолеты». Прилетевший в это время в Египет Председатель Верховного Совета СССР Подгорный, когда я доложил, что египтяне просят прислать из СССР волонтеров, засмеялся. Но впоследствии все же по договору в Египте базировался боевой полк наших истребителей.

Нахождение в Египте начальника Генерального штаба с группой ведущих специалистов Советской армии и посадка на Южном Кавказе частей дальних бомбардировщиков с мощными средствами охладили пыл агрессоров, и они ушли с южного берега Суэцкого канала.

В 1968 году произошли события в Чехословакии. Обстановка требовала ввода советских войск в эту страну. Наши воздушно-десантные войска были высажены ночью на аэродром Праги, и в эту же ночь из Группы советских войск, дислоцировавшихся в ГДР, Польше, и Прикарпатского военного округа танковые части вошли на территорию Чехословакии, продвинувшись вплоть до Праги. Примерно в 11.00 того же дня Маршал Советского Союза А. А. Гречко передал на КП Главного штаба ВВС приказ: на каждый военный аэродром Чехословакии посадить по боевому полку истребителей из 24-й и 4-й воздушных армий. Это было незамедлительно выполнено.