Флаг над океаном - Дмитрий Светлов

В советское время, вспоминая о сражении в Цусимском проливе, обязательно напоминали о царских командирах, спустивших флаги перед японским флотом. Оставшиеся без единого снаряда броненосцы, с многочисленными пробоинами и разбитыми механизмами, были обязаны добровольно отправиться на дно. Интересная логика. Какой командир отдаст подобный приказ, зная, что в лазаретах корабля лежат сотни раненых моряков? Зная, что корабельные средства спасения уничтожены вражескими снарядами. Сигнал «Погибаю, но не сдаюсь!» увековечен памятником подвигу моряков «Стерегущего». Приказ затопить свой корабль вместе с экипажем — это уже казнь ни в чем не повинных матросов и офицеров. Проигрывать надо достойно, без патетических истерик.

За время небольшого отсутствия, когда граф Алексеев изучал обстановку в Японии и помогал калмыкам в выборе новых земель, Гавриил Платин должен был определиться с общими вопросами. Сергей давно уже сделал вывод, что люди восемнадцатого века весьма ловки в делах бизнеса. Они работают с высокой самоотдачей и пользой. Главным тормозом может быть только финансовое обеспечение. Кроме корректировки бизнес-плана.

У Сергея была и другая цель — он хотел увидеть Фарида. Темник со своими воинами как-то незаметно исчез. Каких-либо пакостей не следовало ожидать, но неожиданности вполне возможны. Уж слишком простодушны татары в своих поступках. Сначала сделают и только потом разбираются в возникших последствиях.

Так и оказалось. Кибитки и юрты раскинулись от самого берега Желтого моря до линии горизонта. Невесть откуда взявшееся стойбище своим южным крылом упиралось в Великую китайскую стену. На берегу шлюпку встречали Гавриил Платин и довольный Фарид. Несколько поодаль стояли вожди родовых племен.

— Ты сюда привел всех монголов или в степи кто-то остался?

— Обижаешь, хозяин! Сюда пришли только лучшие.

— Собираешься повторить поход Чингисхана на Китай?

— Ну его, этот Китай. Они даже со своей стены боятся на нас посмотреть.

— И куда ты собираешься вести это войско?

— Я? Эти люди хотят пойти с тобой.

— Со мной? Куда это со мной?

— Ты что, хозяин?! Уже забыл свои обещания?

— Что-то я не припомню обещаний начать новый всемонгольский поход.

— Ты же обещал царю Салар Джангому восстановить империю Великих моголов.

— И ты собрал добровольцев? На патрулирование границы с Китаем воинов оставил?

— Не собрал, а отобрал. Здесь лучшие воины. Границу патрулировать не надо, китайцы к нам не лезут.

— Не лезут пока у вас нечего взять. Появится много скота и богатые трофеи, появятся и желающие это добро отнять.

— Спасибо за совет, придется часть воинов оставить.

— Сколько воинов поведешь в Индию?

— Тридцать тысяч.

— Сколько пушек?

— Пушек нет, но у тебя много пушек.

— Толку с моих пушек, если здесь никто не умеет из них стрелять.

— Научим, не велика премудрость, другие стреляют, и мы научимся.

— Зря ты так думаешь. Возьми мой бинокль и скажи угол возвышения и номер заряда для стрельбы по ближайшему кораблю.

Фарид смутился:

— Помоги с пушкарями.

— Сам ищи. Переговори с турецкими офицерами, они, найдут тебе добровольцев среди пушкарей.

— Трудная задача, почти все хотят остаться на этих землях.

— Набери только канониров, они подготовят артиллерийскую прислугу из татар. Не забудь про негров.

Сергей не стал отказываться от добровольцев. Пять тысяч он сразу возьмет с собой и передаст своему будущему тестю. Еще десять тысяч перевезут после перевооружения. Последние воины закончат подготовку и отправятся в Бенгалию на помощь эмиру Мосаддыку.

Неделю Сергей практически не вылезал из седла. Требовалось оценить вооружение и способности новых воином Оказавшись номинальным лидером, он должен был убедиться в боеспособности нежданной армии. Вопреки опасениям, вооружение монгольских воинов оказалось относительно неплохим. Более половины всадников имели ружья или пистолеты. Огнестрельное оружие в первую очередь говорило о наличии современного боевого опыта. Это интересно, Сергей не имел понятия о жизни монгол в XVIII веке.

— Скажи, Фарид, с кем монголы сейчас воюют?

— Война окончена, воевать больше не с кем

— И давно закончилась война?

— Так ты сам ее и закончил!

— Ты хочешь сказать, что монголы воевали с Маньчжурией?

— Араты[15] говорят, что сразу после ухода Чингисхана маньчжуры ежегодно пытались захватить наши земли.

— Пятьсот лет непрерывной войны?

— Да, араты бились с маньчжурами пятьсот лет. Ты взял в плен императора Маньчжурии. Мы будем служить тебе.

— Зачем маньчжурам ваши земли? У вас только голые степи.

— Почему только голые степи? В горах много золота и серебра, маньчжуры тянулись за нашими богатствами.

— Ничего себе! Гавриил, — подозвал Сергей управляющего, — ты слышал?

— Слышал, хозяин, слышал. Что будем делать?

— Это их земля, и золото с серебром принадлежит им.

— Что еще имеется в тех землях?

Сергей начал вспоминать. Он что-то слышал о полезных ископаемых Монголии. Но что, когда, от кого?.. Наконец, перед глазами встала ясная картина.

Однажды, гуляя в парке, он познакомился с военным пенсионером, который в советское время служил в Монголии. В разговоре Сергей Николаевич позволил себе пренебрежительно высказаться об этой стране. Ответ собеседника его огорошил. Оказывается, недра ее полны полезными ископаемыми: от угля, нефти и меди до изумрудов, урана и флюорита. Этот флюорит и запомнился. Сергей не знал такого минерала. Заинтересовавшись, он вскоре выяснил его стратегическую ценность. Флюорит является основой всех высокоточных оптических приборов. Есть такое понятие, как разрешающая способность оптического прибора. Так вот с помощью флюоритовой оптики из космоса на Земле можно рассмотреть спичечный коробок.

Управляющий Гавриил Платин ожидал слов хозяина

— Вот что, Гавриил, как появится возможность, отправь на земли кочевников-рудознатцев.

— Ищем конкретные руды или общий обзор?

— Ишь ты, какие слова, «общий обзор»!

— А то! Я ведь твой университет в Нижнем Новгороде заканчивал!

— Молодец! С первого выпуска?

— Да, первый выпуск. Наши ребята много полезных дел успели сделать. Слышал про Черную гору?

— Так это ты возле Кузнецкого острога нашел уголь?

— Трудов-то было! Люди говорят про Черную гору, а градоначальник твердит: «Здесь везде чернозем».

— Важно, что сумел додуматься до истинной причины названия. Золото нашел в Нижнеудинске и Кизыле, руды, уголь. Много пользы от тебя.

— Спасибо, хозяин, за похвалу.

— Тимофей тебя достойно наградил?

— Получили по сто рублей, спасибо Тимофею Тихоновичу.

— Хорошие деньги, а сюда зачем подался?

— Я остался на строительстве Сибирской железной дороги. Потом хотел строить дальше, до Маньчжурии, а тут всю Маньчжурию предложили.

— Здесь есть где развернуться. На монгольских землях надо найти флюорит, полезный минерал для Тамбовского оптико-механического завода.

— Не слышал о таком. Как он выглядит?

- Я только слышал, но никогда не видел. Здесь не дикари живут, возможно, люди давно для своих целей используют.

— Что они из него могут делать?

Могут использовать как глину или делать что-то похожее на стекло.

- Они же в юртах живут, какое стекло!

- Не знаю, стеклянные украшения или безделушки. В любом случае образцы минерала тебе предстоит опробовать первому.

Трудно ставить задачу, когда сам толком ничего не знаешь о цели.

В Кантоне графа Алексеева сразу атаковали европейские торговцы. Их интересовали захваченные трофеи. Никого не спрашивал об убитых и раненых, о природных ресурсах. Полное равнодушие к причинам, по которым русские решили захватить маньчжурскую империю. Европейская политика базировалась на концепции права сильного. Впрочем, эта концепция не изменилась до сегодняшнего дня. Только что добавилось немного словоблудия о праве сильного защитить свои интересы от бесправия слабого. Тем не менее Сергей отвечал честно. Трофеи есть, но не очень богатые. Зачем объяснять, что армия не грабила население и местное дворянство? Нет смысла грабить то, что уже стало твоей собственностью. Вывезли государственную казну, сокровищницу и все ценное из императорского дворца.

Разговор получился непродолжительным. Достаточно скоро прибыли носилки и посыльный. Мандарины Цзинь-Яо и Лай-Цзы просили графа Алексеева навестить их как можно быстрее. Снова дворец Гуандун. Привычная комната с удобными пуфиками. В углу по-прежнему скромно сидел священник конфу. Граф Алексеев поздоровался с ним. Через некоторое время в комнату вошли Цзинь-Яо и Лай-Цзы. По лицам сановников можно было легко прочитать тревожное напряжение. Китайские традиции не требуют длительных экскурсов в состояние погоды и здоровья родственников. Сергей после взаимных приветствий и первых слов обязательной вежливости, преподнес сановникам дары из трофеев дворца императора Маньчжурии.