Последний тоннель - Александр Неверов

Веник заметил на повязках у мужиков буквы "ФР".

"- Фрунзенская? - подумал он. - Вполне возможно."

- Домой, куда же еще! - откликнулся один из мужиков, с подозрением глядя на бандюков.

- Ну вы нашли время.

Мужики с сперва с недоумением и опаской косились на бандитов, но красные повязки Никеши и Веника немного успокоили их и они разговорились.

По их словам они возвращали назад на "Фрунзенскую" какие-то железки, которые должны были забрать со станции "Красные ворота" еще до начала войны.

- Да какой дурак вас послал за этим? - ухмылялся Жора. - Непонятно, что ли, к чему все идет?

- Нам все равно! - сказал один из мужиков. - Вещи к нам приписаны и мы их должны забрать.

Впереди показался свет фонариков. Бандюки напряглись. Веник видел, как они что-то по тихому брали в руки. В руке у Жоры он заметил свой пистолет.

Идущие навстречу приблизились. Это оказались четыре вооруженных автоматами мужика, бредущих по тоннелю и распространяющие сильный запах перегара.

- А ну стой! - скомандовал один из них, приближаясь к тележке.

- Чего везете? - поинтересовался один из мужиков. - Спирт есть?

- Да какой тут спирт! - сказал один из тележечников.

- А если найду? - мужик начал простукивать бидоны, проверяя, есть ли в них жидкость.

- Куда претесь-то? - спросил бандюков другой мужик.

- К вам премся, а вы куда? - в тон им ответил Угол.

- Мы-то куда надо, а вот вы куда?

Мужик некоторое время смотрел на бандюка, а затем вдруг рыгнул и громко крикнул:

- Мы - линейная проверка! Приготовить документы для проверки!

- Иди проспись! - сказал ему Никеша.

- Я кому сказал!!! - заорал мужик, хватаясь за автомат.

Бандиты быстро переглянулись. Веник понял, что сейчас начнется бойня, но тут послышался дрожащий голос одного из тележечников.

- А где ваши документы? Где жетоны?

После этих слов, орущий вдруг словно обмяк и процедил сквозь зубы:

- Я вас предупредил! Второй раз попадетесь - меняйте на себя. Ферзи несчастные!

Нетвердой походкой он двинулся дальше, обходя тележку. За ним, шмыгая носами, без разговоров, пошли остальные.

Веник и остальные перевели дух. Они двинулись дальше, то и дело оглядываясь назад, опасаясь, что пьяный патруль откроет огонь, но свет фонарей патруля все отдалялся, пока не скрылся вдали.

Впереди показалась станция. И снова они миновали пустой пост. Судя по доносившимся голосам, народу здесь обитало больше, чем на предыдущей станции. Доносился гомон, пьяный смех, ругня.

Откуда-то к тележечникам метнулась темная тень.

- Ну мужики, вы даете! - обратился пьяным голосом к фрунзенцам какой-то мужик в рабочем халате, надетом на голое тело. - Вы ошалели что ли?

- А чего такое?

- Линия закрыта на сутки. Тут литера скоро пойдет! Давайте на ближайший съезд!

Пьяный мужик махнул рукой на другой конец станции.

Тележечники, не задерживаясь, покатили свою платформу дальше, а Веник с бандитами поднялся на перрон, где сразу же увидел нескольких, распластанных людей на полу. Судя по исходившему от них запаху алкоголя и мочи, это были не трупы, а вдрызг напившиеся обитатели станции.

Сама же станция не очень удивила. Стена за рельсами отделана светлой, вроде бы желтой плиткой. Мощные пилоны отделанные белым камнем расширялись от основания к вершине. Часть пилонов, выходящих на перрон, была стилизована и закруглена, как бы являясь одним целым со сводом над перроном.

Через одну из арок все они вышли в центральный зал. Никаких ящиков видно не было. Только лавочки и люди тут и там сидящие или на лавках или на полу. От запаха спирта и перегара кружилась голова. В середине зала Веник увидел переход вниз. Рядом торчали несколько людей.

- Федор! Эй, Федор! - заорал Никеша и бросился вперед.

Один из мужиков возле лестницы, широкоплечий тип в потертой кожаной куртке, двинулся им навстречу и пожал руку Никеши.

- Смотри кто тут у меня, - громко сказал тот.

Встречный Федор посмотрел на них и удивленно приветствовал Хряка.

- О, Хряк! - говорил он. - А говорили, что ты?

Он провел пальцем на уровне горла.

Бандит самодовольно ухмыльнулся.

- Такой фраер еще не родился, чтобы меня... Ты лучше, Федор, скажи, что тут у вас творится?

Тот махнул рукой и досадливо сказал:

- Да у нас тут полная задница!

У мужчин завязался разговор. Судя по речи, этот Федор почему-то оказался совсем не пьяным, что на этой станции выглядело странно.

Оглядываясь, Веник видел вокруг много лежащих пьяных тел. У противоположной арки, вытянув ноги, на полу сидел какой-то субъект в очках с очень маленькими стеклами и с длинными волосами, выбивающимися из-под странной шляпы-цилиндра. Этот тип вдруг закричал что-то о свободе и равенстве и его тут же вырвало прямо себе на ноги.

Никто и внимания не обратил.

Веник отвернулся и прислушался к разговору спутников.

- Вчера еще все нормально было, - говорил Федор. - Ну митинговали, да. Но в целом, все как обычно. Выбрали временное начальство. Гаврилыч - толковый в общем-то мужик, да. А сегодня утром раз! И нет его! И Завхоза тоже нет! Ну, мы опять помитинговали, но ничего не решили. Все кричат, что на "Комсомольской" что-то затевается. Дескать, оттуда будут Диаметр возрождать. Во как! А тут, еще свет не отключили, как вдруг завхоз приехал, да. Вытащил канистры со спиртом, он уже разведен был, выставил, кружки принес и молча уехал. Мы так рты и пооткрывали. Ну, а потом, как свет погас, так вообще вон что началось. Мужики уже на все большой болт положили!

Откуда-то из ближайших арок вдруг донесся резкий музыкальный звук, пронзительно заиграла гармошка и дурной пропитый голос заорал:

Лубянка, зачем сгубила ты меня?

Лубянка, все ночи полные огня...

Песня и музыка вдруг оборвалась и вместо нее до всех донеслись булькающие звуки, какие бывают при рвоте.

Не обращая на это внимания, Федор продолжил рассказ:

- А внизу, - кивнул он на лестницу, - еще хуже. Там вообще несколько часов назад приехали какие-то уроды из партийной комиссии. Начали орать на народ, но всем уже до лампочки. Они и тут крутились, кричали, что наведут порядок, а теперь где-то там заседают. Я думаю, тоже квасят.

- Слушай, - спросил его Угол. - А что там про "Таганку" слышно? Можно туда пройти?

Федор хмыкнул.

- Запросто. Там уже сутки не стреляли. Сегодня утром на "Китай-городе" митинг был - постановили перемирие объявить. Все бросили и сюда вернулись. Остались несколько дураков, но и они вернулись, когда свет выключили. Так что, если хотите, идите.

Длинноволосый пьяница, на которого ранее обратил внимание Веник, вдруг дернулся и крикнул в пустоту:

- Нельзя! Нельзя, святые идеалы менять на евро! И на амеро тоже нельзя!!!

Веник, услышав это, оцепенел. Он быстро посмотрел на бандюков, как они отреагируют, но те и ухом не повели.

"- Значит, этот пьяница тоже с поверхности, раз знает про деньги. Но зачем он тут остался? Зачем напился-то?" - подумал парень. - Хорошо бы с ним поговорить, но попробуй от него чего добейся в таком состоянии".

- А они решили в Альянс идти, прикинь! - не понижая голоса говорил Никеша. - Во артисты!

Веник снова похолодел. По его разумению такое заявление здесь, в самом центре врагов Альянса могло привести только к гибели или к гарантированному аресту.

Однако никто из окрестных пьяниц на это не отреагировал. Федор же только рукой махнул равнодушно.

- Я думаю, там такая же хрень, да. От них к нам бежали и от нас к ним, а потом обратно и те и эти, это да. Не думаю, что там лучше. Надо только ждать, пока свет включат, а что дальше - фиг его знает, да.

От лестницы отделился маячивший там высокий тип и подошел к бандитам.

- Здорово, народ, - приветствовал он их, сильно шепелявя беззубым ртом. - Я тут слышу, вы собираетесь на "Таганскую"? Могу помочь.

- Как это? - насторожился Грек.

- Мне тоже тут надоело. А у меня внизу телега стоит. Отвезу вас, куда рельсов хватит.

- Ты смотри! - сказал ему Федор. - За такие дела, партийцы тебя быстро к ногтю!

- А мне пох! - заявил шепелявый.

- А в чем подвох? - в лоб спросил его Тихий.

- Да ни в чем! Есть тут, на "Мосту", пара козлов. Надо их наказать. Вы поможете мне, а я вам. Идет?

Бандиты переглянулись. Угол и Хряк посмотрели на Серафима. Тот еле заметно кивнул.

- Ну, пойдем, - сказал Угол. - Посмотрим, что у тебя за телега и что там за козлы.

- Да ну вас с такими делами, - махнул рукой Федор, развернулся и направился прочь по платформе. Пройдя мимо эскалаторов, он завернул в первый же проход к платформе.

Там опять весело заиграла гармошка.

Шепелявый развернулся и, приглашая идти за собой, начал спускаться по эскалатору в переход.

На другом конце станции послышался звук разбивающегося стекла и тут же кто-то заверещал:

- Больно! Да, блин, больно же!