Тяжёлый танк «Пантера». Первая полная энциклопедия - Максим Коломиец

Кроме того, танк мог легко переходить из одной категории в другую — например, находится три недели в краткосрочном ремонте, затем его указывали в графе долгосрочный ремонт и через месяц списывали как безвозвратные потери. Всё это очень сильно усложняет учёт потерь немецких танков в том или ином бою, так как практика списания потерянных танков задним числом практиковалась у немцев довольно широко.

Хорошо иллюстрирует приведённое выше доклад штаба 39-го танкового полка «пантер», датированный утром 20 июля 1943 года. Согласно этому документу, из имевшихся к началу боевых действий 200 «пантер» как безвозвратные потери было списано 58 штук, 98 находились в краткосрочном и долгосрочном ремонте и 44 были боеспособны. Однако из 98 ремонтных танков 55 ещё не были эвакуированы! В своём донесении ремонтники 39-го полка сообщали, что «если погода будет благоприятной, а также если будут выделено необходимое количество эвакуационных средств, то требующие эвакуации „пантеры“ можно будет восстановить в течение трёх недель».

Командующий 11-й гвардейской армией Брянского фронта генерал-лейтенант И. Баграмян (крайний слева) с членами своего штаба осматривает подбитую «Пантеру» из состава 51-го танкового батальона дивизии «Гроссдойчланд». Август 1943 года. Хорошо видна эмблема — силуэт идущей пантеры, выше него различим тактический номер 124 (ЦМВС).

С начала августа 1943 года, после перехода частей Красной Армии в наступление, безвозвратные потери «пантер» стали стремительно возрастать. Связано это было с тем, что при отступлении немцам приходилось бросать или взрывать танки, эвакуированные с поля боя и находившиеся на ремонте или в ожидании ремонта. Так, в своём докладе от 12 августа 1943 года штаб 4-й танковой армии вермахта сообщал генералу-инспектору танковых войск следующее: «К началу июля 1943 года в строю имелось 200 „пантер“, безвозвратные потери в ходе операции „Цитадель“ составили 65 машин.

В конце июля 1943 года, после передачи танков „Пантера“ из 51-го батальона, имелось 135 машин, из них боеспособными были только 19.

После этого:

отправлено на ремонт в Германию — 15 „пантер“;

отправлено на ремонт в Днепропетровск — 27 „пантер“;

прибыло на пополнение — 12 „пантер“;

всего имелось к началу русского наступления — 105 „пантер“.

Из них:

уничтожено в боях и подорвано при отступлении в районе Борисовка, Головчин, Грайворон — 75 „пантер“;

подбито в Тростянец — 1 „Пантера“;

Имеется в наличии — 29 „пантер“.

Из них:

в ремонте — 15 „пантер“;

не эвакуированы с поля боя — 5 „пантер“;

действуют с частями дивизии „Гроссдойчланд“ — 6 „пантер“;

неизвестно где находятся — 3 „пантеры“».

Кстати, в другом документе сказано о том, что из 75 потерянных машин в районе Борисовка, Головчин, Грайворон 35 штук были подорваны непосредственно в Борисовке — именно в этом населённом пункте находились ремонтные службы 39-го танкового полка и сюда эвакуировали танки, имевшие не только боевые, но и технические повреждения.

19 августа 1943 года приказом главного командования сухопутных войск 52-й танковый батальон был переименован в 1-й батальон 15-го танкового полка и включён в состав 11-й танковой дивизии вермахта. В течение нескольких следующих дней «пантеры» батальона были переброшены под Лебедин, где участвовали в боях с наступающими советским частями.

По состоянию на 10 сентября 1943 года в батальоне числилось 96 «пантер», из них 51 боеспособна и 45 находились в краткосрочном и долгосрочном ремонте.

Сразу же после начала контрнаступления наших войск на белгородском направлении группа офицеров научно-испытательного бронетанкового полигона ГБТУ КА в составе: начальника полигона полковника Романова, начальника штаба полигона инженер-майора А. Иванова и старшего техника-лейтенанта Козлова по заданию командующего бронетанковыми и механизированными войсками Красной Армии генерал-полковника Я. Федоренко произвела изучение и обследование танков «Пантера», подбитых в оборонительных боях на Воронежском фронте.

Обследование производилось с 20 по 28 июля 1943 года на участке прорыва нашего фронта немецкими войсками вдоль шоссе Белгород — Обоянь шириной 30 и глубиной 35 километров. Всего был осмотрен 31 танк «Пантера». На основании этих материалов был составлен отчёт «Борьба с немецкими тяжёлыми танками „Пантера“». Он интересен тем, что это первый документ такого рода и содержит некоторые интересные статистические выкладки.

Так, из 31 осмотренной «Пантеры» было подбито артиллерией 22 танка (71 %), из них:

в лобовую часть корпуса — 0 (0 %);

в башню — 4 (18 %);

в борт корпуса — 13 (59 %);

в корму корпуса — 5 (23 %).

Кроме того, подорвалось на минах — три танка (10 %), разбит прямым попаданием авиабомбы — один танк (3 %), застрял на стрелковом окопе — один танк (3 %), вышли из строя по техническим причинам — четыре танка (13 %).

Из 22 «пантер», подбитых артиллерийским огнём, десять танков сгорело, что составляет 45 % от общего числа подбитых танков. В отчёте особо отмечалось, что «при попадании снаряда в моторное отделение, независимо от места входа снаряда (борт или корма), танки „Пантера“ горят».

Танк «Пантера» с башенным номером 521 на выставке трофейной техники и вооружения в парке культуры и отдыха имени Горького в Москве. Зима 1944–1945 года (АСКМ).

Всего на 22 «пантерах» было насчитано 58 снарядных попаданий, которые распределились следующим образом:

а) В лобовую часть танка — 10 попаданий (все рикошетировали);

б) В башню — 16 попаданий (сквозные пробития);

в) В борт — 24 попадания (сквозные пробоины);

г) Корма — 7 попаданий (сквозные пробоины);

д) Пушка — 1 попадание (ствол пробит).

Как видно, наибольшее количество попаданий (47) приходится на борт, башню и корму танков, что показывает на правильность действия противотанковых средств Красной Армии и быстрое освоение ими способов борьбы с новыми танками «Пантера».

Одна «Пантера» (бортовой № 441) после отхода немцев подверглась пробному обстрелу из 76-мм пушки танка Т-34. Всего было сделано 30 выстрелов бронебойными снарядами с дистанции 100 метров, из них 20 по верхнему и десять по нижнему лобовым листам. Верхний лист пробоин не имел, все снаряды срикошетировали, в нижнем листе была только одна пробоина.

На основании осмотра подбитых «пантер» было сделано заключение, что они поражаются:

«а) Противотанковым ружьём — в нижний бортовой лист корпуса с дистанции 100 метров и ближе (под прямым углом);

б) Подкалиберным снарядом 45-мм пушки — за исключением лобовой части;

в) Бронебойным снарядом 76-мм пушки — за исключением лобовой части;

г) Бронебойным снарядом 85-мм зенитной пушки;

д) Противотанковыми минами (гусеницы)».

Танкисты 15-го танкового полка 11-й танковой дивизии у «Пантеры». Осень 1943 года. Хорошо видно крепление дополнительных ящиков для ЗИПа и инструмента на корме корпуса, а также дополнительные упоры крышки люка на борту башни.

Небезынтересно привести выводы, содержащиеся в отчёте:

«1. На Белгородском направлении немецкие войска в период своего наступления в июле месяце 1943 года впервые применили тяжёлые танки „Пантера“. Танки T-VI „Тигр“ применялись в незначительном количестве. Танки „Пантера“ применялись на всём периоде наступления, а танки „Тигр“ только в начальный период наступления.

2. Тяжёлый танк „Пантера“ является более мощным танком, чем танки Т-34 и КВ и имеет преимущество в лобовой защите и артиллерийском вооружении. Необходимо отметить, что у танка „Пантера“ смотровые отверстия водителя и радиста закрываются крышками заподлицо с лобовым листом, поэтому снаряды от них рикошетируют. В танке Т-34 верхний лобовой лист ослаблен за счёт выступающих люка механика-водителя и маски курсового пулемёта. Попадание снарядов в эти места вызывает разрушение верхнего лобового листа.

3. Тактика применения танков „Пантера“ имеет следующие особенности:

а) Танки используются в бою в основном по дорогам или в районе дорог;

б) Танки „Пантера“ не применяются отдельно, а как правило их эскортируют группы средних танков T-III и T-IV;

в) Танки „Пантера“ открывают огонь с дальних дистанций, используя своё преимущество в артиллерийском вооружении, стремясь не допустить к сближению наши танки;

г) Во время атаки „Пантеры“ двигаются в одном направлении, не меняя курса, стремясь использовать своё преимущество в лобовой защите;

д) При обороне танки „Пантера“ действуют из засад;

е) При отходе „Пантеры“ отходят до ближайшего укрытия задним ходом, стремясь не подставлять борта под артиллерийский огонь.