Вторжение - Иван Валерьевич Оченков

бравого полковника и его казаков. Полное канцеляризмов донесение полковника говорило, в общем, о том же.

Впрочем, этим меня не удивить. Ваш покорный слуга и сам никогда не забывал народной мудрости — сам себя не похвалишь, никто не похвалит! В любом случае, очевидно, что диверсия удалась. Противника потревожили, ущерб нанесли. Две роты порубили, остальных загнали обратно в лагерь, и все это…

— Потери большие? — неожиданно спросил я.

— Среди моих подчиненных нет, а вот казаки… но врагов мы побили гораздо больше!

— Ладно. Сейчас получишь записку к интендантам от Юшкова. Чтобы они тебя не мурыжили. Как покончишь с делами, снова загляни в штаб, возьмешь послание для Тацыны. Ну и на словах передашь полковнику и всем его казакам мое полнейшее удовольствие и личную благодарность. Понимаю, что не за награды воюете, но помните, что богом молитва, а за царем служба не пропадает. Все ступай, некогда мне…

Остальные новости были не столь радужны. Гусары в отличие от казаков в бой совершенно не рвались, а старая лиса Меншиков их по-прежнему покрывал. Еще хуже обстояло с интендантами. Не слишком много зная о первой обороне Севастополя, я, тем не менее, хорошо помнил, о недостатке припасов и в первую очередь продовольственных. Пока дела обстояли не так уж плохо.

Согласно докладу Симферопольской провиантской комиссии имевшихся запасов продовольствия для армии из расчета на 51 тысячу штыков должно было хватить, по меньшей мере, на четыре с половиной месяца. Правда, войска все время прибывали, магазины в Евпатории потеряны, а пополнить склады было нечем, поскольку имелся долг перед поставщиками в сто тысяч рублей. Положение флота в этом смысле гораздо лучше, поскольку имевшихся припасов должно было хватить на семь месяцев. Но впереди нас ждет многомесячная осада, и делить в любом случае придется на всех.

К слову сказать, кормили матросов гораздо лучше, чем солдат. Даже каша и та в основном из гречки или пшена, а не овса с ячменем, как у пехоты. Кроме того горох. Мясо даже в плаваниях нередко свежее, для чего на кораблях были устроены целые загоны для скота, хотя солонина конечно чаще. И что немаловажно водка. Можно на этот счет, конечно, иронизировать, но для пищеварения в условиях ограниченной подвижность и не самой здоровой пищи самое то!

А ведь количество войск в Крыму очень скоро возрастет как минимум в полтора, а то и два раза. Плюс начнется осенняя распутица и возможности подвозить продовольствие и огнеприпасы сократятся. Добавьте к этому холода, неизбежную при плохой кормежке цингу и прочие радости, от которых становится совсем грустно.

Путей решения сложившейся ситуации, на мой взгляд, имелось два. Первый лежал на поверхности — свезти пока есть такая возможность в Севастополь все доступные продукты с длительным сроком хранения. Пусть это будут сухари, солонина, квашеная капуста или зерно с крупой, не важно. Голод не тетка, когда есть нечего и перловка — деликатес!

Второй казался более трудным, хотя и перспективным. Отладить логистику так, чтобы иметь возможность не прерывать поставки. И вот тут имелись определенные затруднения. Если союзникам для доставки грузов было достаточно кораблей и портовых мощностей, то нам необходимо все везти из Центральной России на волах по бескрайним, черт бы их подрал, степям Таврической губернии. А что если…

В принципе, водные пути могут быть и внутренними, то есть речными. Дон вполне судоходен, а Азовское море мы контролируем. По крайней мере, пока. Дальше начинались проблемы, ибо имея преимущество в кораблях, союзникам ничего не стоило заблокировать морской путь из Керченского пролива в Севастополь, особенно если они займут Балаклаву. Но даже если дальше везти только на подводах сухопутное плечо сокращалось до относительно вменяемых величин. В общем, над этим следовало подумать.

И в первую очередь озаботиться укреплением пролива, что будет совсем не просто. Дело в том, что ваш покорный слуга и без того обобрал начальствующего там генерала Хомутова. Во-первых, приказал перекинуть все возможные войска, клятвенно заверив почтеннейшего Михаила Григорьевича, что в ближайшее время турки просто не смогут выделить сколько-нибудь значительных сил, для захвата какого-либо города на восточном побережье полуострова. Так что за Феодосию или Судак можно быть совершенно спокойным.

В ответ на это генерал, занимавший помимо всего прочего пост наказного атамана Донского войска, передал нам практически все имевшиеся у него силы. Почти всю артиллерию, два Донских казачьих, Московский и половина Бутырского пехотных полков, а также четыре пеших батальона казаков-черноморцев.

Во-вторых, потребовал оказать все возможное содействие для скорейшего прибытия моей бригады Морской пехоты. Тот вроде проникся и обещал нанять лошадей и повозки, которые… ему никто не вернет! Ибо здесь в Севастополе они нужнее. Интересно, что он подумает, когда я прикажу ему спешно укреплять Керчь с Таманью?

— Хорошие новости, Константин Николаевич, — отвлек меня Юшков.

— Лихачев прибыл? — подскочил, обрадовавшись, что, наконец, появилась моя бригада.

— Нет, — немного растерялся адъютант. — Галенко нашелся!

— Какой еще Галенко! — раздраженно спросил я и тут же вспомнил.

— Погоди-ка, ты про командира брандера⁈

— Точно. Живой, а ведь мы его уже почти похоронили!

— Говори за себя. Где он?

— В госпитале. Слаб очень…

— А как добрался?

— Матросы на себе вынесли.

— Почему сразу не доложили?

— Нижних чинов и спрашивать не стали, а сам лейтенант без сознания был, утром пришел в себя и первым делом сообщил по инстанции.

— Ну, дела… Поехали к нему. Заодно и посмотрим, как там с госпиталями у нас обстоит.

— Отчет я подготовил, он у вас в папке лежит.

— Вот по пути и прочитаю.

Как скоро выяснилась, ситуация с медициной в Крыму сложилась самая безрадостная. Светлейший князь не интересовался этой темой вообще, пустив все на самотек с соответствующим результатом. Числящиеся при армии военные госпитали могли вместить ровным счетом 2325 человек. Проходящие по морскому ведомству добавляли к этому числу еще 1800 койко-мест. Перевязочного материала при известной экономии должно было хватить на шесть тысяч раненых, носилок же не имелось вовсе…

Следовательно, большая часть раненных останется на поле боя и пополнит собой списки безвозвратных потерь. Как это скажется на моральном состоянии защитников, не хочется даже думать, а потому нужно срочно что-то предпринять при обычном для нынешней ситуации дефиците ресурсов и времени.

Что можно сделать? Для начала найти помещения для новых госпиталей. В принципе подойдут любые присутственные места, вроде городских библиотек, гимназий, а также оставленных обывателями зданий, да хоть того же