Старые счёты - Сергей Баранников

рассказывал, стараясь опускать малозначащие моменты, но видел, что ситуация играет против меня. Никто из присутствующих не верил ни одному моему слову. Последним камнем в мой огород стало упоминание гномов. Люди не могли поверить, что глубоко под землей, в паре дней пути от них живут совсем другие существа.

Наконец, когда я дошел до момента с порталом, Гвидеон меня прервал. Корда лишь смеялась, слушая мою историю. Я старался не сболтнуть лишнего, мало ли, вдруг ей удастся сбежать, или передать что-то своим подельникам.

Не знаю чем бы закончился разговор, но в этот момент дверь отворилась, и на пороге появился заспанный воин, облаченный в сверкающие доспехи. Он осмотрел нас сонным взглядом и картинно зевнул.

— Гвидеон, чего тебе понадобилось в такое позднее время? — он осмотрел присутствующих, и его взгляд упал на колдунью. — Госпожа Корда, какими судьбами?

Воин подскочил к девушке и поцеловал протянутую ему руку.

— Что за нелепые кандалы на ваших руках? Скажите кто сделал это, и я оторву ему руки!

— Право, не стоит быть таким суровым, Ренди! Ох, прости, Рендал! Наконец-то бравый рыцарь пришел и спас меня из рук этих олухов.

Услышав ласкательную форму своего имени в такой ситуации, воин раскраснелся и повернулся к Гвидеону.

— Ты совсем спятил? Хоть понимаешь кого ты сюда притащил?

Гвидеон поднялся вместе с остальными. Он помрачнел, но не потерял духа, в отличие от остальных.

— Ваша светлость, госпожа Корда была схвачена за использование магии. Она обвиняется в колдовстве.

— Что ты несешь, пёс? Тебе мало понижения до десятника? Сейчас же освободи ее и извинись, иначе я вообще вышвырну тебя из стражи.

Теперь я понял, почему Корда так вела себя. Гвидеон больше не начальник стражи. Не мог поверить, что теперь он всего лишь десятник. Впрочем, это объясняет как он оказался ночью на улице в компании стражей. Теперь он патрулировал улицы Вельсара. Но кто этот тип, и как ей получилось охмурить нового командира стражи?

— У нас есть доказательства ее виновности.

— Какие ваши доказательства? — Рендал посмотрел на меня. — Этот бродяга — твой свидетель, да, Гвидеон? В таком случае, завтра я повешу его на главной площади Вельсара за клевету и тебе в следующий раз советую быть осмотрительнее в выводах.

— Да какие к гоблину доказательства? — я не выдержал и подскочил. Такое впечатление, что гормоны напрочь затмили разум этого идиота. — Просто коснитесь ее запястья и считайте.

Рендал посмотрел на меня и замешкался.

— Меня, как благородную женщину, обижает подобная необходимость, — вмешалась Корда. — Я отказываюсь участвовать в этом безобразии.

— Корда, милая, так нужно, — Рендал подошел ближе к колдунье и перешел на шёпот. — Это всего лишь маленькая процедура, одна минутка... Ну, что тебе стоит?

Рендал протянул руку и без спроса коснулся запястья. Девушка попыталась отдернуть руку, но его пальцы крепко сжались на ее руке. Несколько секунд ничего не происходило, а потом глаза начальника стражи полезли на лоб. Он покраснел еще сильнее и принялся хватать ртом воздух. Если бы не серебряные браслеты на руках колдуньи, я бы решил, что она пытается удушить его с помощью магии.

— Не может... быть...

— Уведите ее! — голос Гвидеона был твердым, как сталь.

Корда не стала дожидаться, когда ее схватят, выхватила из ножен, висевших на поясе Рендала, кинжал и полоснула по горлу начальника стражи. Одним движением ноги отбросила в сторону его обмякшее тело и бросилась к выходу. Все это происходило настолько быстро, что я едва успевал следить за происходящим.

Следующей целью девушка выбрала стража, стоящего неподалеку. Именно у него были отмычки от кандалов. Парень успел лишь повернуться к колдунье и широко раскрыть от удивления рот, когда кинжал оборвал его жизнь. Ну, нет! Я не позволю ей так легко сбежать!

Призываю барьер и бросаюсь на Корду, она тут же толкает тело стража в меня и срывает отмычки с его пояса. Арбалетный болт скользит по ее нагруднику, но аригалку он ни по чем. Даже с пяти метров не удалось причинить колдунье вреда. Еще немного, и она освободится от кандалов, и тогда всем нам будет не до шуток. Я поднялся и попытался схватить ее за ногу, но Корда оказалась быстрее.

Когда она оказалась у двери, я решил, что ей все же удастся сбежать, но в этот момент крепкая рука Гвидеона в стальной перчатке ударила ей в лицо. Колдунья потеряла сознание и распласталась на полу.

— Да, без своей магии и острого язычка она не так сильна, — произнес воин и посмотрел на меня, а затем повернулся к остальным. — Окажите помощь начальнику стражи и проверьте что с Летосом, сходите за лекарями, в конце концов.

Гвидеон отдал приказы и подошел ко мне, и я решил, что нужно использовать момент и поговорить с глазу на глаз.

— В прошлый раз я отказался от предложения прикончить колдуна, но в этот раз совсем не против, если это сделаешь ты.

— Не торопи события, Ричи! Корда — слишком влиятельная личность в Вельсаре, чтобы прикончить ее по своей воле. Тем более, теперь у меня нет на это никаких прав.

— Ты хочешь сказать, что ее отпустят?

— Нет, даже Рендал открыл для себя ее истинное лицо. Ее ждет смерть.

— Откуда они вообще знакомы?

Я сам не заметил как мы выбрались из казармы на улицу, залитую утренними лучами солнца. Гвидеон присел на бревне, стоящем неподалеку от входа и жестом пригласил устроиться рядом.

— Корда частенько бывала в Вельсаре. Собственно, она родом отсюда, из благородных кровей. Она была многообещающей волшебницей, что неудивительно при возможностях ее семьи, но потом семья Корды были изгнана из города, ее деда и вовсе казнили на главной площади. Город покинули все, кроме одного человека, который не дал повода усомниться в его верности.

— Их изгнали из-за Лабиринта?

— Нет, это произошло лет пятнадцать назад, Корда тогда была еще юной девчонкой, но уже тогда затаила обиду на Вельсар. Не удивительно, что Корда Тар не изменилась и осталась с колдунами. Она принесла клятву Лабиринту и стала Правым крылом. Правда, я узнал об этом гораздо позже.

— Погоди, Тар? Ты сказал Тар?

— Да-да, она сестра Варена Тара. Тот всегда стыдился этого родства и ненавидел колдунов за падение своей семьи. Ричи, не стоит сомневаться в его верности, он выследил и истребил множество