Василиск в Академии магии - Ллина Айс

class="p1">– Вы знали обо всём этом… и сейчас знаете, когда произойдёт наше возвращение? – вернулась к основной теме демонесса.

– Совсем скоро, Цириса. Совсем скоро! – я вздохнула. – Будем надеяться, что ничего не нарушит этих планов.

Глава 20

Катарина

Первое занятие с лирри Галирэлем было ужасным. Оказывается, Дариэль с Трейком щадили меня. Этот же вредный эльф вознамерился не выпускать меня вовсе с тренировочного зала, пока я не научусь чувствовать магию так же, как и дышать воздухом. Сразу же после занятий почти весь вечер мы провели за усиленными тренировками. Дошло до того, что я не помнила, как дошла до своей комнаты, вырубившись ещё до того момента, как моя голова коснулась подушки. И я совершенно не удивилась, когда очнулась в облике василиска.

Отлично! Магию контролирую, а облик теперь нет. Этого ещё не хватало! Кажется, сна в последующие дни мне не видать.

За окном было ещё темно, а я лежала и смотрела в потолок, раскачивая конец хвоста, который свисал с кровати, из стороны в сторону. Что ж, кажется, у меня есть пара часов, чтобы привыкнуть к ощущениям в данной ипостаси. И возможно даже попрактиковаться. Лишь бы не заснуть.

Я зевнула и вернула себе человеческое обличье. А потом убила целый час, чтобы попытаться изменить хотя бы глаза и руки. Ну не получалось у меня. Глаза и руки это единственное, что меня устраивало в моём облике. Поэтому с ними получилось относительно легко. Но вот со всем остальным, и уж тем более с хвостом – нет. Пока я не готова к этому. Интересно, а мама любила себя такую? Как же мне хочется хоть с кем-то обсудить эту тему. Мне очень не хватает хоть кого-то, кто мог бы сказать, что я не так страшна или что наоборот мне не стоит принимать облик василиска. Мне нужно было мнение со стороны. Но рядом были лишь два принца, которых совершенно не хотелось во всё это втягивать, и соседка-магичка, которая в принципе не знала о том, кто я. Хотя Дариэль тоже не знал. Рискнуть и попытаться открыться Трейку? Боюсь не осмелюсь, ведь тогда придётся рассказывать всё, а я не уверена, что Трейку это надо. Ведь у нас чисто дружеские отношения. А Дариэль вообще для меня остаётся непонятным существом, чувства которого я пока не могу разгадать. Да и я сама не знаю, что чувствую к нему. И вроде я считаю его другом, но бывают моменты, когда не могу отвести от него взгляд. И словно что-то родное и близкое проскальзывает в его действиях. Почему-то мне хочется сравнить его с Даарианом. И я теряюсь в такие моменты. Как же мне хочется увидеть дракона, но я понимаю, что это может закончиться для меня плохо. Император не тот, кто может стать другом василиску. И уж тем более не станет покрывать ту, кто, мало того, скрыла информацию о Жаннет, так ещё и сбежала, предварительно избавившись от Цирисы. И, кстати, я совершенно не знала, что с ней и это тоже меня беспокоило. Слишком много вопросов и тайн, которые я благополучно отложила на потом, так как иначе множество вопросов просто сводило меня с ума, заставляя переживать.

Артефакт пропищал о том, что уже утро и пора вставать. Я нехотя села на кровати, меняя глаза и руки на привычные и отправляясь в ванную умываться. Практически бессонная ночь и сумасшедший вчерашний вечер давал о себе знать. Я была необычайно медлительна и уныла. А ведь это не последний раз, когда я буду так уставать. Это только начало.

Я делала всё на автомате, приводя себя в порядок, а после выходя из спальни.

– Доброе утро, Рина! – весело пропела Мира, встретившись мне на выходе из нашей комнаты. Я ей лишь кивнула, перехватывая сумку поудобнее и покидая вслед за ней помещение. Сил отвечать что-то совершенно не было.

– Рина, не грусти! Сейчас позавтракаешь и у тебя сразу же поднимется настроение! – приобнял меня за плечи Трейк, уводя по коридору в сторону столовой. Дариэль молча шёл рядом, иногда бросая на меня, кажется, сочувственные взгляды.

Да, парни ничем не могли мне помочь. Магия проснулась слишком поздно и это благодаря моей маме. Ох, впервые за всё время я была недовольна её решением запечатать мои силы. Ведь теперь мне было очень трудно их освоить.

Две недели я занималась в таком же темпе, что и в первый день с лирри Галирэлем. Он мучил меня каждый вечер и занял почти полностью выходные. А потом устроил мне внеплановый экзамен, заставляя меня множество раз использовать свою магию. Мне кажется, я создала порядка 20 артефактов, прежде чем преподаватель успокоился и отпустил меня.

И вроде можно было бы обрадоваться, вот только это была лишь первая ступень к освоению своей силы. Да, магия слушалась меня, но эти две недели пропусков практических занятий по другим предметам аукнулись мне сразу же. И на первом же занятии по зельеварению я совершила огромную ошибку.

Из-за того, что все мои мысли были заняты занятиями с лирри Галирэлем, я хоть и конспектировала все лекции, но мало понимала, что записывала. И, конечно, когда пришла на практическое занятие, то не учла важнейший пункт в приготовлении зелий.

Всё началось отлично. Рецепт был несложный, ингредиенты я знала, так как часто помогала маме. Я даже успешно всё порезала, почистила и порвала. И в нужной последовательности кидала ингредиенты, отмечая, что зелье принимает нужный цвет на каждом этапе. Пока не пришла очередь синеголовника. Нет, это не жуткое и ужасное растение. Вполне безобидное, вот только немного колючее создание. И не удивительно что, неловко схватив его, я укололась, но совершенно без задней мысли бросила вредное растение в котелок.

Так как это был последний ингредиент, то я с любопытством уставилась на готовое зелье, вот только оно почему-то приняло не молочный цвет, а ярко-синий. Я успела сказать лишь «ой», а после снадобье начало резко разбухать, подниматься и вылезать за края котелка, стекая на пол.

Я взвизгнула и рванула к выходу, так как с каждой секундой зелья почему-то становилось всё больше. Остальные студенты, увидев, что происходит, также ломанулись на выход, а преподаватель пытался остановить распространение зелья, но ничего не помогало. В итоге он последним покинул аудиторию, когда зелье почти достигло порога. Дарр Риггард только и успел поставить защиту на дверь аудитории, срочно отправляя вестники куда-то. А после повернулся к нам,