Генезис (СИ) - Смолин Павел

Оставшуюся часть церемонии развлекался, представляя как орден Культуры получают все мои деточки из школы мангак. А ведь получат, нефиг мне тут анимевеличины мирового масштаба игнорировать! А они уже «мировые» — «Хонда+» в США и Европах успешно запущен, их аниме там показывают вместе с сериалом «Друзья», и рейтинги нам жутко нравятся. Манга тоже печатается и продается через магазины комиксов, но с этим пока дела похуже. То ли дело в СССР, где после первого же выпуска «Японской манги» пришлось расширить типографию в три раза — уже за счет «принимающей стороны», потому что мне что, больше всех надо, убыточные проекты масштабировать?

А еще сегодня Император повесил на шею нашего премьера орден Восходящего солнца сразу высшей степени — это за нефтепровод.

Нормально, растем, матереем, увешиваемся всяким, помогаем полезным (или просто хорошим) людям тоже увешиваться. С другой стороны — «висюльки» мне уже ничего особо и не дают, те, кого от меня не тригерит и так на все, что я говорю, сразу отвечают «да». И ведь правильно делают — с Иоши работать выгодно, еще никто не жаловался.

Вернувшись домой из школы, застал на чердаке неожиданную картину — Хиро-кун сидел за столом рабочего кабинета и старательно рисовал с натуры стоящий перед ним цветочный горшок с фикусом.

— Йо! — поздоровался я с ним.

— Йо, аники! — с явным облегчением отложил он кисть.

Пожали руки.

— Это тебе зачем? — спросил я, кивнув на альбом для рисования.

Пацан немного покраснел и не очень уверенно ответил:

— Это секрет.

— Понимаю, — честно кивнул я и пошел стучать в дверь к сестренке.

Потому что она посадила культового персонажа делать свою домашку по рисованию! Моим деточкам на нем разрешено рисовать свое, потому что любая школа получает много статуса, если ее ученики чего-то добились, поэтому такой унылый натюрморт Хиро по собственной инициативе рисовать не станет.

— Уже закончил? — одновременно с открытием двери сонно спросила трущая глазки сестренка, одетая в желтые шортики и футболку.

Ты мое маленькое солнышко! Стоооп!

Осознав, что полностью спалилась, взбодрилась и забегала глазками:

— Братик?

— Я понимаю, что Хиро-кун хорошо рисует, но почему он рисует твою домашку?

Сестренка натянула на лицо невинную улыбку и развела руками:

— Он сам захотел мне помочь!

— Осуждаю! — заявил я ей и вернулся к пацану. — Прямо запрещаю делать за Чико домашку!

— Да, аники! — охотно принял он приказ.

Похоже, его эксплуатируют не в первый раз.

— Спасибо, что немножко помог, Хиро-кун! — появилась в кабинете хитрая девочка. — Как и договаривались, я помогу тебе с математикой! — и смотрит такая на меня, мол, получил?

— Есть разница — делать домашку вместе или дрыхнуть, свалив ее на другого! — не повелся я.

— Иоши-кун! — раздался снизу жалобный мамин крик.

— Пора! — одновременно подпрыгнули мы с Чико и побежали вниз.

— Схватки? — спросил я у держащейся за живот с выражением абсолютной стойкости на лице мамы, ввалившись в гостиную.

— Да! — выдохнула она.

Сестренка реваншировала, опередив меня в спринте до телефона — совсем забыл про мобильник, вот ведь — набрала номер и благоразумно доверила разговор мне, сама отправившись к маме, заботиться.

Назвал дежурному адрес и фамилию, и дальше ничего говорить не пришлось — мама там «на карандашике».

— Приедут через семь минут! — доложил я отпивающей водичку из принесенного Чико станкана маме.

— Нужно дособрать вещи! — решила она, полной боли, но теплой улыбкой поблагодарив Чико.

Чемодан уже здесь, и мы с сестренкой в соответствии с мамиными указаниями его доукомплектовали. Следом сбегали переодеться — а что мы ее, одну отпустим? Проводим до палаты. Хиро-куну разрешили быть как дома, пообещав скоро вернуться.

Вернувшись в гостиную, увидели трогательно улегшегося рядом с мамой Сакамото-сана — тоже прощается. Прибывшие медики положили маму на носилки, погрузили в машину, следом залезли мы с сестренкой, и всю дорогу к медицинскому центру доктора Сугавары — родильное отделение там есть — наблюдали и слушали, как врач мерит ей давление и задает много вопросов.

До палаты мама решила не ждать, поэтому ее сразу же от регистрации укатили рожать. Придется дожидаться итогов прямо здесь — любопытно же!

— Надо, наверное, папе позвонить? — предположила Чико, с которой мы решили ждать в кафетерии.

Хрюкнув — ему-то звонить нужно было в первую очередь, а у меня из головы вылетело! — достал мобильник и рассказал бате в чем дело.

— Сейчас буду! — не разочаровал он.

— Сейчас приедет, — ввел в курс дела сестренку.

Я — спокоен полностью, а вот она прямо дергается, подпрыгивает и много рассуждает о том, куда в первую очередь она хочет сводить братика и сестренку и какие подарки на какие праздники собирается дарить. Улыбка вот-вот наползет на ушки. Радуется хороший ребенок прибавке в семье. И я радуюсь, за маму по большей части — теперь она так сказать интегрирована в семью окончательно. Ну и мне неплохо — больше потешного в доме будет происходить. Хорошо, что ночной плач мне слушать не придется — я же на этаж выше и надежно звукоизолирован. Плюс я всегда могу уйти ночевать в другой дом, и никто мне и слова не скажет.

— И им обязательно нужно будет побывать в онсэне с обезьянками! — закончила составлять список Чико, которой в Нагано очень понравилось.

Всем понравилось, но с Хэруки в приватный онсэн не полезли, чтобы не смущать обезьян.

— Братик, скажи… — вдруг посмурнела она и принялась возить пальцем по крышке стола, внимательно глядя на него. — Мама же не станет считать меня чужой?

— Нет конечно! — уверенно кивнул я. — Если она меня им не считает, чего уже о тебе говорить? — ловко воспользовавшись моментом, потрепал сестренку по голове между хвостиков. — Мы все неплохо поладили за прошедшее время.

— Угу! — просветлела Чико.

— Кроме того, не нужно забывать, что это она пришла в нашу семью, — подмигнул внимательно слушающей девочке. — И пока очень хорошо справлялась. Ведь хорошо?

— Хорошо!

— Значит мы с полной уверенностью можем считать, что так будет и дальше! — подвел я итог. — Конечно, поначалу она большую часть времени будет уделять мелким, но никто ведь не мешает тебе этим заниматься вместе с ней?

— Это как иметь двух новых живых кукол! — глазки Чико мечтательно затуманились.

— Где она?! — раздался от стойки администраторши взволнованный батин голос.

Ответ разобрать не вышло — отец-то орет, а администратор — нет, поэтому не стал пытаться греть уши дальше, а вышел из кафетерия и помахал очень удачно посмотревшему в мою сторону в этот самый момент отцу:

— Старые дети здесь!

Бледный батя нервным шагом подошел ко мне и крепко обнял. Нани?!

— Спасибо, что позаботился о Хомуре!

— Да ну тебя, пап! — обнял мужика в ответ. — Иди к Чико, ей сейчас, как ни странно, страшнее чем нам всем.

— Я понимаю, — отпустив меня, серьезно кивнул батя. — Всех своих детей я люблю одинаково!

— Вот так ей и скажи! — улыбнулся я. — Пожилой родне звонил?

Батя покраснел и смущенно признался:

— Совсем из головы вылетело.

— Ничего, пошли, сейчас всех сюда вытащим! — повел я его в кафетерий.

Дедушки и бабушки полным комплектом прибыли через пятнадцать минут, в течение которых батя, подрубив корпоративные и отцовские навыки, при помощи примеров из жизни и обтекаемых фраз вкладывал в голову Чико нужный посыл. Девочка прониклась, а мне стало немного обидно — это чего это слово Иоши весит меньше слова Дэйчи? Что поделать, отец есть отец.

Еще через двадцать минут к нам пришел доктор Сугавара:

— Первой родилась девочка, полностью здорова, вес — 2900. Почти сразу за ней родился мальчик, тоже совершенно здоров, вес — 3100.

— Шесть килограммов детей! — радостно вскинула ручки к потолку сестренка.