Кинжал Челлини - Джеймс Чейз

Я задумался, потом покачал головой.

— А мне-то с этого какой навар?

Походив еще по кабинету, я сказал:

— Это точно, что погибшая девушка была Альмой?

Лу усмехнулся.

— Ручаться не могу, но агенты ФБР утверждали, что это она. Автомобиль был ее. Одну из сумок выбросило из машины. Там лежали вещи Альмы. Установить по трупу личность умершей не представлялось возможным. Полиция не располагала отпечатками пальцев Альмы; тело сильно обгорело.

— Никто не пропадал в то время?

— Официальных сообщений не было.

— Наверно, я уделяю слишком большое внимание этой истории. Тебе что-нибудь известно о Шейле Кендрик?

— Нет.

— Надо собрать о ней сведения. Займись Шейлой, Лу. Я хочу знать, чем она занималась последние годы, откуда она родом. Шейла приехала в Сан-Луис-Бич из Сан-Франциско. Тебе придется отправиться туда. Это очень важно.

Лу вопросительно посмотрел на Майка.

— Что скажешь, шеф?

— Действуй.

— Хорошо, но вы тянете пустышку.

— Может, ты и прав, но других зацепок нет. Я сам займусь раскопками. Начну с самого начала. Вдруг что-нибудь подвернется. Надо разобраться с Бейли.

— Ума не приложу, какое отношение они могут иметь к убийству Бретта, — сказал Майк, покачав головой. — Но ты делай то, что считаешь нужным.

— Обожди, Лу, — обратился я к Фаррелу, уже шагнувшему к двери. — Ты когда-нибудь видел Альму?

— Однажды. Мы не разговаривали. Она ждала Верна в автомобиле.

— Помнишь ее?

— Смутно. Она была блондинкой. Больше ничего сказать не могу. Я не успел ее разглядеть.

— Спасибо, Лу.

Когда Фаррел покинул кабинет, я обратился к Майку:

— Завтра утром я уезжаю. Отдаю тебе на хранение двадцать пять тысяч. Если не вернусь, возьми их себе.

Утром следующего дня я направился в Альбукерке. По пути сделал остановку в Галлапе и зашел в контору шерифа. Этот пожилой дородный джентльмен, похоже, располагал массой свободного времени. Услышав, что я писатель, собирающий материал о Бейли, он принял меня весьма радушно.

— Я расскажу вам все, что мне известно, — заявил он, положив ноги на стол. — Садитесь, будьте как дома. Жаль, нечем вас угостить. Обойдетесь без спиртного?

— Обойдусь, — сказал я и приступил к расспросам.

Он хорошо помнил ту автокатастрофу. Несколько недель в Галлапе только о ней и говорили.

— Это случилось так, — произнес шериф, посасывая свою трубку. — Я вышел на крыльцо погреться на солнышке, и тут подъехала она. ФБР обрисовало ее не слишком подробно. Я знал, что они ищут блондинку в темно-коричневом кожаном пальто, которая ездит на зеленом «крайслере» с кузовом типа «купе». Эта девушка подрулила именно на таком автомобиле, но номера не совпадали с указанными ФБР; она была не в кожаном пальто. Я насторожился и стал следить за девушкой. Она купила продукты. Я стоял и гадал, Альма это или нет.

Шериф озорно улыбнулся.

— Я знал, что Альма — опасная особа. Я слишком стар, чтобы в одиночку брать вооруженного преступника. Я позволил ей уехать, но сразу же позвонил в ближайшее отделение ФБР. Ее нашли примерно в миле от города. Автомобиль врезался в дерево. Вот и все.

«Ну и шериф, — подумал я. — Агенты ФБР, наверно, его обожают».

— Они точно установили, что погибшая была Альмой Бейли?

Он разинул рот от удивления.

— Ну да. За нее было обещано вознаграждение. Оно досталось сотруднику ФБР. У него хватило порядочности поделиться со мной. Он собрал все необходимые доказательства. Кожаное пальто нашли в машине Оно обгорело, но его можно было узнать. В сумке лежали вещи, принадлежащие Альме.

— Как насчет отпечатков пальцев?

— К чему вы клоните, молодой человек? Полиция не имела отпечатков пальцев Альмы Бейли. В ваши годы грешно быть таким подозрительным. Людям надо верить.

Я поблагодарил его, угостил сигарой и вышел на залитую солнцем улицу. Я испытывал неудовлетворенность. Из Галлапа я поехал в Альбукерке. Там я разыскал редактора местной газеты. Я наплел ему ту же чепуху, что и шерифу; потом я спросил его, нет ли у него каких-нибудь сведений об Альме.

Редактор был сметливым малым с проницательными серыми глазами; он посмотрел на меня сквозь очки.

— Что именно вас интересует, мистер Декстер?

— Я бы хотел осмотреть дом, в котором она жила, услышать ваше мнение о том, действительно ли в катастрофе погибла Альма.

— Странно, что вы заговорили об этом. Тогда меня мучили некоторые сомнения, но они не подтвердились. Сотрудник ФБР опознал ее. Он получил премию в две тысячи долларов.

— Где он сейчас?

— Ушел в отставку. Разводит цыплят на ферме.

— Почему вы сомневались в том, что в машине была Альма?

Он улыбнулся.

— Мы, журналисты, — народ недоверчивый, мистер Декстер. Один из жителей Галлапа видел в машине двух девушек, но шериф назвал его лжецом.

— Кто этот человек?

— Забыл его фамилию. Он отсюда уехал.

— Не знаете, куда?

— В Амарильо. Он ненадежный свидетель. Первую половину дня он клянчит у прохожих деньги на выпивку, а вторую — пьянствует. Ему могло померещиться.

— Я был бы вам признателен, если бы вы сообщили мне его фамилию и адрес.

Он выполнил мою просьбу не сразу.

— Джек Несби, — произнес он после того, как его секретарша порылась в бумагах. Редактор назвал мне адрес пьяницы.

Я подъехал к дому, где жила Альма Бейли, но его хозяйка ничего мне не рассказала — то ли она все забыла, то ли не захотела помочь незнакомцу. Я не получил от нее никакой информации. Из Альбукерке я отправился в Амарильо. Несби я нашел у стойки пивного бара. Старик, уже успевший нализаться, заметно повеселел, когда я угостил его виски.

Да, он помнил, как Альма появилась в Галлапе. Он уперся в мою грудь заскорузлым пальцем, покачал головой и уставился на меня своими мутными глазами.

— Они сговорились, — хрипло поведал он. — Фэбээровец хотел получить вознаграждение. В машине ехали две девушки. Я видел их так ясно, ну как тебя сейчас. Одна была ну просто картинка, вторая выглядела неважно. Шериф тоже их видел, но он молчал, потому что фэбээровец отвалил ему кусок. Когда я раскрыл рот, они пригрозили посадить меня за бродяжничество.

Я с недоверием посмотрел на Несби. Редактор попал в точку, назвав его ненадежным свидетелем. В суде Несби и слушать не стали бы, но мы-то находились не в суде.

— Опишите внешность той девушки, что выглядела неважно.

Он напряг свою память.

— Не помню, — признался он. — Я не обратил на нее внимания, мистер. Девушки — это уже не по моей части. Но я готов поклясться, что их было две.

— Вторая тоже блондинка?

— Кажется, нет. По-моему, волосы у нее были темные, но ручаться я не могу.

— Почему вы сказали, что она выглядела неважно?

— Да из-за ее одежды. На ней был старый грязный плащ, а шляпа отсутствовала. Зато другая девушка — просто загляденье.

Больше я ничего вытянуть из него не смог; купив ему новую порцию виски, я покинул пивную. Я посидел в машине, размышляя. Неторопливо прокрутил в голове все события, последовавшие за моей первой встречей с Горманом. Это заняло больше часа; иногда я записывал свои мысли на обратной стороне конверта. Меня по-прежнему окружала тьма, но впереди забрезжил неясный свет; я чувствовал — еще немного, и я пробьюсь к нему. Я вспомнил, что рассказала Веда о своем прошлом. Мой автомобиль стоял на шоссе номер 66, которое соединяло Ваукомис с Голливудом. Ресторан, где работала Веда, находился где-то на этой трассе между Амарильо и Ваукомисом. Я решил заглянуть туда.

Я провел за рулем два дня; я останавливался возле всех кафе и ресторанов. Наконец я попал в одно заведение под Клинтоном. Я узнал его тотчас — за ним стоял большой сарай.

Запарковав автомобиль, я открыл дверь и зашел внутрь. Заведение было так себе: обычная забегаловка с длинной изогнутой стойкой и несколькими столиками, предназначенными для тех, кто предпочитает есть с комфортом. В углу располагался музыкальный автомат; под стеклом лежали бутерброды.

Худой угрюмый человек в засаленном переднике оперся о стойку, глядя в пространство перед собой. Не посмотрев в мою сторону, он произнес:

— Что вам?

Я заказал кофе и кусок яблочного пирога. Он поставил передо мной дымящуюся чашку и стал резать пирог. Я спросил его:

— Простите, Веда Ракс у вас не работала?

— Зачем она вам?

Протянув мне кусок пирога, он бросил на меня жесткий взгляд.

— Я ее ищу. Ей тут обломилась небольшая сумма денег. Обещаю вам за информацио о Веде десять долларов.

— Ей грозят неприятности?

— Нет. Один человек оставил Веде двести долларов. Я пытаюсь найти девушку.

Я вытащил из кармана две пятерки и показал их ему.

— Да, она здесь работала, — указал он, заметно подобрев. — Понятия не имею, где она сейчас. Собиралась уехать в Голливуд.