Рассказы из правого ботинка - Александр Рудазов

– Да… а хотя нет, пропустил строчку, - признал Креол. - А если… эй, да это же судебный документ! Смотри-ка, Халая в молодости изгнали из Каркемиша за кражу осла! Ну кто бы мог подумать…

Шамшуддин его не слушал - он глазел на другие полки и столы. На одном из маленьких столиков стоял объемистый сосуд из отличного стекла, доверху заполненный уксусом. В нем плавала отрезанная человеческая рука - плавала подобно рыбе, загребая пальцами и выпуская пузырьки из перерубленных вен. Рядом расположилась алебастровая ваза, доверху заполненная кисло пахнущим маслом - от него поднимались красноватые испарения. На одной из полок лежал бронзовый ятаган с рукоятью из эбонита, завернутый в черный шелк. Шамшуддин рискнул чуть-чуть развернуть шелк - лезвие густо покрывали таинственные знаки, оно слабо светилось синим светом…

– Не трогай!!! - вскрикнул Креол.

Шамшуддин резко отдернул руку, вернув шелк на место, и удивленно посмотрел на Креола.

– Ты не касался?! - напряженно спросил тот.

– Не успел. Это что такое?

– Слава богам… Это ятаган Барзаи - у моего деда тоже есть такой. Его не должен касаться никто, кроме хозяина, а то вся сила уйдет и придется ковать новый. Думаю, Халай тебя бы за такое…

– Да уж… - невольно побледнел Шамшуддин.

Креол огляделся еще раз. Собственно, ничего особенного в этой комнате не было - самые обычные аксессуары магической лаборатории. Возможно, несколько более редкие и дорогие, чем те, что хранились на втором этаже, но и только-то. И нигде он не видел признаков помойной кадушки, которую оставил Асаггак…

– Пошли, посмотрим, что за другой дверью, - скомандовал он.

Шамшуддин неохотно оторвался от глиняной таблички и двинулся следом. Ученики старого Халая одновременно заглянули за дверь… и одновременно отшатнулись.

Другая комната оказалась в несколько раз больше, но там не было табличек и жутких предметов. Не было и магического освещальника - мрак разгонял только слабый свет, падающий из открытой двери тайной лаборатории. Обстановка отличалась скудностью - каменный мешок мог похвастаться лишь бронзовыми кольцами, вбитыми в стену, и свисающими с них цепями.

А на одной из цепей сидел узник.

– Кто это? - прошептал Шамшуддин, выглядывая из-за плеча Креола.

– Кажется, гала… - неуверенно ответил тот.

– Угадал, человеческий детеныш, - ядовито прошипел пленник старого мага, звеня цепями. - И что вы собираетесь с этим делать?

Цепи выглядели прочными. Конечно, обычная бронза вряд ли удержит гала, но Халай Джи Беш называл себя мастером-демонологом не из пустого хвастовства. Эти оковы управились бы и с Демоном Бури.

Гала медленно зашевелился, поднимаясь на корточки. Подземный демон Кура выглядел по-настоящему ужасным - искаженное отражение человека, на три головы выше Креола с Шамшуддином, зеленовато-бурый, покрытый необычной кожей-чешуей, жесткой и бугристой, со множеством крошечных колючих шипов. Треугольная морда являла огромную пасть с сотней зубов-игл, звездообразную дыру вместо носа, пару пылающих миндалевидных глаз с роговыми полосками вместо бровей, остроконечные уши. Из плеч чудовища росли два извивающихся отростка, оканчивающиеся змеиными головами. Они шипели и капали ядом, взирая на перепуганных мальчишек с неистовой злобой истинных гадов.

– Вы рабы или ученики старого пожирателя грязи? - задал вопрос гала. - Или, быть может, вы воры, забравшиеся в его дом? Что сейчас наверху - день или ночь?

Ученики мага сохраняли молчание. Креол окинул взглядом прикованного демона, раздраженно ощущая на шее шумное дыхание Шамшуддина, и перешагнул порог. Бронзовая цепь зазвенела - гала подался навстречу.

– А, так вот куда он носит помои… - вполголоса пробормотал Креол, опустив глаза.

Да, каменная кадушка наконец-то отыскалась. Она стояла рядом с гала - и помоев там заметно поубавилось.

– Вам жаль помоев для старого измученного демона? - оскалился гала. - Что ж, я могу поделиться - здесь еще больше половины, хватит, чтобы устроить дружескую пирушку. Угощайтесь, друзья, угощайтесь!

– Можешь оставить себе, - хмыкнул Креол. - Ты и правда гала?

– До сегодняшнего утра был, - с улыбочкой ответил демон. - Конечно, боги любят забавные шутки, так что с них станется ни с того ни с сего превратить меня во что-нибудь иное… одноглазого ишака, например. Но, думаю, пока что этого не произошло. Я рожден во мраке Кура, человеческий детеныш, и я был и остаюсь гала уже триста лет. А теперь, может быть, поговорим о вас? Я так давно не видел человеческих лиц… живых, имею в виду. Эту кучу мертвого мяса, что приносит мне еду, я вижу каждый день, но поверьте на слово - он не слишком интересный собеседник. Я предпочитаю беседовать со своими змеями.

Змеиные головы, растущие из его плеч, одновременно зашипели, словно поняв, что речь идет о них. Впрочем, скорее всего, они просто выражали чувства самого гала - для него эти плечи-змеи такая же часть тела, как руки, ноги или глаза. У них нет собственного рассудка - лишь легкий блик, отражение разума хозяина.

– Вам приятно со мной познакомиться, человеческие детеныши? - ласково спросил гала.

– Не называй меня так, демон, - буркнул Креол.

– Но надо же мне как-то вас называть, верно? У всякого создания богов должно быть какое-то прозвище. Назови мне свое настоящее имя, и я буду обращаться к тебе правильно…

– Не называй! - шикнул Шамшуддин. - Демону нельзя называть имя!

– Без тебя знаю, - огрызнулся Креол.

– Что ж, тогда не ждите от меня ответной любезности… - широко зевнул гала. - А что, человеческие детеныши, не принесете ли вы мне кружечку вкусного пива?… или, может быть, хотя бы ячменной сикеры? Не отказался бы я и от ломтика свежего мяса… Третий месяц я уже в этом подземелье и вижу только эту помойную кадушку… Не удивлюсь, если старый евнух, который меня сюда запрятал, в эту же кадушку испражняется - нет, нисколько не удивлюсь… Но ничего не поделаешь, есть-то хочется… Даже демоны нуждаются в пище…

– Мертвые в Стране без Возврата питаются нечистотами и помоями, - пожал плечами Шамшуддин.

– А кто сказал, что им это нравится? - пробурчал гала. - Ну так что, принесете?

– А что нам за это будет? - прищурился Креол.

Гала очень внимательно посмотрел на него, словно увидел впервые, пошарил глазами вокруг себя, как будто что-то разыскивая, а потом с притворным расстройством развел руками:

– Вот беда, у меня здесь нет ничего ценного… Если желаете, можете получить эту тряпку, что я использую вместо набедренника… хотите?…

– Фффу-у-у-у-у-у!!! - одновременно заорали мальчишки, брезгливо морщась. Мужество демона оказалось чудовищных размеров и формы - в отрубленном виде могло бы сойти за боевую дубину. К тому же с него текло что-то липкое и зловонное.