Академия Магии, или Будь Моей Равной - Елена Геннадьевна Спирина

он Криста почти полгода у себя. Каждый день проводил опыты. Хотел сделать из полукровки вампира, полноценного человека. Ломал кости, наблюдал регенерацию, применял магические атаки и опять же просто наблюдал. Как быстро зарастут порезы, затянется ожог. Его травили, и за несколько секунд до смерти давали принять противоядие.

Наследника смогли спасти. Мага заперли в темницы, до решения суда. Суд постановил, что решать дальнейшую судьбу ученого будет сам наследник. Прошла неделя, после освобождения вампира и тот смог спуститься к своему мучителю. Увидев мага, Крист долго молчал, а потом вынес вердикт. Страшное наказание.

Ученому отрубили руки и ноги. Сердце было на магическом поддержании. Неделю тот истекал кровью, а после лучшие лекари залечили ему раны. Наследник приказал отпустить мага, но перед этим лично отрезал язык. Приставил к нему человека, который раз в неделю должен приходить и ухаживать за ним. Остальное время, ученный находился на своем попечении. Стоит ли говорить, что уже через месяц, тот начал просить о смерти.

Прошло после того случая больше ста пятидесяти лет. Маг, что пытал Криста до сих пор жив. Наследник поклялся, что он лично отпустит его в царство Мрака, только после того как поборет все страхи вызванные теми пытками.

И единственное что осталось, это боязнь прикосновений к телу.

— Но Крист, ты же нас обнимал. Прижимал к себе. — ошарашено спросила русалочка. Мне тяжело было даже рот открыть от его откровений.

— Лина, нет, это не то. Мне как наследнику положены слуги, которые будут меня одевать, мыть, раздевать. А я не могу. Не могу позволить, чтоб к обнаженной коже притронулся кто то. Даже те девушки, которые были в моей постели, не видели моего тела без рубашки. У меня остались шрамы. Много шрамов. Не все эксперементы, того ублюдка, прошли хорошо. Вот и моя тайна. Как видите, у меня тут и близко романтикой не пахнет.

Кристиан. Бедный наш вампир. Я подошла к рыжему и крепко его обняла, рядом встала русалочка и обняла уже нас обоих.

— Ребята, спасибо, что вы появились в моей жизни. Я обещаю, что никогда от вас не отвернусь. — проговорила я.

— Клянусь, — поддержала меня русалочка.

— И я клянусь, что за вас пойду на смерть, если понадобиться. — Крист прижимал нас к себе своими сильными руками, и излучал такую уверенность, что трудно было поверить, что он чего-то боиться.

За окном темнело. Мы просидели пол дня в таверне. Начали собираться обратно в академию. Русалочка заговорила, когда мы уже подходили к академическим воротам.

— Ребят, мне, правда, нельзя больше здесь учиться. Я не хочу проблем. Но они будут.

— Грин ничего не сделает, ты же знаешь, — уверенно сказала я.

— Я не о нем. Декан Сальвес.

Черт. Точно.

— Мы попробуем решить это недоразумение. — уверенно заявила я, хотя такой уверенности не испытывала. Но если не получиться договориться не с ректором не с Грином, уйду вместе с подругой. Одну не брошу. — у тебя завтра есть лекции по ее курсу?

— Нет.

— Вот и отлично. А теперь всем спать.

Распрощавшись, мы пошли по комнатам. И только когда я зашла в свою, вспомнила, что сумка в ректорском доме. Развернулась и побежала к преподавательским домикам.

У Дая в доме было темно. Поднявшись в спальню, где лежала сумка, я не успела до нее дойти, как вспыхнул камин.

Ожидала увидеть саламандру, у которой в пасти будет торчать «птичка» от ректора. Но вот самого ректора, по пояс обнаженного, я увидеть ну, никак не ожидала.

— Ты где была? — прорычал Дайлонд. — почему тебя не было на занятиях? Почему, ты так поздно возвращаешься домой? Где, черт возьми, тебя носило?

Все это он не говорил, а буквально кричал. Глаза светились красными всполохами, намекая, что демон очень зол. Глядя на него, я вспомнила весь сегодняшний день. Как чуть не погибла моя подруга, как ее обидел брат. Как мне говорила гадости бывшая любовница ректора. Как мы клялись с друзьями что не бросим друг друга. И сейчас, именно в этот момент, я понимала. Что если Лина все таки уйдет, я пойду за ней не смотря ни на что.

— Как долго вы были любовниками с леди Сальвес? — слова вырвались помимо воли, но я и глазом не моргнула. Ответ на этот вопрос я получить хотела.

— Что? — опешил ректор. По его растерявшемуся выражению лица было видно, что такого вопроса он не ожидал.

— Как долго вы с Андеролин Сальвес делили эту постель, — я скосила взгляд на кровать ректора. Он тоже на нее посмотрел и вновь уставился на меня.

— В чем дело Амалия? — ну, вот, прошли только сутки, и он не называет меня больше Амали.

— Мне повторить вопрос вновь, лорд ректор. — мне не трудно, я могу.

— Я слышал его. Два года. — глухо ответил он.

— А из за чего поругались? — да, это не просто любопытство.

— Из-за ерунды. Почему ты задаешь все эти вопросы? — ректор спрашивал спокойно, а у меня обрывалось сердце.

После утреннего разговора с деканом стихии Воды, я постаралась выкинуть это из головы, но сейчас… сейчас он повторял все то же, что и она.

Пойду я сама уговаривать русалочку уйти из Академии. Светлая, как же больно…

Обойдя ректора, я подхватила свою сумку и спустилась вниз по лестнице. Я хотела покинуть этот дом, вычеркнуть из памяти и сердца хозяина этого дома.

— Амалия Анабель вон Сандия, стой на месте. Либо я запру тебя на два месяца в спальне императора демонов. И поверь, уследить за своей снохой он сможет. — Раздался громкий голос.

Скажу честно, угроза подействовала. Встала я, как вкопанная. Быть запертой не хотелось. К императору демонов, не хотелось вдвойне. А уж становиться его снохой, вообще страшное дело. Через мгновение, передо мной появился Дайлонд. Подхватил на руки и понес обратно в спальню.

— А теперь рассказывай мне все, что сегодня произошло. — Сев на кровать, и усадив меня к себе на колени, спокойно скомандовал ректор.

— Пообещай, что ты не отправишь меня в своему отцу. — Почему то эта мысль, меня очень пугала. Я даже позабыла про блондинистого декана.

— Обещаю. Рассказывай.

Я и рассказала, начиная с самого утра. Про то, что произошло с Линой. Про ссору с братом. Про разговор с леди Сальвес. Про таверну. Дайлонд слушал внимательно и не перебивал. Когда я закончила, ректор сидел и хмурился.

— Амали, твой брат идиот. Такой же, как и я. Но я уверен, что он не со зла сказал все это. С твоей русалкой они обязательно разберутся. Насчет ее болезни посмотри