Танец Лакшми - Виктория Платова

— Может, зря ты так думаешь? Твой отец — неплохой мужик.

— Не то что неплохой, а вообще отличный. Но его забота способна достать даже меня.

Крон расхохотался. Отсмеявшись, он потрепал Лару по плечу:

— Не грусти, котенок. Нет, отец у тебя что надо. И с матерью тоже повезло, она никогда не вмешивалась в твои дела.

— Разумеется, — Лара кивнула, — я всегда была ей безразлична. Она просто не обращала на меня внимания. А недавно Анка открыла мне глаза. Оказывается, моя драгоценная мамочка всеми силами старается быть молодой, а для этого окружает себя молодыми поклонниками. Так что я ей мешаю не просто как дочь, а как соперница.

— Скажешь тоже, — не выдержал Крон, — это ты уж совсем зря загнула.

— Брось, — она махнула рукой, — я ведь многое знаю.

— Что, например, — осторожно спросил Кронецкий.

— Неважно, — Лара дернула плечом, — но того, что знаю, вполне достаточно, чтобы не питать нежных чувств к своей родительнице.

— Ладно, — хмыкнул Крон, — оставим твоих родителей в покое. Поговорим лучше о тебе. О твоем похищении.

— Это кошмар, Крон, — простонала Лара, — какой-то нескончаемый ужас.

— Я все понимаю, Лара, — ответил детектив, — мой помощник уже выясняет, что это за люди. А тебе никого не удалось узнать?

— Не уверена, — ответила Лара, — мне показалось, что я узнала Дмитрия, того, что похож на Виталия. Остальные были только помощниками, самые обычные бандюги.

— Понятно, — Крон хмыкнул. — Дмитрий всем этим руководил?

— Нет, — Лара покачала головой, — он тоже помощник. А самый главный стоял все время в тени, я не могла его разглядеть. Но говорил он с акцентом. Довольно правильно, но с акцентом.

— Кавказским? — быстро спросил Крон.

— Нет, — Лара поморщилась, — скорее так говорят в Прибалтике или даже за границей, если иностранцы учат русский язык. Не могу это объяснить, но мне кажется, что он иностранец.

— Еще лучше, — пробормотал Крон, — ладно, приехали уже. Остальное потом доскажешь. Надо же, иностранец… на кой черт ты сдалась иностранцу?

— Лучше скажи, на кой черт ему сдался этот ублюдок? Я имею в виду своего покойного жениха.

— Лара! — поразился Крон. — Я тебя не узнаю. Ты… и вдруг такие выражения.

— Перестань, — жалобно попросила она, сразу сникнув, — я и сама от себя не ожидала. Забудь, ладно.

— Конечно, милая, — ответил старый верный приятель.

Происходившее в квартире Анки больше всего напоминало военный совет. Присутствовали все те же: Анка, Лара, Крон и Максим. Анка выпытывала у Лары подробности, разражаясь бурными восклицаниями, Максим хмуро молчал, Крон терпеливо отмалчивался. Было видно, что ему есть что сказать, но он пока воздерживается.

— Предупреждала же тебя, — бушевала Анка, — тысячу раз говорила, нет, ты все равно сделала по-своему. Хорошо, что Сергей вовремя подоспел, это просто твое счастье.

— Да, — кивнул Максим, — это точно.

— А ты знаешь, что этот старый хрыч имел в виду? Ну, эту миниатюру-таблетку. Может, Виталий все-таки говорил тебе о ней? — в который раз спрашивала Анка, — Лара, прошу тебя, напрягись, вспомни.

— Нечего мне вспоминать, — Лара поплотнее запахнулась в голубой пушистый Анкин халат, — в том-то и дело, что мне совершенно нечего вспоминать. Виталий никогда ни о чем подобном не говорил.

— Миниатюра, — Анка задумчиво потеребила прядь рыжих волос, — миниатюра из слоновой кости с танцующей богиней… Как ее звать?

— Не помню. Лашама… Машмата… Нет, не знаю.

— Лакшми, — подсказал Максим.

— Да, — подхватила Лара, — кажется, Лакшми, но я не уверена. Помню, что с "л" начиналась, но и буква "м" точно была, а остальное… Но Виталий точно не говорил ни о какой миниатюре, ни о какой богине.

— Я ее тоже не видел, миниатюру эту, — глухо произнес Максим, — Виталий не показывал, но как-то вскользь упоминал, что появилась у него вдруг странная вещица. Я не придал тогда этому никакого значения, он тоже не стал развивать тему, перекинулся на что-то другое. Но упоминал, это точно.

— Когда это было? — быстро спросил Крон. — Время помнишь?

— Нет, — Максим покачал головой, — где-то конец весны, но точнее сказать не могу, май, пожалуй, возможно, даже конец апреля. Тепло уже было.

— Не густо, — констатировал Крон, — ладно, неважно.

— Слушай, — вмешалась Анна, — тебе, конечно, повезло, что они уехали. Вероятно, захотели еще раз порыться в твоей квартире или в квартире у родителей. А что? Тебя они держали на даче, Геннадий Семенович сидел у тебя, Айша Каримовна, наверное, в мастерской…

Если они к тебе могли проникнуть, то и к родителям тоже смогут…

— Не знаю, — Лара задумчиво качнула головой, — отец недавно установил новую патентованную дверь, ее не так-то просто будет открыть. Я вот думаю, неужели из-за какой-то миниатюры они убили Виталия и его мать? А потом стали ее искать, богиню эту. Неужели это такая ценность?

— Если миниатюра старинная, — вставил Крон, — то, возможно, она представляет определенную ценность.

— Но зачем же убивать! — воскликнула Лара. — Если она и находилась у Виталия, то можно было ее купить. Он никогда особо не дорожил вещами. Я не понимаю… Как-то не вяжется все это.

— Странного много, — согласился Крон, — возможно, от тебя они получили какую-то зацепку, так как уехали очень поспешно.

— Да ни о чем я не могла им сказать, — усмехнулась Лара, — так как сама ничего не знала. Они меня били, потом угрожали; что будет еще хуже, если я не скажу. Я не выдержала, сказала, что пусть делают что хотят, все равно ничего не знаю. И еще добавила, что Виталий гораздо больше в свои дела посвящал свою любовницу, чем меня. Возможно, они поверили, подхватились сразу и уехали.

— Любовницу… — растерянно произнесла Анка, — ты им сказала про…

— Сказала, — Лара потрогала синяк на щеке и поморщилась, — что мне еще оставалось делать? Видимо, они были в курсе об этой дамочке, так как адрес ее выпытывать не стали, сразу отправились.

— Знали… — потерянно подытожила Анна, — адрес…

— Меня ведь бесполезно было об этом спрашивать, — Лара теребила кончики волос, — я ведь все равно не знала, где она живет…

— Мне нужно уйти, — заявил Крон, поднимаясь.

— Думаешь, что успеешь? — быстро спросила Анка.

— Кто знает… — он пожал плечами, — не хочу думать о плохом. Надеюсь, что с… ней все в порядке.

— Поторопись, — посоветовала Анка, — видишь же, что они церемониться не станут.

— Возьму подкрепление, — отозвался Крон, направляясь к дверям. Он набрал номер и стал торопливо давать указания в трубку.

— Подождите, — воскликнула Лара, — значит, вы в курсе, кто эта женщина. А мне вы сказать не собираетесь?

— Зачем, Лара? — Крон напряженно глядел на нее. — Я выяснял это у знакомых Виталия, но тебе… это ни к чему.

— А если мне интересно, — настаивала Лара. — Выходит, моя кузина тоже все знает. Сейчас же скажите мне, куда вы едете. Это что, кто-нибудь из наших знакомых, и вы думаете, что меня это слишком заденет? Мне совершенно наплевать, кто был любовницей Виталия.

— Не надо, Лара, — попросила Анка, — перестань.

— Ты тоже хороша! — набросилась на нее Лара. — Столько времени все знала и не могла сказать! Узнай я об этом раньше, возможно, никакой свадьбы бы и не было.

— Ее и так не было, — огрызнулась Анка, — легче тебе станет, если я скажу, что любовницей Виталика была Айша Каримовна.

— Мать… — Лара растерялась, — Крон, — она смотрела на него в недоумении, но по глазам видела, что это правда, — как же она могла…

— Не надо, Лара, — устало попросила Анна, доставая сигарету, — она жила своей жизнью. Кстати, и с Виталием познакомилась гораздо раньше, чем ты. Представляешь, каким ударом для нее было известие, что Виталий хочет на тебе жениться!

— Невероятно, — Лара сжала кулаки, — моя собственная мать и так со мной поступить… Почему она мне ничего не сказала?

— Она была против твоей свадьбы, — напомнила кузина.

Зазвонил телефон. Крон кивал, слушал сообщение своих помощников.

— Да, — сказал он, — выезжаю.

— Я с тобой! — Лара решительно поднялась и направилась к двери.

— Подожди, Лара, — Максим тоже поднялся, — одну я тебя не отпущу.

— Тебе совершенно незачем туда ехать, — произнес детектив, — я позвоню, как только все выяснится.

— Ты забываешь только об одном, приятель, — ощетинилась Лара, — это все-таки моя мать. Пусть она никогда не любила меня, пусть я ей мешала, но она все равно остается моей матерью.

— Послушай, дружок, — вмешалась Анна, — согласна, я была не права, поздно рассказала тебе правду, считай меня свиньей или кем угодно, но Крон прав — тебе нечего там делать. Поверь, я беспокоюсь только о тебе.

— Понимаю, — кивнула Лара, — но все равно поеду.

— Нет, — Анка положила руку ей на плечо, — не глупи. Ты забыла о том, что они сделали с матерью Виталия? Мы останемся здесь. Сергей позвонит, если ничего страшного не случилось, мы приедем.