Прогулки по Европе с любовью к жизни. От Лондона до Иерусалима - Мортон Генри Воллам

Данный ресторан является как бы продолжением прилегающих к нему деловых контор. Никому из мужчин — а они заглядывают сюда ежедневно на протяжении многих лет — и в голову не придет прихватить с собой жену или, скажем, дочь. Слишком тесно это место связано с бизнесом. За ресторанным столиком ведутся деловые переговоры и заключаются многотысячные сделки. Дамское присутствие, олицетворяющее более легкие и приятные стороны жизни, здесь явно неуместно.

А посему можно представить, какое впечатление произвело неожиданное появление в ресторане девушки. Собравшиеся здесь мужчины (а их не менее сотни) поглядывают в ее сторону с интересом. Те, что сидят спиной, пытаются улучить момент, чтобы мельком бросить взгляд на незнакомку. Те же, кому повезло оказаться лицом, в открытую изучают странную посетительницу. Однако наблюдают они за ней не с тем настороженным любопытством, которое отличает предприимчивых французов, и не с простодушным восхищением итальянцев. Нет, в их взглядах сквозит удивление, смешанное с раздражением. В воздухе витает один невысказанный вопрос:

— Ну и как тебя сюда занесло, сестренка? И кто ты вообще такая, черт побери?

Девушка, однако, не выказывает признаков смущения.

Она просматривает меню, в котором значится:

«Особое блюдо дня. Жареная свинина под яблочным соусом».

Небрежным движением девушка подзывает официанта и делает заказ:

— Мне, пожалуйста, свинину с картофелем и фасолью.

— Что желаете из напитков? — осведомляется официант.

— Стакан воды, пожалуйста.

Вскинув руку, она бросает быстрый взгляд на часики. Самообладание, с которым держится незнакомка, делает ей честь. Сидящие рядом мужчины испытывают невольное восхищение и думают, что сами они наверняка бы нервничали, если бы оказались в комнате, сплошь заполненной женщинами.

В ожидании заказа девушка придвигает свободный стул к своему столику — дает понять, что место зарезервировано. Кого она ждет — мужчину, женщину? И что это за мужчина, который догадался пригласить молодую интересную девушку в такое место, где она неизбежно окажется под перекрестьем десятков любопытных взглядов?

— Прошу прощения! Я опоздал.

К столику подходит высокий немолодой мужчина с жесткими чертами лица. Он обменивается рукопожатием с девушкой и усаживается на свободное место.

Посетители ресторана заинтригованы.

— Кто же это такой? — размышляют они. — Наверняка не отец. Отец не стал бы здороваться за руку. Может, деловой партнер?

Навострив уши, они прислушиваются к разговору странной парочки.

— Ваши сметные предположения никуда не годятся, — говорит девушка, накалывая кусочек свинины на вилку. — Они настолько плохи, что я не стала в них даже вникать.

Мужчина выслушивает ее тираду с неподдельным интересом.

— Тем не менее хотелось бы знать ваше мнение…

— Если вас интересует мое мнение, забудьте об этом предложении. Я б на вашем месте вообще не вела никаких дел с мистером N. Выкиньте его из бизнеса!

— Но послушайте, у меня нет причин…

— Я догадываюсь, что вы скажете. Что процентные отчисления за год повысились на полтора процента.

— Ну, да. Именно это я и хотел сказать.

— Но вы забываете о более важных факторах. Смотрите…

Девушка склоняется к своему собеседнику и начинает что-то настойчиво ему втолковывать. Позабыв о еде, мужчина внимательно ее слушает и время от времени согласно кивает. На девушку он смотрит с нескрываемым восхищением. Он явно признает ее превосходство в данном вопросе. Забавно наблюдать, как юная хрупкая особа наставляет пятидесятилетнего сурового мужчину. В ее речи то и дело проскальзывают фразы типа: «Здесь вы сильно рискуете…», «Ради бога, держитесь подальше от…» или «Загляните на полгода вперед…»

Женщины любят поговорить. Они часто болтают без умолку, кокетничают, несут всякую чушь, а мужчины снисходительно посмеиваются, прислушиваясь к их милому щебетанию. Однако здесь ситуация была совсем иной. Эта девушка говорила сугубо по делу, и было очевидно, что она отлично разбирается в предмете обсуждения. Она давала профессиональные советы, и мужчина был рад выслушать ее мнение.

Наконец она отложила вилку в сторону и заявила:

— Я бы съела клубничного мороженого.

Это замечание как-то разрядило обстановку. Оно позволило увидеть в ней новые черты. Выяснилось, что она не только дипломированный бухгалтер, но еще и просто милая девушка двадцати шести лет. Да здравствует клубничное мороженое!

Закончив беседу, девушка поднялась из-за стола, изящным движением смахнула крошки со своей фланелевой юбки и вышла из зала.

— Ну и штучка! — с восхищением воскликнул один из посетителей (из тех, что сидел рядом и слышал весь разговор). — Зуб даю, эта девушка нас всех за пояс заткнет! Уж она-то знает, о чем толкует.

— Да, — подтвердил другой, — тот тип ей буквально в рот смотрел. Официант, счет, пожалуйста…

Интересно, что бы на это сказали наши бабушки?

В городе

Ей известно, что контора, в которой она служит, занимается продажей ванн — так сказать, улучшает санитарно-гигиенический облик окружающего мира. (Судя по всему, мир этот довольно чумазый, потому что продукция их разлетается прямо-таки в неприличных количествах.) А больше ничего она не знает и знать не хочет.

Подобно тому, как рядовой солдат не считает нужным вникать во все тонкости стратегии, так и она старается в меру своих скромных возможностей выполнять порученную работу. Все же прочее остается вне сферы ее интересов. Она, как и полагается, приходит на службу в 9:00 и уходит ровно в 5.

По прибытии на работу она немедленно окунается в привычную уютную атмосферу. Со всех сторон ее окружают такие же, как и она, работающие барышни. Она вешает свою маленькую шляпку на крючок рядом с другими шляпками и подходит к зеркалу. Окидывает свое отражение строгим, критическим взглядом — так, будто видит его впервые. Затем энергично встряхивает кудряшками и оборачивается лицом к комнате. Впереди ее ждет обычный трудовой день с мелкими радостями и неприятностями.

— Доброе утро, дорогая! — приветствует она подругу. — Как тебе моя новая завивка? По-моему, получилось ужасно. Кстати, Старый Брюзга еще не звонил?

Но у подруги имеются собственные потрясающие новости.

— Привет, дорогая! Ты в курсе, что Милли обручилась?

— Да что ты говоришь! И с кем же?

— А помнишь того парня со свинячьими ресницами, которого мы встречали в прошлом году на премьере «Золушки»? Его зовут Том. Как по-твоему, Милли хорошенькая?

— Пожалуй, да. В своем роде, конечно…

— Вот и я так думаю: в своем роде.

Вокруг набирает обороты привычная дневная суета: двери хлопают, приходят и уходят серьезные, вечно недовольные мужчины-начальники и озабоченные женщины-секретарши; дежурные «алло-алло» раздаются в ответ на телефонные звонки. А в маленьком аккуратном закутке для машинисток — ажурные металлические стулья с кожаными сиденьями, деревянные письменные столы, на них видавшие виды печатные машинки — собралась стайка ярких, оживленных девушек. Они увлеченно обсуждают собственные проблемы, которые, по правде говоря, волнуют их гораздо больше, чем дела конторы (хотя ради последних они, собственно, здесь и находятся). Фирма интересует их лишь как скопление отдельных более или менее приятных личностей. Все эти люди подверглись детальному обсуждению и получили соответствующие ярлыки. Так, «Старый Брюзга», по всеобщему мнению, настоящая скотина, мисс Джонсон — змея подколодная, зато мистер Хикс — прелесть и душка…

Девушкам-машинисткам даже в голову не приходит, что сами они не более чем прелестные бабочки в сфере коммерции.

Что касается нашей героини, то она не испытывала нужды в деньгах и вполне могла бы сидеть дома и «помогать матери по хозяйству». Однако такая перспектива ее не прельщала. Спокойному быту она предпочла карьеру работающей женщины со всеми вытекающими отсюда последствиями. А к таковым относились: ежедневное пребывание в офисе, волнующие поездки на электричке, обеденные часы в кафе-кондитерской, долгие доверительные беседы с подругами, послеобеденные чаепития со сладкими бисквитами и, самое главное, тонизирующее влияние десятков других людей, в отличие от нее по-настоящему заинтересованных в том, чтобы всучить свои ванны нуждающимся согражданам. Что еще можно сказать о нашей девушке? Ах, да, чуть не забыл! У нее есть пара ног, и ноги эти нуждаются в постоянно обновляемом запасе шелковых чулок. Точно так же, как хорошенькой головке требуется шляпка определенного фасона, а изящной фигурке — приличного покроя костюм.