Убийство на Оксфордском канале - Фейт Мартин

был пьян, но вопрос о том, достаточно ли было этого количества алкоголя для того, чтобы он потерял равновесие и свалился за борт, был открыт, — все зависело от того, насколько он был привычен к выпивке. Бывают ведь и такие, кто и после десяти пинт пива сохраняет трезвую голову.

В отчете говорилось, что участок тела между нижней частью живота и верхней частью бедер действительно сильно пострадал, не исключена травма от лодочного винта. Что это означает, Хиллари пока не поняла, но несчастный случай по-прежнему оставался в списке наиболее вероятных причин смерти.

Осведомитель Фрэнка говорил, что этот старикан специально искал Питмана. Зачем? Впрочем, здесь она ответа не получит — это уже ясно.

Внезапно она поняла, что выглядит очень глупо и к тому же совершенно не готова к допросу. Злость на Мэла, который отстранил ее от расследования, сыграла дурную шутку с ее мозгами. Хуже того, она так устала, что потеряла способность молниеносно соображать. А для копа нет греха страшнее этого.

Пока она раздумывала об этом, Джанин тихонько пискнула.

Кто-то прошел мимо окна.

* * *

Подходя к лодке, Джейк услышал голоса. И застыл на месте.

Альфи оставался на лодке один. Не сошел же он с ума, чтобы говорить с самим собой?

Парням возвращаться тоже было не с руки. Утром на лодку наведался сам Люк Флетчер, рассказал, что в Оксфорде все пошло прахом, и велел как можно скорей приготовиться к разгрузке. Вскорости явились ребята с припаркованных в лесу грузовиков и торопливо вынесли с лодки весь товар.

Остаток дня они с Альфи работали до седьмого пота, отдраивая каждый уголок на случай, если легавые приведут с собой собак.

Флетчер изо всех сил старался держаться подальше от лодки, так с какой стати ему снова посылать парней? Да и зачем? Спроси его, и он скажет, что ни сам он, ни его люди в жизни не слышали ни о каком «Тайм-ауте».

Джейк знал, что если его спросят, он должен сказать, что они с Альфи взяли лодку напрокат, чтобы отдохнуть. Копы, конечно, будут ржать как кони, но все равно ничего не докажут.

Джейк опасливо ступил на нос лодки и заглянул в окошко на двери.

Оттуда на него смотрело черное лицо.

Джейк отпрыгнул на бечевник и успел отбежать на два шага прежде, чем заставил себя остановиться.

Томми Линч еще только поднимался во весь свой рост, выбравшись из двери на корме, а Джейк уже развернулся и настороженно пошел обратно к лодке.

* * *

Мэл свернул на ту же разбитую дорогу, что и Хиллари получасом раньше. Заметив на обочине ее автомобиль, он пробурчал что-то себе под нос.

Констебли на заднем сиденье подобрались и вытянули шеи. Фрэнк Росс ухмыльнулся и щелчком отправил окурок в окошко.

— Потуши, — зло рявкнул Мэл. — Только пожара нам тут не хватало!

Фрэнк с грохотом выскочил из машины и оглянулся. За спиной — ни смешка, ни шепотка. Констебли слишком хорошо знали Фрэнка.

Мэл вылез из машины, гадая, как это он ухитрился так раззадорить Хиллари. Зря Маркус с самого начала назначил ее на это дело. Знай он, во что все выльется, ни за что бы не стал.

Вздохнув, он жестом велел констеблям следовать за ним и зашагал вверх по бечевнику. Сквозь облака выглянуло жаркое солнце. Славный будет вечер. Жаль, что никому он даром не сдался.

* * *

Томми не понял, почему Гасконь вдруг раздумал бежать. Он собирался удрать, это точно. И вот пожалуйста — под бдительным взглядом Томми курчавый темноволосый прохвост неохотно побрел назад.

За спиной у Томми на лестнице стояла Хиллари. Она не хотела оставлять Джанин наедине с Мейкписом, но кто-то же должен прикрывать Томми спину.

— Мистер Гасконь, я полагаю? — надо было брать дело в свои руки, и быстро. — Я инспектор уголовной полиции Грин, а это констебль Линч. В каюте — сержант Тайлер. Мы тут перебросились парой слов с вашим другом мистером Мейкписом. Не желаете присоединиться к беседе?

Томми понял намек и шагнул в сторону, пропуская Гасконя. Настороженный, как кот, Гасконь поднялся на борт и по коридору прошел в гостиную. При виде Джанин он удивился — не ожидал, должно быть, что сержант окажется красивой молодой блондинкой.

Она успела встать на ноги — бледная, бледнее обычного, но успешно скрывая страх. Хиллари знала, что тут ей ничем помочь невозможно. Со страхом человек должен справиться сам.

— Садитесь, пожалуйста, мистер Гасконь. Альфи только что рассказывал мне о Дэйве Питмане, — солгала она.

Попытка была хорошая.

— О каком еще Дэйве? — немедленно переспросил Мейкпис, бросив на Джейка предупреждающий взгляд.

Джейк картинно уселся на стул, ранее занятый Хиллари, и нагло расставил ноги. Из миски с фруктами на столе он взял яблоко.

— Вы помните ночь восьмого числа? — без особой надежды спросила Хиллари.

Гасконь с громким хрустом откусил от яблока.

Словно по сигналу, Мейкпис запустил руку в пакет и извлек оттуда пригоршню диетических крекеров. Оба жулика со вкусом зачавкали, разглядывая Хиллари.

Ей захотелось плюнуть.

* * *

Мэл вышел к лодке пятью минутами позже. Он услышал голоса — женский и низкий мужской. Когда Мэл, Росс и два констебля миновали окно, голоса умолкли. Со смесью радости и досады Мэл прочел на носу название лодки.

В этом вся Хиллари — если есть что искать, она найдет. А потом заберет себе.

Он вошел без стука.

* * *

Мейкпис мгновенно уловил повисшее в воздухе напряжение, хотя Мэл изо всех сил делал вид, что Хиллари ждала его появления, а Хиллари так же старательно притворялась, что да, ждала, и еще как.

— Вы не против, если мои ребята осмотрят лодку? — спросил Мэл у Мейкписа, но ответа дожидаться не стал.

— А ордер у вас есть? — грубо спросил Гасконь.

Мэл сухо сообщил, что ордера нет.

— Валяйте, осматривайте, — бросил Мейкпис, неодобрительно покосившись на Гасконя. Видно было, что Мейкпис знает, как держать себя с копами.

Ничего они, конечно, не нашли.

Неохотно вняв намекам Мэла, Хиллари вслед за ним вышла наружу. Фрэнк Росс подобрался поближе, шевеля ушами как локаторами, но его ждало разочарование. Мэл сказал только, что попробует получить ордер, а Хиллари, раз уж она здесь и принимает дело так близко к сердцу, пусть руководит обыском.

И все же ни от кого не укрылось, что это была выволочка. Понял даже Мейкпис, который с искренним интересом следил за сложными отношениями в нагрянувшем к нему отряде.

* * *

Вернулись они уже в сумерках.