Кукловод. Капер - Константин Калбазов

Патрику без особого труда удалось заманить Моргана к себе на бригантину. Здесь прославленного пиратского адмирала банально оглушили, а потом накачали снотворным. В течение часа на судно подтянулись еще остававшиеся на берегу члены команды «Глории», которые ставили точку в разыгрываемой комедии.

Вот уже несколько дней его парни распространяли по Лондону сплетню о том, что, мол, Моргану изрядно надоело сидеть без дела, и он рвется на Карибы. Конечно, подобные разговоры велись и раньше. Но без особого нажима, так, промежду прочим. Тут же парни едва не рвали на груди рубахи, доказывая, что настоящий моряк не выдержит долгого сидения на берегу и сбежит.

Тем более что коль скоро его содержат под домашним арестом как героя, то ему ничего и не будет. А так, пока суд да дело, он еще успеет насыпать испанцам перцу на хвост. Видит Бог, они этого заслуживают. Что же до короля Карла, то он непременно простит своего корсара. А то как же? Он ведь настоящий герой Англии. Кто такого тронет. Вон губернатор Ямайки, Модифорд, сидит себе в тюрьме, под замком. Поговаривают, правда, хорошо так сидит, даже с девочками. Но Морган-то и вовсе вольно разгуливает по городу…

Покончив со всеми формальностями, с началом отлива «Глория» снялась с якоря и двинулась вниз по течению. Уже к полудню бригантина резво рассекала воды Канала[4]. Обычно корабли затрачивали на переход через Атлантику два, а то и три месяца. «Глория», или все же «Охотник», справлялся с этой задачей всего за месяц. Во всяком случае, до Англии они добирались именно столько времени.

…Бригантина уверенно рассекает морские волны. Кевин вполне справляется с ее управлением. А Патрику нужно было заняться другим, но не менее важным делом. Он сидел за столом в своей каюте и внимательно изучал чертежи. В принципе, Шейранов их не просто изучил, но даже пощупал руками изготовленную из пластика модель. Однако теперь пришла пора разобраться в этом хитросплетении Кларку. А у него с механикой было не очень.

Нет смысла стоять над душой у своего подопечного все время плавания. Чем дольше находишься в теле носителя, тем дольше срок реабилитации. Так что этот длительный переход – хороший повод для того, чтобы немного прийти в себя. Ну и Кларку нечего терять время почем зря. За время перехода он успеет не только собрать весь стан для проделывания нарезов в пушках, но и как минимум нарезать половину стволов. А то и все. Как дело пойдет.

Конечно, Шейранов поможет ему со стороны посредством аппаратуры съемочной группы. Но все же неплохо бы, чтобы Кларк понимал, что делает. Ведь придет время, когда Шейранов оставит его, и Патрику придется самому выгребать в этом мире бушующем. Поэтому не помешает передать ему столько знаний, сколько удастся впихнуть в его голову.

– Войдите! – услышав стук в дверь, громко произнес Патрик.

– Капитан, там этот Морган пришел в себя.

– Вот как. – Патрик взглянул в окно, наблюдая сквозь тучи бледный отблеск заходящего солнца. – Впрочем, как раз пора. Ну, пошли поговорим с прославленным адмиралом, – отодвигая от себя бумаги, решил он.

Моргана разместили в трюме, устроив специально для него железную клетку. Впрочем, доверяться ей Патрик вовсе не собирался. Ему нужно было доставить пленника в Пуэрто-Рико живым. Поэтому мало того, что пирата держали в специальных кандалах, так за ним еще постоянно следили двое бойцов. Вот так серьезно. Чтобы ни кораблю, ни себе вреда не причинил.

– Ну как похмелье, адмирал? – подойдя к клетке в свете фонарей, поинтересовался Патрик.

– Ты кто? А-а, припоминаю. Капитан Мерфи.

– Вообще-то Кларк.

– Один хрен, ирландская собака.

– Это да. Я чистокровный ирландец. Ну и как голова? Не болит?

– Есть немного. Чем это меня?

– Этим, – Патрик указал на дубинку у пояса одного из надзирателей.

– Интересно придумано. Итак, чем обязан моему похищению?

– А самому догадаться трудно?

– Испанцы? – дернувшись в кандалах, прикрепленных к балке, с ненавистью едва не выплюнул Морган.

– Они самые, – совершенно спокойно ответил Патрик. – У них к вам весьма солидный счет. Жаждут предъявить и получить оплату.

– А ты, значит, продажная собака, решил им подлизать.

– Хотите меня рассердить? Напрасно. Я на трупы не обижаюсь.

– Ну умереть-то можно по-разному.

– Это верно. И я вам не завидую.

– Это точно. Завидовать тут нечему, – с горькой ухмылкой подтвердил Морган. – Может, явишь милость и прикончишь? Засыплешь солью да представишь им труп.

– Вообще-то мне претит передавать людей в руки святой инквизиции.

– Инквизиции…

Морган оказался мужиком волевым и в истерику не впал. Но, как видно, попасть в руки этих лицемерных святош ему не улыбалось. И как бы он ни владел собой, но заметно побледнел. А кто бы остался равнодушным к такой перспективе? То-то и оно.

– Вы жгли и грабили церкви, пытали и убивали священников. Так чего же вы ждали?

– Считаешь, что ты лучше меня?

– Не считаю. Я знаю, что я и мои парни намного лучше. Вы со своими подручными безжалостно пытали ради пары серебряных монет. Мы же передадим вас в руки палача ради того, чтобы получить возможность помочь своим братьям и сестрам, которых англичане походя отправляют в рабство. Так что разница очевидна.

– Ну так доставь им мой труп. Эти собаки получат то, что хотят.

– Не выйдет. Они хотят устроить вам суд, который затем предадут огласке. А какой прок судить труп? Вот и выходит, чтобы я и мои товарищи по несчастью получили желаемое, мы должны доставить вас живым. Так что можете даже не стараться покончить с собой, у вас не получится. Если только не хотите, чтобы ваши мучения начались несколько раньше, чем мы прибудем в Пуэрто-Рико. Я это к вашим возможным попыткам самоубийства.

– Ведь ты знаешь, что меня ждет.

– Скажем так, я предполагаю.

– И ты сможешь отдать меня этим упырям?

– По мне, так вы куда больше заслуживаете этого, чем ле Пикар. А его я уже передал испанцам.

– Когда?

– Три месяца назад. Сомневаюсь, что вы успеете встретиться.

– Ясно. И ты пришел сюда позлорадствовать? – откинув голову к стене, равнодушно произнес Морган.

– Лично мне вы насолить не успели, поэтому в злорадстве не вижу смысла. А вот просветить вас по поводу будущей судьбы считаю нелишним, поскольку неизвестность намного хуже. Измываться и досаждать вам здесь никто не станет, разве только кандалы и постоянная опека двоих парней. Питаться будете наравне со всеми. Кроме этого, вас каждый день будут выводить на палубу подышать свежим воздухом. Вы, конечно, можете попытаться совратить моих людей и подбить их на бунт, но вынужден вас разочаровать. Мы все до неприличия сильно ненавидим англичан, потому что с их помощью прошли через рабство и плантации сахарного тростника.

– Не утруждай себя. Я все понял.

Больше говорить было не о чем, поэтому Патрик, не прощаясь, развернулся и пошел прочь. Выйдя из помещения, отведенного под арестантскую, он прошел мимо закрепленных тюков и ящиков с различными товарами. Глупо было бы побывать в Европе, иметь при себе свободные средства и не прикупить кое-что необходимое. Конечно, он собирался заняться каперством, и тогда ему все достанется практически бесплатно. Но, во‑первых, когда это еще произойдет, а колонию нужно развивать. Во-вторых, купцы ведь не возят товары под заказ. Так что многого попросту не будет доставать.

Миновав отсек с товарами, он вышел на довольно просторный и свободный участок нижней палубы. Относительно свободный. Вдоль бортов были уложены пушечные стволы. Стояло несколько ящиков. В деревянных каркасах покоились два громоздких, диаметром не меньше полутора метров, маховых колеса будущего стана. Вот здесь-то он его и будет собирать. Привлечет отца и сына Уолшей.

Только когда его нога нащупала первую ступеньку трапа, ведущего наверх, Шейранов понял, что думает обо всем этом, только бы не думать о Моргане. Что ни говори, но передавать его инквизиции… Хм. А не испытывает ли он чувство вины? Очень похоже. И то, что он выходец из гуманного и просвещенного общества, тут не играет никакой роли. Кларк из этого жестокого семнадцатого века, но и ему как-то не очень. Нет, он не отступится, но факт остается фактом.

Хм. Если он не может разобраться в себе, то что же говорить об остальных. Да, они католики. Вот только никогда не видели разгула инквизиции, что очень даже присутствует в испанских владениях. Впрочем, чего это он? Здесь и сейчас казни – сродни шоу его времени. Так что сомнительно, чтобы нашлось много тех, кто походил бы на Кевина и Мартина, коим претит мысль о передаче кого-либо в лапы инквизиции.

Впрочем, нужно будет поговорить со священниками. Пусть поработают с командой. А то не хватало еще, чтобы Морган совратил кого-нибудь. Человек слаб и падок на грехи. Так что заручиться поддержкой со стороны священников не помешает. Тем более, одного из них Патрик собирался оставить на корабле в роли капеллана.