S-T-I-K-S. Лучник 2 (кваз) - Валерий Геннадьевич Шмаев

живым. Можно без ног или рук, но живым. Раздай наблюдателям и группе захвата винтовки. Лучник никогда с большой группой не ходит, а десяток человек завалить не особенно сложно. За живого десять красных жемчужин, а дохлый он мне не нужен. Тот, кто его завалит, может закопаться самостоятельно. Я его даже внешникам не отдам – сам на куски порежу.

Глава 12

Прошло четыре недели, и все это весьма тяжёлое для участников прошедших событий время каждый занимался своим любимым делом. Группа Лучника болталась по окрестностям стаба Сосновый. Именно туда Платон отправился, пока его не принялись гонять по ближайшим к областному центру окрестностям различными обгаженными тряпками.

Боевые группы Соснового тщетно пытались высмотреть Лучника на трассе между тем самым областным центром до донельзя истрепавшейся тряпичной куклы, попутно матеря «эту долбанутую на всю башку падлу». Непонятно только, кого они имели в виду – самого Лучника или неповинную ни в чём бывшую штору, приткнувшуюся к ограждению видавшей виды автобусной остановки.

Ганс с Квазимодо в то же самое время исходили желчью у себя в стабе, а Кастет с Тихим, повизгивая от восторга, выгребали до голых стен склады переданной им воинской части, попутно освободив при перезагрузке город Славный от иммунных «свежаков» и склад с мясными деликатесами. Причём в этот раз двумя фурами копчёностей и колбас приборзевшие руководители Минутки не ограничились и утащили в свой стаб ещё три десятитонных рефрижератора с замороженным мясом. Непонятно только, где они взяли эти самые рефрижераторы – в Славном таких машин отродясь не водилось. Видимо, припёрли с собой.

Боцман с командой во всей этой вакханалии тотальной мародёрки участвовали только в качестве охраны колонн, попутно выторговав себе «право первой ночи». В том смысле, что и с воинской части, и с колбасного завода команда Лучника поимела очень немаленькое количество вкусных и стреляющих ништяков. Ну и по городишку периодически бойцы пробегались, выхватывая то тут, то там интересных для своей команды людей и самую разнообразную сладкую, солёную и алкогольную жизнь.

По крайней мере, десятитонный грузовик, набитый шоколадом, печеньем, разнообразными соками, алкоголем и газированной водой, они точно себе оторвали. Да и так всевозможные вкусняшки гребли без меры и тормозов, как будто впервые всё это съедобное великолепие увидели.

А для Платона и его группы это был отдых и ненапряжное времяпровождение. Разумеется, они пару недель посидели не так далеко от монументальных стен Соснового, послушали внутренние переговоры охраны, разведали окрестности и срисовали, насколько это возможно, личности мимо проезжающих боевиков, но именно без особенного напряга.

Хулиганить рядом со стабом пока было нельзя, да и подходить к нему близко тоже – сенсоры пока никто не отменял, поэтому разведывать округу пришлось с помощью постоянно носимых с собой квадрокоптеров. Ну и остатки фугасов и радиоуправляемых мин тоже прикопали во всяких разных особенно удобных местах. Так – на всякий случай. Мало ли пригодятся?

Отработавший своё грузовик приткнули в крайнем дворе одной из деревень, даже не думая к нему возвращаться. То, что машину обнаружат муры Квазимодо, Платон ни капельки не сомневался, и именно поэтому не позволил Сенсею её минировать. Пусть ребятки посидят около грузовика подольше, а чтобы машину не угнали случайные рейдеры, Сенсей по-быстрому сдёрнул с отработавшей своё машинерии аккумулятор и прикопал его на огороде соседнего двора.

Набегавшись в окрестностях Соснового и даже никого при этом не угробив, Лучник увёл свою команду к тому самому озеру, что находилось рядом с Убежищем, и на две недели затихарился около него. Правда, на другой стороне. Там как раз имелся очень удобный, покрытый кустами лесного орешника полуостров. Надо было помыться, постираться, слегонца отдохнуть и сменить род деятельности. Чем они две недели и занимались. Однако спутники Платона об Убежище даже не подозревали, а посвящать их в подобные интимные подробности он не собирался.

Беата с Тиной и Сенсей с Таней пришли от озера в восторг, а о грысях и говорить нечего – они вернулись домой и беспечно рассекали по округе, периодически заскакивая на стоянку. Чисто за пожевать – они тоже по рыбе соскучились. В том смысле, что в первый же день Сенсей по наводке Платона обнаружил спрятанную в кустах дюралевую лодку и принялся рыбачить, так как чуть позже Лучник притащил заныканные Боцманом сетки, а Татьяна поразила всех своими кулинарными способностями. Так что по свежей рыбе оторвались все без исключения, а то продуктовый сухпай от внешников уже всем прилично надоел.

Конечно же, про охранные обязанности грыси не забывали и периодически докладывали Платону о своих в основном ночных подвигах – за две недели они убили больше трёх десятков неиммунных, периодически шарящихся по округе. В основном спидеров, бегунов и лотерейщиков. От встречи с высшими неиммунными бог Улья их избавил. Очищали незваных гостей Сенсей с Таней. Так что все были в курсе ночных похождений уникальной охранной системы Лучника.

К сожалению, всё рано или поздно заканчивается, и в один из прекрасных июньских рассветов, так, по крайней мере, ощущалось по погоде, к Платону пристали Тина с Беатой. Лучник только что вылез из чистой прохладной воды и, не отходя далеко от берега, рухнул в невысокую прибрежную траву, даже не заморачиваясь с одеждой. Тем более что надевать кроме надоевшего комбинезона в общем-то нечего. Так – повязку набедренную намотал, чтобы драгоценностями перед зрителями не трясти, да и только.

– Зачем мы здесь? – в лоб спросила Платона Тина.

– Как тебе объяснить? – лениво приоткрыв глаза, протянул нежившийся в прохладной росе командир отряда. – Ладно. Объясню с самого начала. Мы выкатили руководителю нехилого стаба практически немыслимые условия нашего дальнейшего сосуществования, по пути обломав его в нескольких очень выгодных для него проектах. Это здорово ударило по самолюбию Квазимодо. Неприятно, но не смертельно. При этом, не обнаружив нас, он может начать толкаться с Тихим и Кастетом, но они не мальчики для битья и тоже обладают определёнными связями и очень немаленькими возможностями. То есть если руководители Минутки в том же Колизее откроют рот, то Квазимодо придётся заползти к себе в стаб, прикинуться ветошью и постараться сделать так, чтобы о нём надолго забыли, а это очень плохо для тех дел, которыми он по-прежнему пытается заниматься. При этом я дал понять Гансу, что непосредственно к Минутке наш отряд никакого отношения не имеет. То есть мы обычные наёмники, а, значит, нас можно попробовать поискать и захватить. Что мы с вами целых две недели и лицезрели – из Соснового раз в несколько дней выезжали большие колонны внедорожников, а через сутки те