Место, которое мы называем домом - Роберт Дж. Грант

«Я начинаю очень злиться, когда думаю об этой сфере. Когда я, как психиатр, вижу столько самоубийств на почве некоторых фундаменталистских религиозных учений, наделявших дьявола большей силой, чем Бога, я тоже впадаю в гнев. Ненавидеть всех людей, которых ненавидели твои родственники, — этому можно только научить. Тебя учат бояться людей, отличающихся от тебя цветом кожи и глаз. И почти не описать тот ужас, который царит там.

Все эти предубеждения в этом так называемом аду разбивались вдребезги. Я видел, какой ад создают по ту сторону жизни наше предрассудочное мышление, наши мысли о собратьях наших. Не лучше ли нам как можно скорее пересмотреть то, чему мы учим наших детей, нашу молодежь, а также наши предрассудки — и чем быстрее, тем лучше».[136]

Точно так же как существуют райские и адские переживания на земле, есть различные степени их и после смерти — от чрезвычайно мучительных и адских до тусклых и до чрезвычайно ярких. Они — метафоры переживаний души после смерти. Одно из тусклых измерений жизни по эту сторону — это тень ограничивающих убеждений в потусторонней жизни. В «Свидетельстве Света» Френсис Бэнкс описывает через Хелен Гривз переживания в сферах, называемых «страной теней»:

«...с разрешения матери Флоренс мне было позволено сопровождать ее и некоторых из Сестер в их миссионерской работе в Стране Теней. Это благотворный опыт. Мне специально поручили поведать вам об этом печальном приключении... Ибо, возможно, было бы полезно пролить свет на ошибочность представлений о Рае и Аде, которые прививались нам многие века... что есть Небеса, что есть сферы невообразимой радости и запредельной красоты, выходящие за пределы любого состояния развития и доходящие до Духовных Миров Божественной Мысли, выходящие далеко за пределы любого нашего представления о них. Таково продвижение души к этим Сферам Совершенства и Вечности, в которых совершается путешествие вперед и вверх.

Но там есть также и адские миры, которые отличаются от человеческих искаженных представлений об телесных адских муках в огне. Там есть адские сферы духа и ума, закрепощающие состояния страданий; мрак, подавленность и агоническое состояние сознания их обитателей создает все это. Но эти адские сферы не вечны. Человек, претерпевающий эти душевные муки, вынужден оставаться там до тех пор, пока его удерживают там его желания. Он обладает свободой сопротивляться таким проявлениям своей низменной природы как ненависть, жестокость, вожделение, которые он сохранил в себе с земной жизни и которые держат его в темнице среди таких же как он... Ни одна душа не остается безутешной, если только она сама этого не пожелает...

Страна Теней — это вполне реальное место, окутанное кромешной тьмой, к которой приходится привыкать, убогое обиталище, населенное несчастными замученными существами, которые глумятся и насмехаются, и продолжают свое извращенное существование. Иногда эти несчастные души живут в ненависти и бунте, иногда в безразличии, а порой рьяно отрицают возможность других состояний сознания...»[137]

На многих из нас, кто пытается найти цель в жизни и понять ее смысл, взгляды Френсис Бэнкс и д-ра Ритчи на сферы рая и ада возлагают огромную ответственность и предлагают бесконечные возможности для этой жизни и для продолжения жизни после смерти. Насколько мы расширяемся, учимся и растем в любви, милости и мудрости, насколько же и наши души развиваются в направлении более высоких измерений любви, милости и мудрости после смерти. Точно так же, мы можем видеть последствия ограниченности ума, упрямства и отказа учиться любви и прощению. Нет необходимости взвешивать наши грехи после смерти. Наши мысли убеждения и действия сами являются судьями и присяжными, которые благословляют нас или проклинают нас в соответствии с тем, что мы сделали с нашими возможностями.

В начале пятидесятых вышла уникальная книга, которая пролила свет на эти понятия. The Boy Who Saw True («Мальчик, который ясновидел») — это посмертно опубликованные серии дневников, в которых отражена жизнь одного ребенка, обладавшего сверхъестественными способностями. Как и Эдгар Кейси, этот ребенок уже в детстве обладал экстрасенсорными способностями, и он приходил в замешательство, не понимая, почему все остальные члены его семьи не видят умершего дедушку, который выступал для этого мальчика в качестве ангела-хранителя. Этот мальчик начал вести дневник в 1885 году, и он фиксировал на своем детском языке отношения с людьми, которые были живы и которые умерли. Его записи о ясновидческих видениях отражали некоторый интересный материал о жизни после смерти, о развоплощенных существах и о природе перехода после смерти из физической жизни в жизнь души. Этот мальчик осознанно видел мертвых и пересказывал их беседы своему учителю и наставнику г-ну Пэтмору, который дословно записывал все диалоги.

В одном из диалогов мальчик беседовал со своим умершим дедушкой, которого он расспрашивал про бабушку, а также, почему они оба больше не вместе, как раньше, в физическом мире:

«Я спросил его [дедушку] почему бабушка нас теперь не навещает. И он поведал нечто о душах, живущих в скорлупе своих мыслей, как птицы в скорлупе яиц, чем рассмешил нас, поскольку нам это показалось смешно. Он рассказал нам, что, когда бабушка была еще на земле, она, как и многие другие, считала, что ее и других людей ждет спасение. «А теперь, — сказал дедушка, — она живет в мире мыслей, который был создан ею самой и другими их ложными убеждениями. В доме Отца нашего много обителей»».[138]

Бабушка находилась в пространстве мыслеформ, где она с другими единомышленниками в буквальном смысле водила хороводы вокруг большого трона. Если какой-либо из духов-проводников или ангелов приходил, чтобы убедить их подняться на более высокий уровень сознания, бабушка и другие вопили от ужаса, полагая, что дух, посетивший их, был демоном или посланником ада. Она считала, что только те души, которые находились в ее сфере, были «спасенными» душами. Весь остальной мир, согласно этому убеждению, можно отправить в преисподнюю!

«Когда мы спросили дедушку о том, что с ним, он сказал, что, хотя он верит в Бога и во все такое, он сильно не задумывался над тем, какой будет потусторонняя жизнь, поэтому он в отличие от бабушки не тратит свою жизнь на пение гимнов вокруг воображаемого престола Бога... Он сказал нам, что бабушка была очень упрямой старой женщиной и что она такой и осталась, и что бы он ей ни говорил, не могло изменить ее, пока ей самой не надоело все это и она не начала искать что-то лучшее. Он сказал нам, что это большая ошибка иметь предрассудочные понятия, какие были у моей покойной оплакиваемой бабушки. Но не будучи уверен в том, что он имеет в виду, я еще раз переспросил об этом г-на Пэтмора, который сказал, что это бывает, что люди в чем-то слишком уперты, если у них нет ничего лучшего...»[139]

Мальчик и его гувернер г-н Пэтмор вели хронику общения с некоей душой, привязанной к земле. Когда Пэтмор вместе с мальчиком поехали в старый замок в Уэльсе, ребенок начал ощущать присутствие некоего духа, который стоял рядом и о чем-то предупреждал Пэтмора. Далее следует описание беседы, которую они вели с этим духом, не способным поверить в то, что он умер:

«Дух, который внезапно появился, был старинным приятелем г-на Пэтмора... Первое, что он сказал, это: »Привет, Пэтмор. Как забавно видеть тебя здесь». Затем г-н П. спросил, кто он такой. И [его друг] ответил: «Что за вопрос?»... Он был удивлен тем, что г-н П. не узнал его. Г-н П. был также очень удивлен и сказал, что он был приглашен сюда, и что, разумеется, он не может узнать его, потому что не может видеть тех, кто умер... И теперь я буду записывать по диктовку все то, то, что г-н П. говорит мне... Г-н П. говорит, что я для того чтобы сэкономить время, могу вместо «Пэтмор» писать П., а вместо Клиффа — К. [для развоплощенного друга].

К. Что ты здесь пишешь?

П. Я записываю то, что ты говоришь.

К. Какого черта?

П. Потому что хочу запомнить, что ты говоришь нам.

К. Что за чепуха!

П. Вовсе нет. Мне интересно. Мне очень приятно, что ты пришел. Но ради чего ты здесь?

К. Мне нравится это место. И я захотел увидеть его снова. Именно я рассказал вам об этих комнатах.

П. Да, знаю. Теперь скажи мне, каково тебе сейчас?

К. Я никогда в своей жизни не чувствовал себя лучше физически, но моя душа находится в некотором смятении. Прямо какое-то проклятие...

П. Прежде ты был агностиком. Полагаю, теперь ты изменил свои взгляды?

К. Разумеется, нет. К чему мне их менять.

П. Потому что ты должен знать, что теперь ты живешь в мире ином.

К. Я ничего об этом не знаю, и я не верю во всю эту чепуху, которую рассказывают мне некоторые люди. Кстати, кто этот подросток, и почему он вынужден повторять все, что я говорю?