Воспоминания юнги Захара Загадкина - Павел Ильин

-- Давно подсчитывают, да это нелегкая работа. Судите сами, у нас есть такие маленькие народы, что полностью в одном селении умещаются. Бывает и так, что в одном селении живут две народности, и каждая на своем языке говорит! Встречаются языки, о которых, кроме специалистов, никто и не слыхал. Наша страна -- клад для ученых-языковедов. Древние путешественники неспроста называли ее "горой языков"...

Рассказал историю десяти открыток и спохватился, что забыл назвать столичный город, где беседовал с учителями. А надо ли его называть? Наверное, все знают, а кто не знает, тот спросит товарища.

Самое, самое...

Кое-кто убежден, что Захар Загадкин всегда попадает впросак. Это неверно, и, чтобы рассеять обидное для меня, а главное, глубоко ошибочное мнение, расскажу о фотографе, с которым встретился в городе Махачкале. Вы ничего не слышали о дагестанском селении Куруш? И я узнал о его существовании совершенно случайно. Многие великие путешественники любили в нашем возрасте мысленно странствовать по карте. Я тоже этим увлекаюсь. Зажмурю глаза, наугад ткну карандашом в карту, потом исследую, как удобнее к тому месту добраться. Так я натолкнулся и на Курущ. Увидел, что селение горное, однако дорог к нему не отыскал; на карте их не было.

Как же туда ездят? Не найдя ответа на этот вопрос, решил справиться на городской автобусной станции. Но разве скажешь работникам станции, что пришел ради обыкновенного географического любопытства? И я спросил кассиршу, можно ли купить билет в селение Куруш,

-- Наши махачкалинские автобусы туда не ходят, -- ответила кассирша. --Поезжайте поездом до Дербента, там пересядете на местный автобус и большую часть дороги проедете...

-- А меньшую?

-- Меньшую верхом. В Куруш только горная тропа ведет. Тропа крутая, опасная, но другой нет -- селение высоко в горах. А кто у вас в Куруше, знакомые?

-- Нет, просто хочу посмотреть, как люди живут.

-- Что ж, счастливого пути, посмотрите, как люди живут, Не пожалеете, -- добавила кассирша и почему-то хитро улыбнулась.

Загадочная улыбка мне не понравилась, -- интерес к Курушу остыл. Скакать на диком коне по краю бездонных пропастей? Нет, до таких путешествий я не охотник. На корабле ничего не боюсь: корабль -- создание человеческого ума. А лошадь... Кто знает, как она поведет себя в ответственную минуту: вдруг оступится на крутой тропе и я вместе с ней сорвусь в пропасть?

Вернувшись в гостиницу, где я остановился, застал в своей комнате с двумя кроватями какого-то щуплого мужчину, который раскладывал по столу фотоснимки. На подоконнике лежали два фотоаппарата. Догадавшись, что передо мной человек, с которым мы будем жить в комнате, я познакомился с ним и попросил показать фотоснимки.

-- Пожалуйста, -- ответил фотограф. -- Такие снимки редко увидите: я --специалист по самому, самому... Не совсем понятно? Сейчас поймете. К примеру, вот -- Оймякон; этот снимок называется "Как живут люди в самом холодном месте нашей страны". А вот -- Термез; подпись под фотографией: "Как живут люди в самом жарком месте нашей страны". Вот самое восточное место --остров Ратманова, самое южное -- аул Чильдухтер, самое северное -остров Рудольфа. Могу показать самое западное, самое низкое, самое дождливое, самое сухое... А это мой последний снимок -- самое высокогорное селение Дагестана да и всей Европы, если согласиться с теми учеными, которые считают, что южная географическая граница между Европой и Азией проходит по Главному Кавказскому хребту.

-- Что же это за селение?

-- Куруш.

-- Как, вы были в Куруше?

-- Только что оттуда. Ну и путешествие! По здешним горным дорогам в машине едешь, и то дух захватывает -- петляешь над пропастями, один поворот опаснее другого. А в Куруш и такой дороги нет -- вьючная тропа до того узка, что двоим не разминуться. Под ногами -- облака, над головой -- каменные кручи, а твой конь жмется к скале где-то между небом и землей! Много страху натерпелся, но очень хотелось пополнить свою коллекцию снимков.

Позавидовал этому человеку -- с виду щуплый, а какая могучая сила воли!

-- На узкую тропу я не в обиде, -- продолжал фотограф. Досадно, что попал впросак с этой поездкой: людей не заснял. Не оказалось населения в Куруше!

-- Не может быть! В каждом селении есть население...

-- А в Куруше нет!

-- Неужели землетрясение было? И все погибли?

-- Понятия не имею. Не у кого было спросить: на улочках ни души. Сакли полуразрушены, между ними облака висят. В селении -- сакля над саклей лепится, а жителей нет. Снимок неплохой, да что проку? Его не назовешь "Как живут люди в самом высокогорном селении"!

Тут я сообразил, почему кассирша хитро улыбалась. Ведь я сказал, что хочу посмотреть, как в Куруше люди живут. Она думала, что я туда поеду и попаду впросак! А я не поехал, впросак попался фотограф!

Сами понимаете, я не мог успокоиться, пока не разгадал тайну Куруша. Что же выяснилось? Самое высокогорное селение находится в одном месте, его жители -- в другом! И не так чтобы близко от селения -- в четырехстах километрах!

Махачкалинский "водяной"

В жаркий солнечный день я лежал на городском пляже в Махачкале и наблюдал за морем. Каспий усердно гнал ко мне прибойные волны. Ударяясь о камни близ берега, каждая волна разбивалась на тысячи брызг. Солнечные лучи преломлялись в брызгах, и над камнями вспыхивала бледная радуга. Затем волна перекатывалась через камни, радуга гасла в кипящей белой пене, но другая волна вновь озаряла их прозрачным сиянием. Это было удивительно красиво.

-- Любуешься? -- раздался мальчишеский голос. Я обернулся и увидел паренька моих лет.

-- Конечно, любуюсь...

-- И правильно делаешь! Хотя, откровенно говоря, в игре волн нет ничего особенного -- прибой везде одинаков. Если хочешь повидать особенное, не поленись и проводи меня домой. Покажу, чем Махачкала славится.

Я согласился, и мы зашагали по улицам города.

Перевалило уже за полдень. Солнце пекло вовсю, вдобавок задул знаменитый махачкалинский ветер. Город хороший, но ветер в нем неприятный --сухой и пыльный: насыпал столько мелкого мусора за шиворот, что опять захотелось купаться. Паренек словно угадал мои мысли и, когда мы проходили мимо павильона-душа, предложил:

-- Зайдем?

Зашли. Разделись и прыгаем в струях горячей воды.

-- Ты и есть Загадкин? -- сказал паренек. -- Я о тебе слышал... А отгадывать тоже умеешь? Осилишь мою загадку?

-- Попробую.

-- Нравится тебе этот душ?

-- Душ как душ, самый обыкновенный...

-- Ну, если обыкновенный, идем дальше.

Вышли из душевого павильона, пересекли площадь. У невысокого здания остановились купить мороженое.

-- Это наша баня, -- показывает паренек на матовые стекла в окнах. --Жаль, в душе были, не успели вторично запылиться... А то зайдем? И здесь вода горячая.

-- Нашел чем хвастать -- горячей водой! Не вижу в ней ничего особенного.

-- Если не видишь, пойдем еще дальше. Ты не унывай, теперь близко: за углом моя квартира.

А на углу -- девушка с ведром у водоразборной колонки. Над ведром пар клубится. -- Это у вас ловко придумано, -- говорю пареньку.-- Из уличной колошей кипяток течет!

-- Не совсем кипяток, но придумано неплохо... Добрались к дому паренька. В сенях -- корыто с бельем,

рядом -- женщина в платочке. Отвернула она водопроводный кран, оттуда горячая вода полилась, из корыта пар повалил.

-- Хороша вода, тетя Клаша?

-- Хороша.

-- То-то, -- обращается ко мне паренек. -- Наша горячая вода даже в дома проведена...

-- Что ты о воде да о воде? Где же обещанная загадка?

-- Я ее давно загадываю, а тебе и невдомек...

-- Это о горячей воде? Да что ж в ней особенного?

-- Особенное и есть загадка... Ты какой-то несообразительный, Захар! Под душем прыгал? Мимо бани проходил? Уличную колонку видел? На тетю Клашу смотришь? Но ведь воду-то никто не подогревал! Честное слово, не вру! Ну-ка, открой этот секрет! А не откроешь, скажи: "Твоя загадка мне не по догадке!" Тогда я сам все объясню. Тебе здорово повезло, Захар, что ты со мной встретился. Знаешь, кто я? Я -- махачкалинский "водяной": прозван так в школе за мой интерес к нашей особенной горячей воде... Кончу учиться, непременно пойду работать по водяной части. У нашего кипятка -- большое будущее.

Спорный архипелаг

Я приехал в большой портовый город. Город существует давно, путешественники посещают его с незапамятной поры, хорошо изучено и море, на берегу которого он лежит. И все же неподалеку от этого древнего города мне удалось открыть в прибрежных водах архипелаг больших и малых островов. Впервые заметив архипелаг, я чутьем географа заподозрил неладное. Достал походный атлас и ахнул: там был указан всего один островок; на месте остальных было чистое море нежнейшей голубизны! От неожиданности у меня перехватило дыхание: архипелаг, которого нет на карте!

Вы спросите, почему по праву первооткрывателя я не назвал найденные мною острова архипелагом Захара Загадкина? Сознаюсь, не из ложной скромности. Наоборот, я мечтал, что находка навсегда прославит меня в учебниках географии. Но в научных вопросах нужна осторожность; я задумался над своим открытием, и оно показалось мне... спорным.