Без тормозов - Екатерина Орлова

Мы негромко смеемся.

– Куда дальше? – спрашивает Миша, когда мы устраиваемся на заднем сиденье моего внедорожника, и Богдан выруливает со стоянки.

– Невкусно здесь кормят, – игнорирую его вопрос.

– Тимур…

– В больницу, – отвечаю наконец. Богдан уже в курсе, куда меня везти.

– Не устал туда ездить?

Качаю головой, глядя в окно. Снова чувствую себя двадцатилетним пацаном, который мотался в больницу и сидел под окнами Веры, только чтобы взглянуть на нее. Эти три года я прожил так, что морально повзрослел, кажется, на полноценный десяток. И все равно, предвкушая встречу с ней, я ощущаю дрожь и какой-то необъяснимый трепет.

Миша больше не достает меня, занимаясь текущими делами, постоянно висит на телефоне, периодически передавая мне какие-то сведения, которые я пропускаю мимо ушей. Он знает об этом, но все равно продолжает говорить мне что-то, пытаясь включить в реальную жизнь, но я уже далек от нее, полностью погруженный в мысли об Ангеле. Предвкушение встречи заставляет тело вибрировать.

На парковке больницы, как и всегда, мест нет, но мне и не надо. Богдан останавливается недалеко от входа во двор, и Миша наконец затыкается. В машине тихо играет радио, по нему передают какую-то песню, которая навязчиво долбится в мой мозг, прожигая дорожку через сердце. «Не могу двигаться дальше без тебя…» Блядь, точно о моей жизни. Каждый гребаный день пропитан ею. Сознание буквально отравлено Ангелом, лейтмотивом каждого действия становятся мысли о ней.

Внезапно все звуки стихают, и мир вокруг приобретает расплывчатые очертания, когда из-за угла выплывает мой Ангел. Сегодня на ней светлые брюки и яркая желтая блузка. На ногах белые балетки. Волосы собраны в пучок, который она носит чаще всего. Я крепко сжимаю челюсти и кулаки, последние настолько сильно, что слышится хруст костяшек. Каждый раз мне приходится держать себя в руках, чтобы не выскочить из машины, как черт из табакерки, и не налететь на нее со своей одержимостью. Я думал, Вера, как обычно, кинет быстрый взгляд на мою машину и пройдет мимо, но сегодня что-то изменилось. Она останавливается у калитки, ведущей на территорию больницы, и смотрит прямо на меня. Я чувствую, как от ее пронзительного взгляда и охватывающего меня напряжения по позвоночнику стекает капля пота. Как будто Ангел может увидеть меня сквозь наглухо затонированное стекло, через которое не видно даже силуэт. Я сглатываю едкий ком, а потом выдавливаю из себя:

– Поехали.

Богдан заводит машину, и мы проезжаем мимо моего Ангела, которая провожает машину взглядом, пока та не скрывается за поворотом. Я прикрываю глаза и врезаюсь затылком в подголовник. Постепенно в мой мир возвращаются звуки и запахи, которые я не слышал и не чувствовал еще пару минут назад. Ничего, кроме аромата духов моего Ангела и ее голоса, который нежно нашептывает всякие глупости. Она никогда так не делала, но я настолько часто представлял себе это, что и сам поверил, именно так было.

– Вызови мне девку, – прошу Мишу сдавленным голосом. Это не его обязанность, но он уже привык не спорить со мной. Я точно знаю, что Михаил перепоручит это моей помощнице Лиле, и мне плевать, кто именно выполнит мой приказ. Сегодня я хочу попытаться расслабиться и трахнуть шлюху, снова и снова представляя, что подо мной стонет мой Ангел.

Глава 22

Саундтрек к главе: Shawn Mendez – Treat you better

Я сажусь в машину и откидываюсь на спинку сиденья. Прикрываю глаза и делаю глубокий вдох. Наверняка это глюк, но мне кажется, кожаный салон сохранил аромат моего Ангела. Не суррогат из духов и запаха чужого тела, а неповторимый, присущий именно ей. Завожу мотор, слушая приятное урчание. Три года не садился за руль этой тачки, а сейчас вот захотелось. Как только Миша сообщил, что мужа Веры выписали, я тут же вышел из дома и теперь собираюсь поехать… куда-то. Чувствую, что должен.

Миша стучит в боковое стекло.

– Охрану возьми, – говорит он, как только я опускаю стекло.

– Если хотят, пусть сопровождают, но со мной в машине никого не будет.

Миша кивает и уходит. Теперь я прекрасно понимаю отца, который доверял этому человеку все тайны, Михаил всегда знает, что нужно делать.

Срываюсь с места, полируя шинами подъездную дорожку. Так раздражало шуршание гравия, что год назад я распорядился положить перед домом плитку и убрать мещанский фонтан. Вообще за эти три года многое изменилось. Мой собственный дом достроен, и он совсем не похож на склеп или музей, каким кажется особняк отца. Там современная сдержанная обстановка и много света. Как только будет закончен ремонт, я перееду. Бизнес встал на новые рельсы, я многое переделал и перекроил под себя. Пришлось поломать много схем, которые работали при отце, но стали бесполезны при мне. Научиться общаться с представителями криминальной элиты города и страны, отстаивать свою позицию и доносить точку зрения так, чтобы с моим мнением считались. Это если мягко и в двух словах. А если подробнее, я дважды ловил пули, лежал в больнице, а еще приходилось прятать маму и круглосуточно охранять Веру, которая об этом даже не подозревала. Мое персональное кладбище пополнилось еще на несколько человек, а количество просто поломанных людей уже, наверное, и не сосчитать. Я никогда и подумать не мог, что во мне живет такой человек, так что пришлось открывать в себе новые грани и мириться с ними. Давно заключив сделку с совестью, я осознал, в мире большого бизнеса все так и работает: или ты, или тебя. И как бы это не было печально, с каждым новым днем я понимаю, что все больше отдаляюсь от Веры. Мне кажется, мой чистый Ангел не примет меня нового. Я тоже не сразу принял свою новую сущность, а сейчас уже смирился и даже научился спокойно спать. Видимо, когда человек вынужден вести такой образ жизни, у него внутри что-то атрофируется.

Паркую машину у знакомого подъезда, глушу мотор и смотрю на дверь. Не знаю, почему, но чувствую, что именно сейчас должен быть здесь. Машина моей охраны стоит сзади, немного поодаль в соседнем ряду. Сижу минут десять, потом выхожу покурить, возвращаюсь в машину