Несносная леди для некроманта - Ирина Агулова

брата для ещё большего обогащения, подчинять себе более слабых, используя при этом силу стихий. И это безумие спровоцировало катастрофу мирового масштаба. Сама природа восстала против них, насылая землетрясения, ураганы, эпидемии. Чтобы выжить в новой жуткой реальности, древние маги воздвигли цитадели, которые должны были защитить их от последствий собственной неуёмной жадности. Видимо защитили. Если уж мы с вами всё ещё живём на этой планете. Но сила древних и их знания, были утеряны навсегда. Многие поколения искателей приключений рыскали по миру, надеясь найти эти цитадели и разгадать тайны древней цивилизации, но, увы. Природа не совершает повторных ошибок. Она скрыла от человеческих взглядов то, что может принести к повторным разрушениям. Нам остаётся только догадываться о тех сокровищах и тайнах, что ждут своего часа где-нибудь в недрах земли или под толщей океанов.

Все слушали магистра затаив дыхание. Если его уроки останутся такими же интересными и дальше, то, уверена, проблем с соблюдением озвученных им правил точно не будет.

А вот мои проблемы, кажется, никуда уже не денутся. Если цитадели древних ещё никому не удалось отыскать за все прошедшие тысячелетия, то и у Фароя это вряд ли получится, как бы не хотелось верить в обратное.

Глава 16-1

Занятия сменялись одно за другим. После истории магии следовал урок языковедения, где преподавала довольно молодая женщина, леди Патриссия Эмони, пообещавшая нам, что к концу учёбы в академии мы сможем довольно сносно общаться на всех основных языках. Большого энтузиазма её обещание в моих сокурсниках не вызвало, впрочем, во мне тоже. Но несмотря на это я старательно записывала всё, что она говорила, ведь когда вернусь домой и займу своё место, знание языков будет не лишним.

После языковедения шла государственность и право, с её законами и положениями. Признаться, я была уверена, что этот предмет будет невыносимо нудным, однако с преподавателем нам повезло. Лорд Энтони Дайбер, уже немолодой, но крепкий мужчина, бывший военный, судя по выправке, озвучивая новый закон, приводил примеры из жизни по его применению. И вместо нудного перечисления заумных статей, мы слушали жизненные ситуации, иногда довольно поучительные и даже забавные.

После третьего занятия был объявлен обеденный перерыв. Обычно он проходил после четвёртого, как выяснилось позднее, но для начала учёбного года сделали исключение. Перегружать адептов с первых же дней никто не планировал, что не могло не радовать.

Энергия била ключом, и вместо того, чтобы последовать примеру сокурсников и отправится в столовую, я помчалась снова к кастеляну, надеясь взять постельное бельё, полотенца, ещё один комплект формы и запасные артефакты для ванной комнаты. За отведённое для обеда время я была уверена, что успею осуществить задуманное и поесть. Впрочем, выбора всё равно не было, ведь после основных занятий меня ждали уроки с Фароем, а что придумает куратор и насколько это затянется, я понятия не имела. Слушать же очередное ворчание по поводу позднего прихода, как это было вчера в библиотеке, не очень-то хотелось.

Погода стояла чудесная, самое то, чтобы совершить небольшую пробежку от академии до склада, потом в общежитие и снова вернуться в академию. Благо, что всё находилось в относительной близости друг от друга.

Академический парк, пустынный в это время суток, встретил меня пением птиц и шелестом листвы. Сквозь ветви деревьев проникали солнечные лучи, падая на тропинку и подсвечивая гравий, сверкавший вкраплениями слюды. Невероятно, я ведь утром шла по этим же местам, но ничего этого не замечала. Хотя утром я вообще ничего не замечала, еле двигая ногами.

Сейчас же, когда энергия бурлила в теле, всё вокруг казалось чудесным. Конечно то, каким образом моё состояние улучшилось, вспоминать не хотелось совершенно, но эффект стоил того, чтобы потерпеть эту странную восстанавливающую процедуру. Да, именно процедуру. Так было проще думать, о произошедшем в пустой аудитории. Целитель же прописал. А они плохого не посоветуют.

В том, кем именно был этот целитель, вернее, целительница, я даже не сомневалась. Вот только действительно ли нам надо было прикасаться именно в тех местах, где она посоветовала, или вполне хватило бы одного рукопожатия? Могла бабуля Фароя так поступить, чтобы подтолкнуть нас друг к другу? Что-то подсказывало - могла.

Правда, чего уж душой кривить, терпеть не особо-то и пришлось. Фарой мне не был противен, и даже наоборот… Так, стоп! Симпатии к куратору мне только не хватало. Но ведь зачем-то Боги нас всё-таки соединили?

Философствовать было некогда, поскольку впереди показалась складское помещение, и все мысли снова вернулись к бытовым делам. Открыв дверь, я остановилась на пороге. Мартин, так звали кастеляна, был не один.

- Это уже вторые удила за сутки. Не многовато ли для одной кобылы? - ворчал молодой мужчина, разглядывая порванную кожаную амуницию. - И зачем ты только притащил этого монстра в академию?

- Не ворчи, - отмахнулся крепкий широкоплечий старик, сверкая бритой макушкой и хмуря седые брови, - много ты понимаешь. Таких как она на всём белом свете раз-два и обчёлся. Это удача, что стражи поймали судно с браконьерами, где перевозили Бестию.

- Имечко ты ей подходящее придумал, - фыркнул кастелян. - Бестия и есть.

- К ней просто особый подход нужен, - упрямо мотнул головой старик. - Знающие люди говорят, что для ухода за самками этой породы девицы нужны. Мужиков они на дух не переносит, вот и бушует наша красавица почём зря. Да только где ж такую помощницу найти? Никто из местных жительниц не соглашается, сколько бы я не предлагал денег. Сам знаешь, ректор в этом вопросе не жадный. И даже адептки не хотят подрабатывать в нашем зверинце.

- Я хочу, - вырвалось раньше, чем осознала промелькнувшую в мыслях идею.

- Что именно? - не понял мужчина, взглянув на меня настороженно.

- Подрабатывать в вашем зверинце, - уже менее уверенно ответила я. - Только с одним условием - нужно место для моего коня, чтобы я могла за ним присматривать.

- Не много ли хочешь? - усмехнулся старик. - Ты вообще знаешь, с какой стороны нужно подходить к зверям?

- Я понятливая и схватываю всё на лету, а с лошадьми возилась с детства, помогая отцу на конюшне.

- Хилая ты слишком для такой работы, - отмахнулся тот, и подхватив новые удила размашистым шагом вышел за дверь, похоже, не восприняв