Первый контакт - Мюррей Лейнстер

— Я должна увидеть их миссию, — сердито сказала девушка. — Похоже, они объявили войну, но у нас есть чем ответить! Мы тоже снизим цены, если будет необходимость, и посмотрим, кто первый обанкротится! За нами все ресурсы Компании!

Я чувствовал, что Брукс злится совсем не из-за этого. Кажется, его задело, что она не читала отчетов. Но тут дверь открылась, и в зал шагнула девушка-моклин, совсем юная и довольно хорошенькая. Она не так походила на человека, как, скажем, Диит, но все же человеческого в ней было немало. Девица уставилась на меня и хихикнула.

— Комплимент, — сказала она и развернула сверток, который держала в руках.

Я посмотрел. Это был малыш-моклин, новорожденный мальчишка. С ушками точь-в-точь как у меня и с носом, похожим на блин, — словно по нему проехались паровым катком. У меня, надо заметить, такой же. Малыш был моей крошечной копией… Это, знаете ли, трогает! Я взял его за подбородок и сказал: «Гули-гули!» — а он в ответ что-то забулькал.

— Как тебя зовут? — спросил я девушку.

Она ответила. Имя было незнакомым, и я не помнил, чтобы когда-нибудь видел ее, но какое это имело значение! Она сделала прекрасный комплимент, вполне в духе моклинов.

— Очень польщен, — сказал я. — Прекрасный паренек, не хуже, чем у других. Надеюсь, когда он вырастет, у него окажется побольше здравого смысла, чем у меня.

Появился Диит, нагруженный ворохом всякого добра. Этот обычай завел Старина Бленди, когда родился первый ребенок-моклин с такими же бакенбардами, как у него. Я вручил девушке подарки, она еще раз хихикнула и ушла. Малыш помахал мне на прощание кулачком. Вылитый человечек и такой симпатичный, как ни посмотри!

Тут я заметил, что удостоился внимания инспектора Колдуэлл. Правда, смотрела она на меня с явным отвращением.

— Значит, вы утверждаете, что они — существа дружелюбные? — прошипела инспектор. — Я полагаю, правильнее сказать — любвеобильные! — Голос ее дрогнул. — Вас переведут отсюда! Немедленно! То есть когда «Пальмира» вернется назад, — добавила она тоном ниже.

— В чем дело? — спросил я удивленно. — Девушка сделала мне комплимент и получила подарки. Это обычай. И, кажется, она осталась довольной. Не помню, видел ли я ее раньше.

— Не помните? — взвизгнула инспектор. — Какое бессердечие! Вы… вы чудовище!

Брукс попытался что-то сказать, но вдруг фыркнул, а потом разразился гомерическим хохотом. Тут и до меня дошло. Я схватился за живот и согнулся пополам. Мы смеялись, и чем больше она злилась, тем сильнее нас разбирало. От злости она чуть не взвилась под потолок!

Должно быть, мы оба походили на развеселившихся идиотов, но ничего не могли поделать. Наконец я окончательно обессилел и растянулся на полу — самое, знаете, безопасное место в таком случае. Эта грозная инспекторша, свалившаяся нам на голову, не поняла ни единого слова из того, что я сказал ей про особенности эволюции на Моклине. Представляете, что она вообразила! Ну и ну!

Губы у нее вытянулись в ниточку, щеки пылали от негодования, а глаза горели, как у василиска, — только меня еще больше корчило от хохота. Я никак не мог остановиться.

Когда на следующий день мы отправились к конкурентам, наши отношения вряд ли можно было назвать сердечными. Пошли только инспектор Колдуэлл да мы с Диитом; правда, еще несколько моклинов увязались за нами. Мисс Колдуэлл облачилась в зеленый походный костюм, и, в сочетании с ее рыжими волосами, он выглядел великолепно! О самой девушке я бы этого не сказал. Она окатила меня ледяным взглядом, когда Брукс велел мне проводить ее в другую торговую миссию, и не промолвила ни слова на протяжении первых двух миль.

Наконец она соизволила нарушить молчание. Мы с трудом продирались сквозь чащу; Диит и другие моклины, легкие на ногу, ушли вперед и не могли слышать нашего разговора.

Внезапно девушка повернула ко мне разгоряченное лицо и с негодованием сказала:

— Должна заметить, мистер Брукс проявляет не слишком много желания сотрудничать. Почему он не пошел с нами? Боится этих типов из другой миссии?

— Как бы не так, — возмутился я. — Брукс — смельчак и отличный парень. Он просто обижен. Вы прибыли проверять нас, но даже не удосужились прочитать его отчеты.

— Если меня назначили провести инспекцию, — строптиво заявила девушка, — то лишь потому, что я вполне компетентна в таких вопросах!

— Не сомневаюсь, — кивнул я. — Но вы слишком хорошенькая, и это раздражает Брукса. Мужчинам не нравится, когда хорошенькие девушки дают им указания.

Я хотел добавить, что такие девушки предназначены совсем для другого, но вовремя прикусил язык.

Инспектор Колдуэлл вскинула рыжеволосую головку, но, кажется, мои слова ей понравились. Потом она спросила примирительным тоном:

— Что, собственно, было в его отчетах? Почему он считает, что мне нужно их знать?

— Понятия не имею, — признался я. — Однако времени он угробил на эту писанину порядочно. И конечно, его злит, что никто их не прочитал.

— Возможно, — она словно размышляла вслух, — там была информация насчет другой миссии? А что вам о ней известно, мистер Бринкли?

Я поведал ей все, что Диит рассказал Бруксу. Впервые мы узнали о конкурентах, когда несколько моклинов по-дружески заявились к Дииту поторговаться и начали спрашивать, почему мы так дорого берем за то и за это. Диит резонно заметил, что цены всегда были такими, но приятели возразили ему, сообщив, что в другой торговой миссии все стоит гораздо дешевле. Диит стал задавать вопросы насчет этой миссии, но моклины ничего не могли сообщить о ней, кроме примерного места, где она находилась.

Брукс велел Дииту выяснить все про новую миссию, и тот отправился на разведку. Вернувшись, он доложил, что конкуренты осели милях в пятнадцати от нас и продают точно такие же товары. И цены у них действительно ниже в два раза. Людей Диит не видел, только клерков-моклинов. Нам тоже ни разу не удавалось застать хозяев.

— Но почему?

— Когда бы Брукс или я там ни появлялись, их вечно не было на месте, — объяснил я. — Моклины, которые там работают, говорили, что люди куда-то ушли. Может быть, закладывать еще одну миссию. Мы оставили им записку — какого, мол, рожна им здесь нужно, — но ответа не получили. Конечно, мы не заглядывали в их конторские книги…

— А стоило бы! — огрызнулась инспектор. — Почему вы не зашли внутрь и не заставили моклинов показать все, что вас интересует? Людей-то не было!

— Потому что моклины подражают людям, — терпеливо объяснял я ей. — Если мы покажем плохой пример, они ответят тем же. Опасно дать им понятия об ограблениях, насилиях, многоженстве…