Билл — герой Галактики на планете Бутылочных мозгов [на планете закупоренных мозгов] - Гарри Гаррисон

— Давай, убей его! — закричал Историк Чужих. — Я отдал тебе ментальный приказ, который ты не можешь не выполнить, уничтожить этого сосунка!

— Не могу, Повелитель, — ответил Ганнибал. — Он носит символ того, чьи команды стоят для меня даже выше ваших. Смотрите, у него Аллигаторская Лапа!

— Ладно, проклятие! — сказал Историк Чужих. — Знаешь, ты прав. Аллигатор был тайным богом карфагенян и тому, кто носил Аллигаторскую Лапу, нужно было во всём повиноваться. Не думал, что это может всплыть здесь! Должен вам сказать, История полна сюрпризов.

— Да, — сказал Билл. Он поднял меч Ганнибала и начал надвигаться на Историка Чужих. — Как насчёт этого? — произнёс он, занося оружие для удара.

— Ещё одна прекрасная теория, — сказал Историк Чужих, — разрушена глупой маленькой аномалией. Ладно, было здорово иметь дело с тобой. Теперь я должен идти.

Историк Чужих очертил в пыли круг, установив ранее в логических вероятностях, что это как удобный способ транспортировки, так и классический способ ухода.

Как только он закончил круг, сидящая у третьего костра фигура встала и шагнула к ним.

— Чёрт побери, что ты здесь делаешь? — спросил Билл.

Присутствию у третьего костра Хама Дью, одетого в грубый коричневый плащ с капюшоном и обутого в высокие кожаные ботинки торговца безделушками с Афродизии-4, могло быть дано много объяснений, некоторые из которых менее чем оригинальны. Какова бы ни была истинная причина, Хам был здесь, поднявшись без излишней поспешности и схватив Историка Чужих за воротник его любимой куртки.

— Отпусти меня, — сказал Историк Чужих. — Никто не может вмешиваться в исторические процессы.

— И ты в том числе, — сказал Хам Дью. — На этот раз ты перехитрил сам себя.

— Что ты собираешься делать? — спросил внезапно забеспокоившись Историк Чужих.

— Думаю, доставлю тебя обратно за решётку, — ответил Хам. — У властей могут быть насчёт тебя собственные намерения.

— Я хочу сделать тебе предложение, от которого ты не сможешь отказаться, — сказал Историк Чужих.

Хам зловеще усмехнулся:

— Попробуй.

— Что, если я дам тебе Разрушитель?

— Отклоняется, — ответил Хам. — Пойдёшь добровольно или мне нужно попросить куки спеть тебе в ухо?

— Не нужно, — сказал Историк Чужих. — Но, Хам Дью, подумай! Можешь ли ты позволить себе так легко отказаться от Разрушителя, который может сделать тебя повелителем пространства и времени?

Хам обдумал это.

— Повелителем пространства, это я ещё могу понять. Но причём здесь время?

— Разрушитель может творить чудеса и со временем. Разве ты этого не знал?

— Без чудес я могу прожить. Я не люблю впутываться в теологию.

— Не в буквальном смысле чудеса, ты, кретин. Конечно же выражаясь фигурально. Если дашь мне немного времени, я продемонстрирую тебе.

— Без фокусов?

— Без фокусов.

Хам ослабил хватку. Историк Чужих потянулся к висящей у него слева на поясе сумке и, засунув в неё руку, вытащил большой объект металлического цвета, в котором Билл сразу узнал Разрушитель.

— Привет, Разрушитель! — поприветствовал Билл.

— Привет, Билл, давно не виделись, — ответил Разрушитель.

— Заткнись, — прошипел Историк Чужих, шлёпая по металлической поверхности Разрушителя. — Он не на нашей стороне. Не разговаривай с ним.

— Не пытайся мне приказывать, — ответил Разрушитель тихим, но многозначительным голосом, полным скрытой угрозы.

Историк Чужих вздохнул.

— Кто-то вмешался в иерархическую цепочку команд. Это не могли быть вы, Хам Дью. Вы храбры и решительны, но только когда раздавали ум, вы стояли в очереди за пальцами ног. Нет, здесь кто-то ведёт тонкую игру. Думаю, пришло время, чтобы он вышел и назвал себя.

— Или она, — произнёс голос из темноты за костром.

— Иллирия! — воскликнул Билл.

Фигура, шагнувшая в свет костра, была высокой, прямой и прекрасной, если вам конечно нравится тип кинозвездочек, а кому он не нравится? Это оказалась Иллирия, такой, какой она была на планете грёз Ройо, полногрудая, в сногсшибательном купальнике, с длинными ногами, которые вызвали бы восторг и у топологического порнографера, если бы он здесь присутствовал. Её глаза были синими, как васильки, что не встречалось с момента гибели исследовательского персонала Кенингвера во время девятибалльного землетрясения. Свет костра подчёркивал её тонкие черты и великолепные контуры, усиливая эффект от короткой юбки и блузки, сделанных из тонкой прозрачной материи.

— Билл, — сказала Иллирия, — было некрасиво с твоей стороны покинуть меня на Ройо таким образом. Я не представляла себе, насколько ты был серьёзен. Не волнуйся, мы не все своё время проводим в удовольствии. Перед нами стоят и серьёзные задачи.

— Ты обманула меня, распутница! — воскликнул Историк Чужих.

— Конечно, — ответила Иллирия. — Потому что я должна была это сделать.

— И ты полагаешь, что все нормально? Ты говорила, что любишь меня!

— Я преувеличивала, — ответила Иллирия. — Теперь подумай, какое из чувств отвращения лежит ниже презрения? Вот его я и испытываю к тебе. — Она повернулась к Биллу: — Пойдём, любимый, давай отсюда убираться.

Она протянула ему руку. Билл долго пристально смотрел на неё. Он очень хотел взять её, но знал, что ни к чему хорошему это не приведёт. Женщина-инопланетянка и всё прочее. Что ему действительно было нужно, так это Разрушитель, который держал в руке Историк Чужих. Но на него положил глаз и Дью. А у Дью был пистолет, угрожающе выглядевший иглолучевой пульсатор Смирноффа. Биллу было видно, что предохранитель был установлен в положение «автоматическая мучительная боль». Он решил и не пытаться забрать его у Дью. Во всяком случае, не в данный момент. Возможно что-нибудь само даст ему его. Известно, что всякое случается. Было возможно даже, к примеру, что Хам Дью упадёт в обморок.

В это мгновение Дью застонал, поднёс руки ко лбу в жесте страдания и осел на землю.

Чинжер поспешно спустился с Билловой поясницы, прихрамывая, так как получил лёгкие повреждения во время недавнего падения Билла. Он подошёл к Дью.

— Межкосмическая сонная болезнь. Классический случай. Не подходите к нему слишком близко. Его болезнь сейчас в перигее.

Все поспешно отодвинулись.

— Он мёртв? — спросил Билл.

— Нет, не совсем, Межкосмическая Сонная Болезнь никого не убивает, а всего лишь на время усыпляет. Надеюсь он находится в Плане Здоровья Голубой Небулы с её огромными возможностями для Серьёзного Лечения. Похоже ему придётся провести некоторое время в затемнённой комнате на внутривенной кормёжке, пока люди будут наблюдать за ним сквозь стеклянный глазок.

Хам зашевелился и тяжело застонал. Сквозь стон он произнёс:

— Ладно, Билл. Ты победил.

Он слабо приподнялся и протянул Биллу Разрушитель.

— Забери меня отсюда! — умоляюще произнёс он, зевая, и после этого немедленно упал, погрузившись в сон; огромным усилием воли он вложил в свои слова максимум настойчивости.

— Можешь помочь моему приятелю? — спросил Билл у Разрушителя.

— Конечно могу, — ответил Разрушитель. Но прежде чем он смог что-либо сделать, произошло вмешательство, начавшееся достаточно тихо, но вскоре выросшее до огромных размеров.

Корабль, легко опустившийся в круг света и тени, находившийся посредине между тремя кострами, был небольшим. По существу это была одна из новейших моделей, практически исключительно строившихся для состоятельных личностей или их наследников, людей, которые хотели путешествовать быстро и не зависеть от коммерческих космолиний. Корабль был превосходно отделан. Маркировка на его днище могла быть идентифицировано тем, кто разбирается в таких вещах, например Историком Чужих, как символы санскрита.

— Санскрит, — пробормотал Историк Чужих. — Кто бы это мог быть?

— Не обращайте внимания на маркировку, — произнёс из маленького космического корабля усиленный отражённый голос. — Мы должны использовать то, что есть под рукой. Так как нашу планету посетила делегация с Раджастана-2, я на время освободил их от этого корабля. Мне кажется это то, чем вы хотели бы воспользоваться.

— Кто это? — пробормотал сквозь сон Хам Дью.

— Я узнаю этот голос, — ответил Билл. — Это компьютер Квинтаформ, не правда ли?

— Всё верно, Билл. Я спас тебя с Ройо. Ты знаешь это, а теперь, неблагодарный, собираешься покинуть меня. Хоть и обещал пойти на всё ради своего освобождения с той планеты!

— Боюсь, я слегка поторопился, — сказал Билл. — Но что ты хочешь?

— Доступ к твоему мозгу! — ответил компьютер.

— Мы уже через это проходили, — заметил Билл.

— Да. Но то было до того, как мы обнаружили, что твой фантастический мозг обладает двумя полушариями, соединёнными корпус каллосум. Знаешь, какая это редкость, Билл? Я смогу обучить тебя и отшлифовать твой мозг, и ты сможешь занять здесь, на Тсурисе, место компьютерного оракула.